Чтение онлайн

Со времён Вечного Правителя эта далёкая империя поддерживала великолепное посольство на холме цитадели: экзотическая крепость с высокими зубчатыми стенами и изогнутыми медными крышами, конструкция которых делала их похожими на кожу золотого дракона.

Люди из Ксианга уже сами по себе были необычными. По большей части их лица выглядели причудливо широкими, носы были более плоскими, чем обычно, но прежде всего смущали их глаза, потому что были более узкими с ярко выраженной складкой век. Золотистый цвет кожи и чёрные как смоль волосы казались для них обычными, во всяком случае, Ласка на мог вспомнить, чтобы когда-нибудь видел кого-либо из далёкой империи, у кого не было бы золотистой кожи и чёрных волос. Много слухов ходило об этой далёкой империи. Как говорили, там улицы вымощены золотом, женщины изящны, ласковы и самые красивые в мире. Однако так же говорили, что мужчины решительные бойцы, которые пойдут на всё, чтобы защитить честь своих жён.

В то, что женщины действительно были такими красивыми, как говорили, можно было верить лишь на слово. По крайней мере в Аскире, их ещё никогда не видели на улице. Если одна из них покидала великолепные сады посольства, то только в одном из таких паланкинов, защищённая от неприличных взглядов плотными шёлковыми занавесками. Ласке уже несколько лет натерпелось нанести длительный визит в посольство. Но он не дожил бы до сегодняшнего дня, если бы также не был рассудительным. Каким бы экзотическим не было посольство Ксианга, оно, после цитадели Вечного Правителя, к тому же было самым защищённым местом во всём Аскире.

Лишь однажды ему удалось заглянуть за высокие стены, по крайней мере, теперь он мог подтвердить, что сады действительно были такими великолепными, как о них говорили. А также слова об изяществе женщин, поскольку он увидел молодую женщину в саду, одетую в роскошные шёлковые одежды и с широким поясом вокруг талии, которая показалась ему достаточно узкой, чтобы обхватить её обеими руками. По крайней мере, женщины не брили свои головы, он ещё хорошо помнил водопад чёрных волос. А ещё Ласка хорошо запомнил ощущение холодной стали, пронзившей его плечо! И это сотворили не охранники, которых ему с большим трудом удалось избежать, это была женщина в саду, которая, похоже, не глядя, бросила в него кинжал!

Ласка всё ещё хранил его — прекрасная работа из полированной стали с гравировкой и рукояткой из чёрного твёрдого дерева, также великолепно сбалансированный. В каком-то смысле таким образом его визит всё-таки оправдал себя. Такой кинжал, сам по себе, стоил уже целое состояние. Теперь он носил его в ножнах между лопатками — это был его личный талисман.

Ласка позволил себе лёгкую улыбку, когда слегка поклонился невидимой сэре в паланкине. То, какие богатства скрывало посольство, теперь интересовало его гораздо меньше, чем миниатюрная фигура, которая с такой точностью чуть не сбросила его с высокой стены посольства… а в паланкине сидела сэра, и это её проницательный взгляд он почувствовал, его инстинкты были слишком хороши, чтобы ошибиться. «Может, это даже та же самая сэра, которую он в своих снах так часто навещал в её великолепном саду», — подумал он с улыбкой.

Грохот тяжёлых колёс телеги заставил Ласку посмотреть вправо. Он увернулся от телеги и столкнулся с торговцем, который снисходительно посмотрев на него, обозвал увальнем, прежде чем с фырканьем уйти.

Почти удивлённо Ласка посмотрел на свою руку, в которой у всех на виду лежал вышитый кожаный кошелёк… он был так сильно погружён в свои мысли, что даже не заметил, как обчистил торговца! «Боги, только не это», — подумал Ласка.

— Эй, вы там! — поспешно окликнул он торговца. — Вы потеряли свой кошелёк!

Торговец вздрогнул и испуганно потянулся к поясу. Что ж, этот кошелёк всё ещё был на месте. Затем его рука метнулась к груди, где он думал, что его золото в безопасности. Словно морж, фыркая, он поспешил вернуться к Ласке, почти что вырвал кошелёк из его руки, чтобы потом разгневанно потопать прочь. «Ни слова благодарности», — подумал Ласка, качая головой. «Какой грубиян!»

Он почувствовал тяжёлую руку на своём плече и обернулся. Там стоял морпех и хмуро глядел на него.

— Разве вы не видели, как он потерял кошелёк? — поспешно спросил Ласка, проклиная свои ловкие руки и старые привычки. — Я только что вернул его! Вы, должно быть, видели это!

— Видел, — прорычал морпех. — Мы понимаем, что ты знаешь, что мы за тобой наблюдали. Не знаю, как ты это сделал, но я точно не рад, что ты выставляешь нас на посмешище!

— Но… — начал Ласка, однако прежде чем успел сказать больше, другой морской пехотинец въехал ему стальным кулаком в живот. Задыхаясь, Ласка упал и заработал от солдата ещё один пинок по рукам.

— Как по мне, я подсунул бы тебе свой кошелёк и арестовал, — угрожающе продолжил другой Морской Змей. — К сожалению, мой кошелёк настолько пуст, что нам никто не поверит… — Он наклонился к Ласке и приставил ему кулак к носу. — Уже достаточно плохо то, что мы никак не можем тебя поймать, но пытаться выставить нас дураками на глазах у всех, советую тебе в будущем подумать об этом дважды! Понял?

Прежде чем Ласка успел ответить, другой солдат схватил своего товарища за руку и потащил прочь.

— Оставь его, он того не стоит, — ещё услышал Ласка. Последний сердитый взгляд, и оба солдата растворились в толпе.

Ласка медленно поднялся, увидел, что на него указывают пальцами и поглядывают с любопытством и лишь отчасти с жалостью. Тот факт, что маленький вор воспользовался возможностью, чтобы отрезать кошелёк одного из зевак, не прибавил Ласки веселья. Он огляделся и не смог нигде обнаружить паланкин. Ласка мог лишь надеяться, что она не слишком отчётливо видела его поражение. При этой мысли он почувствовал себя странно смущённым. Со вздохом Ласка отряхнул с одежды пыль, ещё раз тихо выругался, когда заметил, что его новый камзол порвался, а потом пошёл дальше, делая вид, что всё это его не касается.

«Боги! Как могла с ним случиться такая глупость!»

Сделав два шага, он остановился.

— О, — сказал он, развернулся и вздохнув, пошёл назад… там, в шаге от того месте, где он столкнулся с торговцем, стояла святыня Борона, а рядом коренастый священник в красной мантии своей веры, хмуро смотревший на него.

Ласка перевёл взгляд со священника на статую бога.

— Будет какой-то толк, если я скажу, что это была оплошность? — сокрушённо спросил Ласка.

Священник окинул его взглядом с головы до ног.

— Сэр, это ваша совесть привела вас сюда. Из чего можно сделать вывод, что то, что приключилось с вами, на этот раз, возможно, было несправедливо. Но вы сами признаёте, что случившееся с вами только что, если учесть всю вашу жизнь — обоснованно. — Священник слегка поклонился Ласке. — Мой бог, несомненно, поприветствует, если вы искренне раскаиваетесь в содеянном… но едва ли это так. Иначе вы не стояли бы здесь и не задавали этот вопрос!

— Вы, священники, обучаетесь всему этому в храмовой школе? — недовольно спросил Ласка, роясь в своём кошельке в поисках двух серебряных монет, которые он бросил в чашу для пожертвований.