Чтение онлайн

— Он очень красивый. Ты часто здесь бываешь?

— Я не был в этом доме много лет, — отвечает он, и переключает вибратор на функцию лизания языком.

Я начинаю извиваться.

— Мы собираемся ужинать?

Ужин подает мрачный, молчаливый мужчина в белом пиджаке, которого зовут Энцо. Я почти не в состоянии есть, хотя Блейк верен своему слову и выключил гаджет, но я так возбуждена, что едва могу дождаться окончания ужина. Я вообще не чувствую никакого вкуса подаваемых блюд. Когда Блейк отодвигает свою пустую чашку кофе, я вскакиваю.

— Что за спешка? Тебе бы только обменять силиконовый язык на мой.

Я сдавленно охаю и умоляюще обращаюсь к нему:

— Пожалуйста, мы можем сейчас подняться наверх?

— Нет, я хочу видеть тебя полностью лежащей пластом сегодня вечером, — говорит он, поднимая бутылку шампанского и наполняя наши бокалы. — Я хочу, чтобы ты кончила сегодня намного сильнее, чем раньше, — обещает он, и вибратор вибрирует и лижет в моих трусиках с удвоенным темпом.

Я опускаюсь назад на стул и подношу бокал к своим губам, который очень красив и напоминает сделанное руками стеклодува произведение искусства. Длинная тонкая ножка поднимается от декоративного рисунка, изображающего памятник Св. Марку, и переходит в нежный бокал для шампанского.

— Mнннн, — он берет мое запястье, и пробегает слегка пальцами вверх по моей руке до локтя. Моя кожа стала очень чувствительной и у меня появляется неоспоримое желание сесть на него с широко расставленными ногами в этом огромном красном зале.

— Я никогда не встречал женщину с такой кожей, как у тебя, — мурлычет он и в упор смотрит мне в глаза. – Ты даже не представляешь, насколько соблазнительной ты выглядишь прямо сейчас?

Я с усилием сжимаю свои бедра и качаю головой.

Мы идем вверх по изогнутой лестнице в нашу спальню. Лунный свет льется через высокие окна, создавая длинные лунные дорожки на полу.

Он поворачивается ко мне и аккуратно снимает платье, отбрасывает его назад, и оно кучкой материала приземляется на зеленый с золотым парчовый стул. Он опускается на корточки, наклоняется вперед и целует мой лобок, закрытый трусиками. Этот жест настолько неожиданный, напитанный чем-то эротическим, что мое тело начинает гудеть. Он спускает мои трусики вниз к ногам.

— Расставь ноги, — я мгновенно повинуюсь. Блейк убирает гаджет, и я чувствую, как мое тело проседает в облегчении, как будто выдыхая. Его пальцы скользят в мои складочки и входят в отверстие. — Ты — совсем мокрая, — говорит он.

Я беспомощно киваю, мои руки сжаты в кулаки, сдерживая саму себя.

— Что ты хочешь, принцесса?

— Тебя.

Он медленно качает головой, его глаза смотрят на меня с какой глубокой чернотой.

— Мне нужно больше деталей. Скажи полнее, что ты хочешь.

— Я хочу почувствовать тебя внутри себя, — бормочу я.

Он снова отрицательно качает головой.

— Детали, Лана. Опиши мне подробнее, что ты хочешь.

И таким образом, он вынуждает меня описать досконально точно, что именно я хочу, словами во всех подробностях, что несомненно в любое другое время заставило бы меня яростно покраснеть. И заплетающимся языком, я говорю ему, что хочу, чтобы его ненасытный большой член вошел глубоко в мою киску и жестко трахал меня...

Он вставляет мне кляп в рот.

— Здесь тонкие стены и у них есть уши, — шепчет он. Во мне поднимается волна не согласия, но только на какое-то мгновение, потому что я и так слишком далеко зашла, чтобы искать скрытый смысл.

Его крепкие руки хватают меня за бедра и насаживают на член.

Стержень массивной плоти толкается глубоко в мое тело. Вместо того, чтобы двигать меня вверх и вниз по всей длине члена, он заставляет двигаться меня взад и вперед, делая из меня наездницу, словно я скачу на буйволе. Я словно участвую в скачках с препятствиями на нем. Мое тело двигается далеко вперед, как будто я один из тех велосипедистов, которые соревнуются в велогонке Тур де Франс, но его рот легко дотягивается до моей груди.

Он захватывает одну и жестко сосет ее, и мои потные бедра двигаются и снова скользят по его сильным, упругим бедрам, пока толстый член внутри меня, двигается, словно рычаг тормозов. Я чувствую, как волна напряжения окатывает меня полностью, за считанные минуты, я кончаю. Пронзительно крича, как бэньши, я кончаю быстро и мощно. Господи, спасибо за кляп, но я потеряла его. Я полностью потеряла даже себя, мои зубы стучат друг от друга, и конечности продолжают подрагивать.

Я лежу на его горячем теле, и мои губы покоятся на его влажном лбе. Я насытилась. Он по-прежнему твердый, как камень и находится внутри меня, и продолжает сжимать мои соски, которые болезненно пульсируют. Теперь его очередь, и опять он будет моим. Наступит день, когда у меня будут только воспоминания о том, что мы делали вместе.

Я проснулась очень рано утром, вернее еще ночью, до конца, не осознавая где нахожусь. Всего лишь два часа ночи и, кажется, вся Венеция спит. Я встаю с постели и иду босиком тщательно отполированного из темного дерева пола по направлению к окну с видом на соединяющиеся каналы и мощеными булыжниками тротуары. Слегка ежась от холода, стою в прохладной ночи, прислушиваясь к звукам набегающей мутной воды, которая бьется о покрытые мхом, старые камни. Серный запах, словно медленно гниющих яиц, поднимается из каналов и ударяет мне в нос. Сейчас меня ничего не беспокоит. Для меня быть с Блейк в городе, окутанным пресловутой славой и красивой каменной кладкой — мечта.

А потом, возникает мысль, которая когтями впивается в мое сознание, вызывая чувство сильной опасности. Кто или что такое Кронос?

Я слышу шорох позади себя, и поворачиваю голову, Блейк, приподнявшись на локтях, наблюдает за мной. В серебристом лунном свете, он кажется богом — Атлантом или Марсом или Аполлоном. Он обнаженный поднимается с постели, и его движения, в которых сквозит крадущееся изящество красивого животного, направляется ко мне, наклонившись, он целует меня. Я нежусь в тепле его горячего тела. Но мои мысли заставляют отчаянно хотеть поцеловать его.

Он поднимает голову и внимательно смотрит на меня. В лунном свете его глаза темные бездонные колодцы.

— В чем дело? — спрашивает он, присаживаясь рядом.

— Ничего, — лгу я. — Я думаю, что слишком взволнована, чтобы заснуть.

Он вздыхает и продолжает:

— Что случилось, Лана?

— О чем ты говорил с работницей театра?

Он садится на пятки.

— Какой работницей?

— Ты знаешь, когда я ходила в туалет.

— Ах... я спросил, есть ли где-нибудь поблизости кафе мороженое. А что?