Чтение онлайн

– Как скажешь, воевода. – Алексей склонил голову. Это в Москве много лет спустя спину в поклонах гнули, Новгород же город свободный. – Благодарю за честь.

– Назовись.

– Алексей Терехов, бывший десятник.

– А ноне простым дружинником будешь. Ступай к Петру, он тебя определит.

Когда Алексей подошел к Петру, тот заулыбался:

– Взяли?

– Взяли, велели к тебе идти.

– Сейчас определим.

Петр провел его в воинскую избу:

– Вот твой топчан.

Потом подобрали одежду, шлем, щит, меч, копье, и Алексей стал выглядеть, как другие дружинники, почувствовал себя равным среди равных. А жить в воинской избе ему не привыкать.

– Голоден? – поинтересовался Петр.

– Как волк.

– Идем в поварню. До ужина далеко, но что-нибудь поесть найдут.

На кухне нашлась каша с убоиной, оставшаяся от обеда, и хлеб. Но Алексей и этому рад был, миску опростал вмиг.

Петр, видя, как Алексей работает ложкой, ухмыльнулся:

– Сегодня можешь отдыхать. А завтра с утра сотник определит, в какой десяток пойдешь. Лучше бы ко мне. Новиков в десятке – большая часть, и случись воевать, так ведь и не готовы еще толком. Если я сам с Онуфрием переговорю, ты как? Не против?

– Согласен.

Алексей успел выспаться, когда к вечеру в воинскую избу пришли дружинники. Кто из караулов, другие – с занятий. От некоторых конским потом изрядно пахло – в конюшне за лошадьми ухаживали.

Алексея встретили доброжелательно, окружили, стали интересоваться – откуда? Не земляк ли? Да где, под каким князем служил, где воевать пришлось?

Рязанцев, к облегчению Алексея, среди дружинников не оказалось. Зато когда он поведал, что вместе с Онуфрием против войска Батыева сражался, под стягом боярина Коловрата, воины уважительно зацокали языками.

В дружину Алексей влился быстро: дело воинское привычное, делить нечего. По утрам, после завтрака, нагружал себя поболее многих – бег, тяжести, подтягивание на импровизированной перекладине. Соорудил себе нечто вроде макивары: врыл в землю столб и обернул его несколькими слоями грубой рогожи – чтобы кожу в кровь не сбивать, и молотил по ней руками и ногами.

Дружинники, глядя, посмеивались, а один гридь, огромный собой, постояв рядом, хихикнул:

– Эка ты ногами коленца выделываешь – как плясун какой! В бою-то оно неудобно, руки должны из нужного места расти.

– Становись напротив! Ты работаешь руками, а я – только ногами.

– Ха, насмешил! В полную силу бить?

– Как можешь!

– А ежели зашибу?

– Значит, судьба такая.

В судьбу, удачу и все прочее верили свято.

Вокруг сразу же собрались дружинники. Дело доселе невиданное – драться ногами. Ну, бывало, били иногда в бою сапогом по краю щита противника или в колено – это когда уж совсем туго приходилось.

У каждого из противников сразу появились болельщики, но больше их было на стороне Григория – так звали противника Алексея. Григорий был высок, широк в плечах, мышцы под рубахой бугрились. И то сказать, до дружины молотобойцем у кузнеца был.

– Начинайте! – крикнул кто-то из толпы.

Григорий ринулся вперед, как бык на красную тряпку.

– Ща я тебя урою, в землю вгоню! – проревел он.

Ну да, перед схваткой надо напугать противника, чтобы коленки от страха тряслись. Но не на того напал. А уже кулак размером едва ли не с футбольный мяч на Алексея летит.

Алексей уклонился, и кулак просвистел в миллиметрах от головы.

Григорий по инерции подался всем телом вперед, и Алексей придал противнику ускорение, сильно пнув его в пятую точку. Не удержавшись на ногах, Григорий грохнулся об землю, подняв тучу пыли.

Окружение разразилось смехом, дружинники стали отпускать едкие шутки:

– Гриша, ты олуя перебрал или споткнулся?

– Да не, его ноги не держат, вишь, здоровый какой!

Григорий и в самом деле был самым крупным в дружине, стоял на правом фланге в шеренге. И копье ему было под стать, метров пяти длиной, и древко – как бревно.

Григорий вскочил, лицо его было красным от досады – немаленький ростом Алексей едва доходил ему до плеча.

Григорий снова кинулся в атаку. На этот раз он молотил перед собой обеими руками, рассчитывая, что хоть один удар, да достигнет цели. А уж тогда – чистая победа, поскольку от его кулачного удара по лбу у быков ноги подгибались.

Алексей отскочил назад, упал на спину, крутанулся и ударил Григория под колено. Григорий начал падать назад, попытался удержать равновесие, но в этот момент Алексей ударил его под колено другой ноги, и Григорий не удержался, упал на спину. От удара о землю у него перехватило дыхание, Алексей же вспрыгнул ему на грудь, поставил босую ступню на шею и слегка придавил. У Григория побагровело лицо.

– Сдаешься? – Алексей не хотел жестокости: все-таки они товарищи и в бою должны выручать друг друга. И еще одно – не желал он унижения противника. Бой учебный, а обиды долго не забываются.

Григорий не отвечал, и Алексей протянул ему руку:

– Вставай!

Григорий ухватился за руку и встал. Не взять протянутую руку было неприлично, значило нанести обиду.

Дружинники разочарованно расходились. Они думали – потеху увидят, а получили избиение младенца.

Григорий стал отряхивать одежду от пыли.

– Признаю, силен ты ногами сучить.

– Ноги завсегда сильнее рук и в трудной ситуации могут жизнь спасти.

По примеру Алексея новики поставили рядом еще два столба и тоже стали упражняться. Алексей им показывал, как правильно наносить удары пяткой, ребром ступни, и дружинники уже не усмехались, глядя на необычные танцы у столбов.

А через месяц, в июне 1240 года, к князю Александру прискакал гонец с тревожным известием – шведы на кораблях вошли в Неву, угрожая взять Ладогу. Возглавлял экспедицию ярл Ульф Фаси, вместе с которым было несколько католических епископов. Князь решил выступить в поход и атаковать – времени на сбор ополчения не было.

К дружине примкнул небольшой отряд новгородцев из числа ушкуйников – люди смелые и решительные, хорошо владевшие оружием и сами не раз совершавшие набеги на шведские земли. Они хотели помочь разбить захватчиков, да и что скрывать – взять трофеи и добыть славы.