Чтение онлайн

Этой фразы хватило, чтобы веселая игривость слетела с лица моей потенциальной невесты. Юля опять нахмурилась. Как быстро меняется настроение моей соседки! Что-то у девушки с гормонами. Либо беременная, либо дни не те. Вслух выяснять эти тонкости я посчитал лишним, а вместо этого принялся одеваться.

Сегодня с прокурорскими разносолами я пролетал. К Эльвире Юрьевне Клюйко пришлось идти не через хлебосольный подвал. В коридоре уже стоял конвой с экс-советником юстиции. Здороваться со мной Гайк Радикович не захотел. Из чего я сделал вывод, что арестант Ягутян испытывает ко мне личные неприязненные отношения. А с другой стороны и его понять можно, выкопать из ямы почти два куба грунта и не найти там обещанного жмура! Да еще при полном ангажементе! Н-да…

Баллистические траектории мыслей в голове мадам Клюйко стали проясняться для меня после третьей очной ставки. В недавно переданном ей уголовном деле, эта тетка по какой-то причине была на стороне кауказского этноса. При всей ее опытности, продуманности и нарочитой непредвзятости, данное обстоятельство проявилось пару раз вполне отчетливо. Мы оба с ней знали, что все восемь казбеков говорят правду. Не про то, как они торговали наркотой и не про то, как спекулировали водкой и запчастями. А про то, как непроцессуальными, да что там, крайне незаконными методами я доказал их виновность. Но, если мое знание правды основывалось на личном участии в событиях, то на чем зижделось ее, я пока не понимал.

Тем не менее, стоял я на своем крепко и на провокации не поддавался. Даже, когда гражданин Ягутян, утратив над собой контроль, начал визжать и брызгать слюной в мою сторону. Я видел, как Эльвира Юрьевна недовольно морщится, явно не одобряя поведения подследственного. И в тоже время меня не оставляло ощущение, что она на меня охотится. Это были не первые в моей жизни очные ставки и по тому, как она их проводила, было понятно, кто здесь дичь. Однако разум подсказывал, что не может эта баба так целенаправленно топить меня только лишь из-за одной их совместной с мерзавцем Ягутяном принадлежности к прокурорскому ведомству.

Первое время я еще недоумевал, гадая, что же движет мадам Клюйко в стремлении уличить меня в применении к этнической банде не совсем законных методов. Потом плюнул и сосредоточился на своей обороне. Жаль, что здесь отсутствует новая Конституция с ее пятьдесят первой статьей. Сейчас бы сидел молча и тупо пялился на коленки Эльвиры. А она ходила бы вокруг стеклянного купола и щелкала зубами, исходя слюной. Ну да ладно, и без пятьдесят первой ей хер, что обломится. Денег, что ли ей посулили? Или уже взяла? Логика поползновений Ягутяна мне была понятна. Он настроен сначала дискредитировать меня, а потом и состоятельность улик, добытых мною против их шайки свести на нет.

В Икарус-гармошку я вошел довольный собой. Пока что шайке педерастов пробить мою оборону не удалось. Однако близкая перспектива следующего раунда, с еще четырьмя очняками, положительных эмоций не генерировали.

— Серый, здорово! — кто-то толкнул меня в бок сзади.

Отвернувшись от окна, я увидел обрадованную физиономию парня своих лет. Одет он был хоть и прилично, но по-советски серо. Не работяга, но и, точно, не сын партийно-торговых работников. А уж моему мажорному прикиду, в который меня успела обрядить Софья, он проигрывал вчистую.

Тимченко. Пашка Тимченко. Память исправно выдавала кусками и мазками информацию об автобусном попутчике. Университет и близкие приятельские отношения на протяжении всех трех курсов. На лекциях сидели рядом и пивом тоже увлекались вместе. Разве, что только по девкам ходили вразнобой…

— Говорят, что ты после армии тоже в милиции служишь?! — радостно то ли спросил, то ли похвалил меня друг моего нынешнего тела.

— Кто говорит? Москва? — с нейтральной дебильностью пошутил я, чтобы хоть что-то сказать своему приятелю, не вдаваясь в опасные частности.

— Почему Москва? — с правдоподобной искренностью удивился Тимченко, не поняв моего утонченного юмора, — Светка Самарина говорит. А ей, вроде-бы Ленка Полянцева сказала, — без затей сдал все свои источники Павлик.

— Сам-то как? Ты в какой службе лямку тянешь? — не пропустив мимо ушей его «тоже», спросил я своего бывшего однокашника.

— Следователь! — гордо признался Тимченко, — Сразу после распределения. Слушай, а тебя еще наши девки не выловили? — озадачил меня таким странным вопросом Павлик, — Они к тебе в Советский собрались ехать!

— Зачем? — в ту же секунду вырвалось у меня, — Кто это, «они все» и зачем им ко мне ехать? И, тем более, в Советский? — мне уже стало некоторым образом тревожно на душе.

— Ну как! Ты же в Советском служишь? А послезавтра двадцать третье! Забыл, что ли? — недоуменно вытаращился на меня Пашка, — Хотя и не удивительно, ты же уже два года пропустил. А мы каждый год все собираемся. Ну, почти все, — уточнил он, — Все, кто в городе остался, а теперь вот и ты появился!

Делегация девиц в Советский РОВД по мою душу меня не радовала. Что они там наговорят и чем им там про меня ответят, предположить было сложно. Ни к чему мне такие междусобойчики моих знакомых. Точнее, моих с не моими.

— Слушай, Паша, не надо им меня вылавливать! Ты им прямо сегодня сообщи, что и в Советский им не надо переться. Во-первых, я уже не в Советском служу, а во-вторых, вот он я и все, что надо, ты мне прямо сейчас скажешь! — аргументированно начал настраивать я Павлика.

— Точно! — радостно согласился Тимченко, — Только зря проездят! Тогда гони червонец, мы по десятке на торт и на кирюху скидываемся, а девки еду готовят.

Откупившись червонцем, я еще не решил, пойду ли я на эту пьянку. Никаких душевных порывов к встрече с чужими одногруппниками я не чувствовал. Наоборот, была опаска на чем-то проколоться среди людей, которых я практически не знаю, но которые считают меня своим. Ладно, червонец я отдал, а до послезавтра еще есть время. Перед тем, как мне выйти, мы успели обменяться телефонами.

Не заходя к себе в кабинет, я торкнулся к своей начальнице доложиться о прибытии. Лидия Андреевна была не одна, у нее сидела Пастухова. Я было обрадовался, что контакт с руководством состоялся и сказав, что пошел назначать экспертизу, хотел уже развернуться.

— Обожди, присядь пока! — велела мне начальница, — Мы уже заканчиваем с Натальей Ивановной. Ты чайник пока включи, — пожав плечами, я подчинился.

Я уже не только включил чайник, но и дождался, пока он вскипел. И даже успел сыпануть в заварочник чаю, и залить его кипятком. Наконец, Пастухова удалилась и мы с Лидой сели чаевничать. Не до экспертизы, тут другие приоритеты..