Шрифт:
Annotation
Надомная работа бывает разная. Наталья водила к себе мужчин. Однажды в дверь постучался сосед, его просьба была полной неожиданностью.
Тиша Пестова
Тиша Пестова
Соседка
Наталья вела тихую жизнь. Да и как её вести громкую, если однокомнатная квартирка в новостройке с обеих сторон стиснута другими квартирами, двушкой и трёшкой. Да напротив ещё одна. А стеночки в их доме эконом-класса тонкие, утром можно с соседями здороваться да на каждый чих желать здравствовать.
Так что Наташа старалась себя не выдавать. И мужчин к себе водила исключительно в рабочее время. Получалось, что и у соседей — рабочее, и у неё.
Как оно так вышло, Ната и сама не очень понимала. Вернее, старалась не задумываться. Не мечта детства, конечно. Не предмет гордости, скорее, наоборот. Хлебнула в жизни горя, тяжело работала, по 12 часов стояла в торговой палатке на рынке, и в мороз, и в сильную жару. Устала. Однажды приятельница из соседней торговой точки намекнула, мол, есть заинтересованные мужики, приехали на заработки, без семьи маются, платят хорошо.
Наташа решилась. Оказалось, мигранты. Но тоже ведь люди. Им и надо было не особо много, сбросить пар, так сказать. Наталья сразу поставила условие: никаких извращений. Всё строго традиционно. И максимально быстро.
И пошло. Наталья и не заметила, как разовое дело превратилось в конвейер.
Ей даже не было особо противно. На себе она давно поставила крест. 37! Чего можно хотеть от жизни? Разве что своего угла и чтоб сама себе хозяйка.
Так и получилось.
Через полгода ушла с ненавистного рынка и в ипотеку, вложив всё накопленное за годы каторги, купила эту квартирёшку.
Клиенты потянулись за ней. В новом районе мигрантское сообщество передавало её контакты из рук в руки, и Наталья продолжала оказывать интимные услуги. Но теперь конспирацию наладила ещё жёстче.
Страждущий ей звонил, и она назначала время. Опаздунов не прощала. Не явился вовремя — твои проблемы. Наталья брала предоплату, и деньги сгорали в случае неявки или опоздания. Обычно никто не задерживался. Явившись, очередной Шодмонбек скромно ждал у подъезда. Домофон Наташа не оплачивала, зачем ей дополнительные расходы?
Она спускалась вниз в тапочках и халате, ничуть не стараясь выглядеть лучше, сразу брала деньги и вела за собой.
Никаких лишних движений и звуков. Шито-крыто.
Соседи справа была тихая пожилая семейная пара. Оба на пенсии, но продолжали работать. Слева жила семья из трёх человек: мать и отец средних лет и их сын-студент. Сын учился в другом городе и редко приезжал домой. Квартира напротив сдавалась в аренду, и там постоянно менялись жильцы, но Наталью это не беспокоило — они были далеко от неё, через целый коридор.
Стук в дверь оторвал Нату от телевизора.
— Кто ещё? — громко и недовольно спросила она. Иногда появлялись незваные визитёры, и их нужно было окоротить сразу.
Она посмотрела в глазок и открыла: на пороге стоял сосед, высокий седой старик.
— Здравствуйте, соседушка, — ласково сказал он. — У меня просьба. Жена у меня ногу сломала, лежит теперь, а мне на работу обязательно надо. Вы уж приглядите за ней, как сможете. По-соседски.
— Как приглядеть? — спросила Наташа, не очень понимая, чего хочет дед.
И добавила глупо:
— Я же работаю.
Сосед наклонил голову, соглашаясь, улыбнулся, сказал мягко:
— На дому.
— Что?
— Вы же на дому работаете? Удалённо. Как это сейчас модно.
Наталья взглянула ему в лицо: издевается? Мужчина смотрел спокойно, ни сарказма, ни высокомерия она не увидела.
— Вы только сегодня побудьте с ней, — продолжал уговаривать сосед. — А я в пять вернусь. Завтра-то отгулы возьму, а сегодня надо выйти. Да вы не волнуйтесь. Я заплачу! И кушать тоже… у нас покушаете.
Наталья собралась отказаться. Она не сиделка, не медсестра, у неё свои планы, в конце концов! Но дед смотрел с надеждой, даже, показалось, с отчаянием, и она неожиданно для себя согласилась. Вдруг представилось, что это она просит, умоляет о помощи. Сдалась.
Мужчина радостно залопотал что-то, бросился к себе в квартиру, оттуда раздался его голос: сообщал супруге новость. Наташа так и стояла на пороге, не понимая, что должна делать. Сосед уже снова выскочил и потянул её за собой:
— Идёмте, идёмте, я вас познакомлю!
Их этаж жил отчуждённо. Ладно, вечно меняющиеся арендаторы, но и постоянные жильцы разве что здоровались, сталкиваясь у лифта. Ни имени, ни обмена телефонами, ни посиделок по-соседски.
Чувствуя неловкость, Наталья переступила порог чужого дома. Потянуло чем-то свежим и совсем слегка лекарствами. Чувствительная к запахам и чистоте, Ната ощутила удовлетворение: квартира была ухоженная. Чистенький половичок в прихожей, две пары обуви на решётке.
— Сюда, сюда, — звал из комнаты хозяин.
Наташа вошла. Это была гостиная. На диване лежала женщина, укрытая пледом. Она повернула голову, глянула на гостью и слабым голосом сказала:
— Эдик, ну зачем ты человека побеспокоил! Я бы спокойно подождала тебя.
— Перестань, что ты за своё! — махнул рукой муж и обратился к Наташе: — У неё ещё и рёбра сломаны. Не сможет она без помощи.
— Как вы так? — поцокала языком Ната. — Упали?
— Упала, — согласилась женщина. — Да вы проходите. Эдик, ты иди, опоздаешь.
Потоптавшись возле жены, поправив плед, подушку, убрав упавшую ей на лицо прядь, поставив рядом бутылочку воды, проверив, лежит ли на тумбочке сотовый («Звони обязательно!») — в общем, совершив кучу каких-то мелких, суетливых дел, сосед наконец ушёл. Ната опустилась в кресло, огляделась. Стеллаж с книгами, телевизор, цветы на подоконнике. Обстановка обычная, скучная, но уютная.