Совушка
Шрифт:
Период травли закончился, Сидни больше не игнорировали, как раньше. Тем не менее без проблем не обошлось. И возникли они там, где оборотница совсем не ожидала.
– Опять курсы? – возмущалась мама ещё той зимой, когда Сидни рассказала об учёбе в танцевальной студии и поделилась новыми планами освоить секреты красоты и ухода за собой.
– Тебе не надоело?
– Нет.
– Зачем тебе макияж? В армии не красятся!
– Но ведь моя жизнь – это не только служба, – спокойно объясняла девушка.
– В конце концов мне хочется нравиться мужчинам. И замуж я хочу выйти.
– Кому надо, и так тебя заметит и оценит.
– Я хочу хорошо выглядеть прежде всего для себя. Это даёт мне чувство уверенности.
– Иди на плац, погоняй каких-нибудь новобранцев! И будет тебе уверенность!
– Ты не понимаешь, мама, - мягко стояла на своём оборотница.
– Мне хочется летать в город, общаться! Это лучше, чем одной дома сидеть!
– Тоже мне, нашла беду. Легла полежала или кино посмотрела.
– Мама, у меня есть желание, время и возможности. Я пойду на эти курсы, тем более их проводит настоящий мастер из столицы.
Старая сова помолчала немного и, не скрывая недовольства, спросила:
– Сколько они стоят? Надеюсь, дешевле, чем твои танцульки?.. Мы тут новую мебель в гостиную заказали.
Сидни буквально на секунду опешила, а потом горько усмехнулась.
– Я так и подумала... Проблема не в курсах, а в их стоимости, да?
– Деньги надо тратить на нормальные вещи, а не на ерунду какую-то!
Девушка уже не улыбалась.
– Скажи мне, мама, а почему я должна тратить СВОИ деньги на ремонт ВАШЕГО дома?
– Это и твой дом тоже!
– Когда я была там в последний раз? – сова нахмурилась.
– Знаешь что, дорогая! Мы тебя растили, учили, будь благодарна!
– Твои родители тебя тоже растили и учили, но что-то я не припомню, чтобы ты им деньги давала, - упрекнула Сидни и добавила: – Если вы с папой планируете крупные покупки, то копите на них сами... Брат катается на мотолёте, который МЫ подарили ему, а кредит почему-то плачу одна Я!
– Разве ты не любишь своего брата? – изумилась мама.
– Люблю! – девушка закатила глаза. – Но сколько сестёр дарят своим братьям мотолёты?.. По-моему, это слишком.
– Не ожидала от тебя такой мелочности!
– А чего ты ожидала? – сова выпрямилась.
– Что я буду до конца жизни мотаться по воинским гарнизонам, носить казённую форму и есть столовские харчи, а зарплату отдавать тебе?.. Я тоже хочу жить, мама!
– Кто тебе не даёт? Это был твой выбор – «Пернатая» академия!
Сидни кивнула:
– Да, мой! И я не жалею! У меня хорошая работа и нормальная зарплата, которую я вам больше отдавать не буду!
– Но мы уже оформили кредит на мебель! На три месяца!– запаниковала оборотница. – Ты не можешь с нами так поступить!
Девушка скрипнула зубами.
– Половину... Я оплачу только половину суммы.
Старая сова обиженно задышала в трубку, но Сидни, коротко попрощавшись, завершила звонок.
Вэдимас, узнав об этом разговоре, фыркнул:
– Я бы и половину не давал.
Сова тряхнула головой.
– Я не могу так… Как бы там ни было, они – моя семья. Единственные родные мне люди! И если произойдёт что-нибудь плохое, я пойду к ним.
Ворон устало облокотился на стену. А Сидни устроилась рядом.
– Я понимаю, что перегибаю со своей заботой... Но если я буду поплёвывать на окружающих, разве это буду я? – она посмотрела на старика. – Наверное, дело не только в воспитании. Я такой родилась… Может, это и не лучшее качество, но мне так спокойнее… Спокойнее на душе. Я не хочу мучиться угрызениями совести, зная, что могла кому-то помочь, и не помогла.
– Помочь, а не жить во имя других!
– Это я уже поняла, - примирительно улыбнулась девушка. – И сделала нужные выводы.
Их разговору помешал молодой коракс, прибежавший за Вэдимасом.
– Вас бета зовёт!
И Сидни осталась одна. Она сидела на веранде и думала. Прошло больше часа, а девушка до сих пор переваривала разговор с матерью. Ощущение недолюбленности до этого только мелькавшее, теперь окончательно поселилось в душе. Конечно, Сидни и раньше замечала, что родители по-разному относятся к ней и к брату. Но в детстве на все вопросы был один ответ:
– Он же маленький!
А потом оборотница улетела учиться, и в редкие встречи было не до выяснения отношений. Её радостно встречали: мама готовила пирог, отец на время отвлекался от работы и проводил вечер с семьёй. Даже разбалованный младший брат делился конфетами. В такие моменты Сидни чувствовала себя любимой и успокаивалась. Неужели это был самообман?.. Девушка подумала о том, что будет, когда она перестанет отправлять денежные переводы домой, а она перестанет, это уже был решённый вопрос. И внезапно поняла, что, скорее всего, ничего. Ничего не будет! Никто не будет звонить ей! Никто не будет ждать в гости!.. Стало неуютно и немного не по себе. Девушка поёжилась и опустила голову.
…
А ближе к лету эта тема получила неожиданное продолжение. Как-то раз Вэдимас Рукша встретил сову недалеко от штаба, перехватил её растерянный взгляд и заволновался.
– Что случилось? На тебе лица нет!
– С мамой говорила... Мне кажется, она всё-таки до конца не верила, что я перестану переводить деньги. И вот позвонила... – девушка выразительно махнула рукой. – Если кратко, то она считает, что я ничего не смыслю в финансах и распущу свою зарплату на ерунду.
Ворон хмыкнул:
– А она, разумеется, пустит её на благое дело - себя и своего муженька с сыночком!
– Вэдимас, не надо. Это всё-таки моя семья... – тихо попросила оборотница, пряча глаза.
– Но вы правы.
– Ещё бы я был не прав! – фыркнул коракс и насупился: - Ха! Болтун ей вместо драгоценного яичка!
– Что?
Старый ворон задумчиво покусывал губу.
– Крупица истины в словах твоей матери есть. Не думая и не планируя свои траты, можно и миллионное состояние спустить в унитаз, прости за грубость. По роду деятельности ты теперь действительно тратишь немного, и большая часть заработанного остаётся.