Чтение онлайн

– Ты передумала с ним расставаться?

– Я просто ушла. Он двинулся следом, но тут я повернулась к нему, лицом к лицу, обещала, что, если он будет продолжать преследовать, я устрою ему веселую жизнь…

– Угрожала позвать полицию?

– Нет, конечно нет. Мы с полицией ходили в разные школы.

– Грозилась закричать?

– Нет. Ты же знаешь, что я сказала. Я сказала, что ему придется худо.

– Что ты этим хотела сказать?

– Не знаю – что, но я была сыта по горло, Кулак мне осточертел.

– Что такое «худо», Хелен? Ты думала про убийство?

– О господи, конечно нет. Я просто так выразилась, чтобы он оставил меня в покое.

– Разве это не то же самое, что угроза убить его?

– Говорю тебе, не знаю, что было тогда у меня на уме. Я просто хотела, чтобы он отстал от меня. В тот момент я готова была сказать, что достану луну с неба и буду колотить ею Кулака по башке… если бы эти слова пришли мне в голову. Я была вне себя от ярости.

– Как ты думаешь, кто-нибудь тогда слышал вас?

– Нет.

– Как ты вернулась на улицу?

– Я пошла вдоль забора с другой стороны, увидела огни бильярдной, вошла через заднюю дверь и вышла на улицу.

– В бильярдной были люди? Играли?

– Да. Двое или трое.

– Они на тебя глядели?

– Пожалуй.

– Значит, запомнили?

– О господи, Дональд. Ты спрашиваешь, как настоящий «бык», – устало проговорила Хелен. – Они так на меня таращились, что, если б у меня на левом колене была родинка размером с булавочную головку, они бы ее разглядели и еще двадцать лет помнили. Удовлетворены, мистер сыщик?

– Полностью… Скажи мне теперь о… вторых этажах в домах. Не заметила ли ты над головой света в окнах?

– Нет.

– А если б они светились, ты бы их заметила?

– Не знаю. Я была в бешенстве. Когда я в бешенстве, то ничего не замечаю.

– Ну, ладно, Хелен, успокойся. Давай вернемся к Гарри Бигану.

– Давай не будем возвращаться. Ну его к черту! Послушай, Дональд, я ведь и сама хочу выбраться отсюда. Можешь мне в этом помочь?

– Да.

– Что я должна сделать?

– Все в точности так, как я тебе скажу.

– Сколько потребуется времени?

– Возможно, две-три недели.

– Только чтобы выбраться отсюда?

– Частично для этого. Остальное… это моя цена, которую я устанавливаю за… свой план помощи.

Она выглядела озадаченной.

– Ты что, делаешь мне хладнокровное предложение насчет того, чтобы я?..

– Это не предложение, Хелен. Это – деловое соглашение между нами.

– Зачем я тебе нужна?

– Надеюсь, что и ты сможешь мне помочь.

– В чем?

– Раскрыть дело, которым я занят.

– Ах это! – протянула она, может быть, я ошибся, но на лице ее появилось разочарование.

Я стряхнул пепел с сигареты.

– Ладно, идет, – согласилась Хелен. – Когда начнем?

– Как только ты соберешь вещи.

– У меня все собрано. Я ничего с собой не взяла. На это у меня не было времени.

– Даже чемодана нет?

– Только маленькая сумочка.

– Когда ты ее взяла? То есть когда ты зашла к себе на квартиру, чтобы ее взять?

– Так ли уж тебе нужно это знать, Дональд?

– Все равно рано или поздно время твоего появления в квартире станет известно, понимаешь?

– Можешь и сам это выяснить.

– А Элоиза Дирборн?

– Какая Элоиза Дирборн?

– Давно ты с ней знакома?

– Где она живет?

– Здесь.

– Здесь! Вот как! Ну и чем же она занимается?

– Ее брат – инженер в Боулдер-Дам.

– Я с ней незнакома.

Я даже разозлился немного.

– А рыжеволосая девушка с кроличьим носом лет двадцати трех – двадцати пяти, с ней ты подружилась в «Кактусовой роще». Это кто?

– Не знаю, о ком ты говоришь. – И отрицательно покачала головой, для убедительности, что ли?

Я сказал:

– Ну, ладно, готовься, Хелен. Мы должны спешить… И вот еще что. В пути мы не должны привлекать внимание. Могут возникнуть ситуации, когда ты и я… когда тебе придется…

Хелен рассмеялась:

– Долго ты к этому шел, Дональд, очень долго.

Я открыл дверь в ответ на разрешение войти. Берта Кул стояла в полный рост перед зеркалом. «Ну и ну, до чего дело дошло», – подумал я. Берта ринулась на меня, молчащего, в атаку:

– Я просто смотрю на себя в зеркало. Может женщина посмотреть, как сидит на ней юбка?

Я подошел к креслу. Расположился в нем, взглянув, как сидит юбка на женщине. Берта Кул продолжала изучать под различными углами свое отражение.

– Как ты думаешь, сколько мне лет? – спросила она.

– Не знаю.

– Ну, попробуй угадать.

– Не хочу.

– Боже милостивый, ты бы, чертенок, все-таки пришел к какому-нибудь мнению на сей счет. Сколько, думаешь, мне было, когда ты впервые увидел меня? Нет, не тогда… На сколько, как ты думаешь, я тяну теперь?

Я сказал, поднимаясь и придавая себе торжественный вид:

– Я понятия не имею, сколько тебе лет. Тем более не знаю, на сколько ты выглядишь. Я пришел тебе сказать, что увольняюсь из агентства!

Берта резко повернула голову. Ее острые блестящие глазки впились в меня.

– Увольняешься?

– Да, я так сказал.

– Но ты не можешь уволиться.

– Почему?

– Потому… потому что на твоих плечах неоконченное расследование… и… Что я буду без тебя делать?

– Ну, это, как ты любишь говорить, вздор. Ты рассказала на днях, что руководила юридическим агентством. Еще до моего поступления в твое сыскное… Что с тех пор, как ты взяла меня на работу, у тебя не было ни дня покоя.