Чтение онлайн

Все пространство позади исчезало под струями пара. Это говорило о том, что бьющие из-под земли потоки становились все сильнее. Все соседние ущелья оказались залиты водой. Любой, случайно очутившийся в этих краях, был обречен.

Окфф упорно искал выход.

Давехат молчала, но рубиновые глаза выдавали охватившую ее тревогу.

Стоявший рядом Кокдор наблюдал одновременно. Окффом и панорамным экраном. Время от времени, заметив испуг Давехат, он ободрял ее взглядом. Она опасалась не за свою жизнь, она боялась, что с их гибелью оборвется ниточка, связывавшая их с теми, кто послал SOS. Меркурианцы уже не смогут установить контакт с носителями, извечной мудрости. Фантастическая тайна может попасть в руки межпланетных властей, людей разных рас, среди которых нет избранных, как Давехат и Кокдор, которым только и дозволено постичь великие тайны космоса.

Несмотря на усилия, Окффу становилось все сложнее уворачиваться сразу и от выстрелов с самолетов, круживших над ними и целившихся все с большей точностью, и от бешено прибывающей воды.

Вдруг в глазах Окффа мелькнул огонек надежды. Не говоря ни слова, он показывал на что-то на панорамном экране в передней стене.

Давехат радостно вскрикнула. Кокдор заметил в верхней части черного беззвездного неба светлеющую полоску у самого горизонта. Кавалер понял все, и сердце его забилось от радости. То, что он увидел, означало близость умеренной зоны, первую веху на пути к горячему полушарию.

Вездеход, в принципе, мог добраться до горячей зоны. Через час-два пути ледниковые массы должны были исчезнуть, уступив место более радостному миру, растениям, жаркому небу. Переходная зона, как они знали, не была широкой.

Стиснув зубы, Окфф продолжал маневрировать, чтобы уйти от атак с воздуха и умножавшихся водных потоков. Горячие реки змеились в долине, испуская беловатые облака пара.

Но, несмотря на мастерство Окффа, дважды огневые удары настигли вездеход. Пришлось на ходу заделывать пробоину в иллюминаторе. Вторым выстрелом, к несчастью, были вновь повреждены гусеницы. Скорость вездехода еще больше замедлилась.

Люк Дельта, капитан Фарт, Дон, Жолена и несколько меркурианцев, приближенных к Давехат, пришли на командный пост.

Объяснения были не нужны. Все молчали и внимательно следили за действиями Окффа. Тот приказал своим подчиненным открыть огонь по самолетам в момент, когда они приблизятся, а сам продолжал управление огромной машинбй, что требовало немалого напряжения сил.

Внезапно Жолена вскрикнула:

– Вода! Вода!

На этот раз нечего было и надеяться спастись от потока. Стена воды наступала со скоростью прилива, а поврежденный вездеход все замедлял и замедлял ход, преодолев очередной холм.

На экране заднего обзора все с ужасом увидели настигающий их пенный вихрь. Вездеход дрогнул и всплыл на поверхность горячего потока. Несмотря на чрезвычайность ситуации, любопытство взяло верх над смятением, и все путешественники кинулись к иллюминаторам.

Кипящая вода несла их вперед. Не было видно ни гор, ни небес, ни светлой полоски, обещавшей спасение. Жара давала себя знать.

Обшивка вездехода разогревалась до температуры кипящей воды.

Окфф мог управлять машиной-амфибией, полагаясь лишь на показания радара, поскольку панорамные экраны не воспринимали ничего сквозь толщу пара, поднимавшегося от кипятка. Само небо было скрыто, пропали и проблески выстрелов. Самолеты-преследователи потеряли вездеход из виду, радар не мог помочь им в сложившейся обстановке.

Жар на борту вездехода становился ужасающим. Задыхаясь и обливаясь потом, путешественники принялись расстегивать застежки и сбрасывать одежду.

Никто уже не отдавал себе отчета в происходящем. Дышать раскаленным воздухом становилось невозможно. Почти обнаженный, как и Окфф, Кокдор стремился помочь ему выстоять. Вездеход плыл вперед больше по воле волн, чем подчиняясь двигателям. Его экипаж медленно погибал.

В пару, заполнившем внутренность вездехода, почти ничего не было видно. Кокдор, вцепившись в рукоятки управления, едва различал обнаженные вздрагивающие тела. Он слышал звуки падения, слышал стоны, призывы о помощи и даже хрипы агонии.

Раке бил крыльями. Где же Давехат? Она страдала молча, в отчаянии от провала экспедиции.

Внезапно раздался ужасный вопль. Все прислушались, стараясь понять, что это было. Натыкаясь на такие же обнаженные тела меркурианцев, еще кое-как державшихся на ногах, Люк Дельта разглядел в облаке пара человека, только что получившего страшные ожоги. Подойти к нему было невозможно. С той стороны, где он находился, был слышен непрекращающийся свист.

– Вода!
– вскрикнул один из меркурианцев.- В обшивке пробоина!

Видимо, броня оказалась поврежденной выстрелами, в образовавшееся отверстие под большим давлением хлынула вода и обварила одного из членов экипажа.

Вездеход тащило безумным потоком, как щепку. Кипящая вода постепенно заполняла его.

Остроконечные, устремленные ввысь вершины огромных гор, которые ни разу не точили дожди. Бесконечная цепь, почти полностью окружившая планету скалистым кольцом.

Над горами, на немыслимой высоте, висят облака. Их огромная масса, казалось бы, никогда не редеет и не рассеивается. Она настолько плотна, что кажется черной пеленой, неустанно клубящейся над пиками и отрогами. За тучами, на головокружительной высоте едва просматривается небо.

В заоблачных высотах глаз не выдерживает ослепительного света. Солнце скользит обжигающими лучами по верхушкам облаков, которые словно нагромождены на базальтовые и гранитные вершины. За этим гигантским экраном угадывается чудовищное Солнце. Находящееся совсем рядом с планетой светило с самого рождения Солнечной системы испепеляет обращенную к нему сторону Меркурия. Сама природа позаботилась и соорудила над ним что-то вроде защитного купола, иначе жизнь была бы невозможна в этой части планеты, а умеренная зона, которую называли радостным поясом, не могла бы существовать.

Под теплыми облаками развилась великолепная и причудливая жизнь с гигантскими растениями, огромными цветами, жутких размеров насекомыми, гибридами млекопитающих и рептилий; большая часть туловища зверей была покрыта чешуей, этим природа предусмотрела защиту от ужасающих щупалец горячей зоны, которые та время от времени протягивала к умеренной.

Бурные реки прорезают тропические леса. Деревья там отличаются прихотливо вырезанными кружевными листьями, которые топорщатся пышным веером. Повсюду цветут цветы изумительной красоты. В такие же потрясающе яркие краски одеты и диковинные звери.