Чтение онлайн

– Поясни, – потребовал он.

– А что тут пояснять? – кипела негодованием Бригитта. – Главный герой убил всех животных в лесу. Нет, вы видели?! Что ему медведь-то сделал? А цветок он зачем сорвал? Сказано же было – сорвешь, погубишь лес. Какая же это комедия? Драма самая настоящая!

Аделина хихикнула и взяла Бригитту под руку.

– А ты, оказывается, ничего, вполне себе нормальная, – сказала она.

– А ты думала, со мной что-то не так? – удивилась графиня.

Мужчины ушли немного вперед, но Аделина все равно наклонилась к уху Бригитты и зашептала так, чтобы их спутники ее не услышали.

– Ну, ты же невеста Волфуорта. Все думают – ты такая же, как он.

– Все? Ты о ком? – не понимала девушка.

– Бригитта, весть о женитьбе герцога разлетелась по всему королевству. Разве ты не замечаешь, как на тебя все смотрят? Погляди вокруг.

До сей минуты Бригитта и правда не замечала любопытствующих взглядов. Она настолько была погружена в свои мысли о нежданном замужестве, что попросту отключилась от внешнего мира. Но после слов Аделины действительно ощутила повышенное и пристальное внимание к своей персоне. На нее пялились абсолютно все!

Бригитта хотела бы уехать домой, но после спектакля герцог повел всю компанию в погребок. Девушка постаралась абстрагироваться от чужого праздного любопытства. За выбранный Волфуортом стол, специально села спиной ко входу, чтобы ненароком не встречаться взглядом с посетителями.

Герцог сам выбрал, какие блюда она будет есть, и Бригитта пожалела о том, что не додумалась взять с собой хотя бы немного денег. Теперь ей придется отведать тыквенный суп-пюре и отварной картофель с рыбой, приготовленной на пару. Эрнис с Аделиной наслаждались наваристым рассольником, жареной картошечкой с грибами и стейком из капибар. Перед женой Лаварэнца красовалось блюдечко с шоколадным десертом. Бригитте казалось, она умрет, если не отведает этого шоколадного чуда.

– Можно мне такой же десерт? – попросила она.

– Нет, – отрезал Чарон. – В нем слишком много сахара.

– Я же ем, и все со мной нормально, – заметила Аделина.

– Ешь и толстеешь, – насмешливо ответил девушке герцог.

– Эй, я беременная, а не толстая, – возмутилась жена Эрниса. Ее муж отошел к стойке, где можно было самостоятельно наливать любой напиток, соответственно не мог защитить жену от едких слов Чарона.

– Все равно, будешь столько есть сладкого – растолстеешь. И Эрнис тебя разлюбит, – сознательно обидел герцог девушку и встал из-за стола, собираясь присоединиться к другу у стойки с напитками.

Глаза Аделины увлажнились, и Бригитта легонько погладила ее по руке.

– Не слушай его. Знаешь, моя мама со временем немного располнела, но папа ее все равно любит.

– Почему ты с ним, Бригитта? Я же вижу, ты нормальная девчонка.

– Он сам решил на мне жениться, – посмурнела графиня. – Искал себе статусную и невинную. А я вот все думаю, как избежать этого брака. Да ничего путного в голову не приходит.

– Бригитта, – оживилась Аделина. На место слезам пришло лукавство. – Выход есть. Тебе надо лишиться невинности.

– Эм-м.., – неопределенно промычала невольная невеста важного герцога.

– Ты такая хорошенькая, – продолжала искушать ее жена Эрниса. – Наверняка у тебя есть воздыхатель. Или даже не один?

– Понимаешь, – обдумала предложение Бригитта, – во-первых, воздыхатели у меня имеются, но я сама ни в кого не влюблена, во-вторых, если даже я решусь, Волфуорт все поймет. Он же убьет и меня, и моего… эм-м… полюбовника. Я сама видела, как ему ничего не стоит убить человека. И, думаю, на убийстве герцог не остановится. Он разорит мою семью, Аделина. Папина верфь и так едва на плаву, а в случае моей измены, не сомневаюсь, заказы на починку кораблей совсем прекратятся.

– Наверное, ты права, – согласилась с ней рыжая нимфа. – Тогда остается вариант – сойти с ума. Тут уж Волфуорт ничего не сможет поделать. И не убьет никого, и коммерции твоих родителей не навредит.

– Аделина, я не могу сойти с ума. Я же принимаю противоядие. И не хочу становиться сумасшедшей, – услужливо подкинула память образ безумного беловолосого эльфа, привязанного цепью к корабельной мачте.

Такова была ситуация в королевствах – богатые люди имели возможность покупать капсулы с противоядием от безумия. Содержимое одной капсулы давало страховку от сумасшествия на целый год. Стоимость ее равнялась цене кареты с четверкой породистых рысаков.

– Так не по-настоящему, – понизила голос рыжеволосая, – понарошку.

– Понарошку? Но как? Я могу попытаться сымитировать поведение скаженного, но никак не смогу сделать себе зрачок белым.

– Послушай, – быстро зашептала Аделина, заметив, что мужчины отошли от стойки с напитками и возвращаются к их столику. – Я ведь из простых, выросла в бедном пригороде. У нас там воровство процветало. Так вот, никто не хотел попасться в руки военных, но, если такое происходило, пойманный принимал таблетку безумия, она глаз в белый окрашивает. Ее один дед, травник местный, делает. Я тебе адрес дам.

– Но ведь скаженных в лес отправляют, – тоже зашептала Бригитта.

– Все лучше, чем головы лишиться.

– Не заскучали? – поставил Эрнис перед женой чашку с чаем и ласково провел широкой ладонью по ее волосам, завитым крупными локонами.

– Нам нашлось о чем поговорить, – улыбнулась мужу Аделина.

Бригитте достался бокал со свежим морковным соком.

– Как решилась судьба эльфа с корабля? – спросила она герцога спустя какое-то время, когда он придержал для нее дверку кареты.

– Он останется в Югтауне. Его уже забрали в распределитель, а на днях отправят в лес. Почему тебя интересует ушастый?

– На корабле эльфа держали на цепи. Это бесчеловечно.

– Не надо никого жалеть, Бригитта. Так проще жить, – плотно закрыл он дверку, оставляя девушку наедине со своими мыслями.

Она размышляла всю дорогу до дома. Воспользоваться ли предложением Аделины? Или выйти замуж за герцога, и будь что будет? Девушка боялась Чарона Волфуорта, хотя и старалась скрывать от него свой страх. Но, если выпить таблетку безумия, что ждет ее в лесу? Выживают ли там вообще? Про лес ходили разные слухи, но никто не мог поклясться в их правдивости. Чего она боится сильнее – поступиться своими чувствами, стать женой человека, которого отвергает ее душа? Или страшнее все же неизвестность?