Союз двух сердец
Шрифт:
Официантка подозрительно сощурилась.
— С какой это стати я с тобой пойду? Откуда мне знать, что ты не такой же, как тот парень, которому ты нос расквасил, — сплошные мускулы и ни крупицы мозгов?
— Как угодно, — возразил Кеннет. — Мерзни себе на здоровье, мне-то что. — И зашагал к докам.
Позади раздались торопливые шаги, и молодой человек улыбнулся. Именно такого исхода он и ждал.
— Погоди! — закричала незнакомка.
Кеннет замедлил шаг, позволяя себя догнать.
Дойдя до шхуны, он протянул спутнице руку, она ступила на доску, служащую трапом, и легко спрыгнула на палубу. Ладонь у нее оказалась совсем крохотная и нежная, и Лэверок задержал ее в своих пальцах чуть дольше необходимого.
В салоне ярко горел свет. Кеннет отпер дверь и отошел в сторону, пропуская гостью.
— Вот уж не подумала бы, что рыбаки так живут, — тихо выдохнула девушка.
— А я и не рыбак, — усмехнулся Кеннет, спускаясь по ступенькам вслед за нею. — Рыбаком был мой отец. Когда он состарился, шхуна отошла мне. Я ее постепенно отремонтировал, кое-что поменял, камбуз вообще оборудовал заново. Тут славно жить, особенно летом.
Девушка вновь поежилась, невзирая на теплую кожаную куртку.
— Да и зимой неплохо, — не без зависти отозвалась она, поднимая глаза на хозяина.
Кеннет скользнул взглядом по лицу незнакомки, на мгновение задержавшись на ссадине, украшающей скулу. Он осторожно дотронулся до ссадины, а в следующий миг осознал свою ошибку. Неодолимое влечение накатило на него, основательно встряхнув, точно удар электрического тока, едва подушечки пальцев коснулись невероятно нежной, бархатистой кожи.
— Ты поранилась, — прошептал он.
Взгляды их встретились. Зеленые глаза настороженно расширились. Она накрыла его пальцы ладонью.
— Правда?
Кеннет кивнул. Его неодолимо тянуло поцеловать гостью, хотя слабое эхо здравого смысла « подсказывало: не надо, не стоит. Они даже не знакомы толком, он эту девицу минут двадцать назад впервые в жизни увидел! Черт подери, он даже имени ее не знает, однако того и гляди заключит в объятия и прильнет к ее губам! Кеннет нервно сглотнул: кто-кто, а он отлично понимал, что происходит!
Пророчество сбывается! Он вынес красавицу из бара, и теперь судьба ему влюбиться по уши… точно так же был заарканен Гил и попался в ловушку Рэндал. Ну уж нет, не на того напали! Он вполне доволен своей нынешней жизнью: свободен, ничем не обременен, и никаких таких осложнений ему не нужно. Кеннет отдернул руку.
— Пойду принесу льда, — пробормотал он и указал на столик в углу каюты. — Ты садись. Я мигом.
Гостья послушно села на краешек стула, рассеянно поиграла карандашом. Кеннет сдвинул в сторону печатную машинку и накрыл пухлую рукопись кожаной папкой.
— Если ты не рыбак, то кто же?
— Я писатель, — отозвался Кеннет уже из камбуза, доставая из холодильника лед.
Завернув холодный брусочек в полотенце, он уселся рядом с девушкой и осторожно приложил компресс к красной отметине на скуле.
Машинально убрал с ее лба упавший локон и заправил его за ухо. И только тогда понял, сколько интимности заключает в себе этот жест.
— Я лучше пойду, — сказала незнакомка, вставая, и словно ненароком отступила на несколько шагов.
Сначала Кеннет решил, что напугал гостью.
Но тут он заметил искру взаимного влечения в изумрудно-зеленых глазах, увидел, как взгляд красавицы скользнул по его фигуре и вновь задержался на лице. Интересно, если он и впрямь ее поцелует, отстранится ли незнакомка или ответит на ласку?
Девушка сбросила куртку, и повесила ее на стул.
— Полиция, наверное, уже укатила, прихватив с собой зачинщиков. А я работаю за чаевые.
Клиенты требуют выпивку, и мне платят за то, чтобы подавала вовремя.
Она взялась было за ручку двери, но Кеннет удержал ее за плечо. Сдернул со стула куртку, едва ли не силком впихнул незнакомке в руки.
— Возьми. Снаружи очень холодно.
Девушка замотала головой — взметнулись и вновь опали буйные рыжие локоны.
— Не нужно, я не замерзну. — Поколебавшись, она улыбнулась своему спасителю — впервые за все время их знакомства. — Спасибо. За куртку… и за то, что защитил меня.
И она исчезла, затерялась в морозной декабрьской ночи, вернулась в тот мир, к которому явно не принадлежала. Кеннет едва не устремился следом за нею, терзаемый любопытством узнать ее имя и ее историю, гадая, что вынудило ее работать в таком месте, как заведение старика Викмана. Может, она без памяти влюбилась в рыбака? Или родилась и выросла в Арброте? И по какой такой причине ее глаза напоминают ему изменчивую морскую гладь под свежим весенним ветром?
Покачав головой, Лэверок вернулся в салон.
Не его ли одолевали недобрые предчувствия еще тогда, когда он колебался, вытаскивать ее из паба или нет? Так совершил он свою первую непоправимую ошибку. Еще не хватало сломя голову бежать за нею следом! Эта красавица навсегда, исчезла из его жизни, не причинив никакого зла. Вот и считай, что дешево отделался!
Однако же, сварив себе кофе и усевшись за печатную машинку, Кеннет вновь и вновь возвращался мыслями к обворожительной улыбке незнакомки, к озорным искоркам в изумрудных глазах, и к манящему ореолу тайны, словно бы окутывающему девушку. Отчего при первом же прикосновении ему показалось, будто между ним и рыжекудрой незнакомкой протянулась некая непостижимая, магнетическая связь..
Кеннет тряхнул головой и попытался сосредоточиться на работе. Незнакомка исчезла, вот и славно. Да, бедолаги Гил и Рэндал попались-таки в ловушку под названием «любовь до гроба», но он достаточно прагматичен, чтобы не последовать их примеру. Его призвание требует свободы перемещения, и эту свободу он отстоит любой ценой.
Даже если это означает отказаться от самой интригующей красавицы на свете.
— За что меня увольнять? Я ни в чем не виновата!
Шарлотта Арран Кэссилис стояла под покосившейся вывеской «У старого Викмана» и, запрокинув голову, глядела вверх, на окно собственной комнатушки на втором этаже. В окне вырисовывался грозный силуэт владельца паба.