Чтение онлайн

Закончив со статьёй и тщательно переписав в тетрадь адрес, ругая про себя бюрократов, я снова перешёл в Айсберг и продолжил поиск по никнеймам Унгерн, Чёрный барон и Тевтонец.

По сообщениям я составил его приблизительный портрет: молодой, двадцать пять-двадцать семь лет, технический специалист. Высокомерный, временами до откровенного снобизма: обожал унижать тех, кто знал меньше. Получил хорошее высшее образование, но по распределению попал не туда, куда хотел - как-то обмолвился словом, что ему светила должность в НИИ, но её урвал какой-то "мудила из комсомола", а его отправили на "сраный завод", где работали "одни идиоты".

На форумах слыл, как отличный специалист по взломам страниц государственных учреждений, также мог делать какие-то несложные устройства - значит, имел доступ к заводскому оборудованию и какой-нибудь разряд.

Помимо техники, увлекался историей, был завсегдатаем одной из профильных конференций. Любил ввернуть к месту и не к месту, что немец по национальности, но это вряд ли: я нутром чуял враньё и попытку покрасоваться.

"Тысячи тонн словесной руды" были переработаны в жалкие крупицы информации, из которой половина являлась всего лишь моими догадками, а потому легко могла оказаться недостоверной.

Я снова переключился на Большую Советскую Электронную Энциклопедию, чтобы библиотекарша в очередной раз не застала меня врасплох и не затянула лекцию о самообразовании, вызвал в дополненной реальности новый файл заметок и ввёл в оранжевую текстовую форму, всплывшую перед глазами, все свои догадки. Их оказалось бы достаточно для поиска Унгерна, если бы я был сотрудником и располагал всеми колоссальными ресурсами Конторы, но сейчас приходилось думать самому - систематизировать и анализировать каждую мелочь.

Просидев в размышлениях почти полчаса, я так ничего и не добился. Единственная идея была дурацкой, но кроме неё ничего не оставалось: дедуктивный метод это, конечно, хорошо, но без вещественных доказательств с таким же успехом можно было набросать портрет подозреваемого, не читая ни один из форумов.

Регистрация заняла пару минут, после чего я вошёл в одну из любимых конференций Унгерна - "Х@кинг". Жуткое название, от которого веяло ранним-ранним интернетом, когда было модно пихать многострадальную "собаку" во все названия, содержавшие букву "а".

"Привет всем. Я ищу Унгерна".

Ответа ждать долго не пришлось. Посыпались шутеечки, вроде "Поищи в Монголии".

"Нет, народ. Я серьёзно. Унгерн пропал, с ним что-то неладное".

"Конечно, неладное. Он же умер. Лет двести назад".

Я ещё несколько раз попытался вывести людей на серьёзный разговор, но что-то не очень получалось. Пользователи лишь отшучивались и, в конце концов, администрация конференции меня забанила за разговоры не по теме. Жаль, очень жаль. Что ж, попробуем в другом месте...

Время шло, несколько раз дверь тихонько скрипела, и девушка-библиотекарь подглядывала, не смотрит ли странный посетитель на "нарисованных девок", но я вовремя переключал вкладки на БСЭЭ. В зале стало темно и девушка, в очередной раз заглянувшая ко мне, включила свет. Чуть позже пришли два старика, тут же засевшие за шахматы. Они обсуждали что-то своё - талоны, внуков, болячки.

В большинстве конференций мне ничего так и не сказали: либо шутили, либо молчали, либо игнорировали. Я потёр уставшие от монитора глаза, взъерошил волосы и, подняв голову, поначалу не понял, почему рядом с моим никнеймом мигает зелёная единица.

Сообщение! Покосившись на стариков-шахматистов, я открыл почтовый ящик.

"Привет. Зачем тебе Унгерн?"

15.

Сырость под метромостом забиралась под одежду. Сверху низвергались потоки воды - снова зарядил дождь. Искрила электрическая ограда Москвы-реки, гремели проходившие надо мной поезда и стремительно неслись по набережной машины, то и дело обдававшие меня водой из луж.

На том берегу сиял восстановленный белоснежный Дом Советов, с высокого флагштока которого уныло свисало мокрое багровое полотнище флага. Я находился совсем рядом от места убийства первого депутата и потому в очередной раз перебирал в памяти события последних дней, время от времени шмыгая заложенным носом. Нужна была тёплая и непромокаемая одежда, причём срочно.

Компанию я заметил издалека: кто ещё будет идти по набережной в такую погоду? Два парня - неопрятные, с длинными сальными патлами, в странной одежде. И девушка - должно быть, та, что вышла со мной на связь. Если бы мне потребовалось дать на неё ориентировку, то в графе "особые приметы" не хватило бы места и пришлось зайти на поля.

Короткая стрижка под мальчика: волосы, выкрашенные в красный цвет, смешно торчат во все стороны. Ярко-алые губы и густо накрашенные глаза, "потекшие" от дождя, из-за чего девушка стала напоминать панду. Клетчатые брюки и массивные ботинки заводского рабочего. На шее - металлический ошейник золотистого цвета.

Да уж, явно не комсомолка и не спортсменка. Да и, положа руку на сердце, не красавица.

– Привет, - помахала рукой девушка, подойдя ко мне. Впрочем, какая девушка - девчонка самая настоящая.

– Привет, - отозвался я и спросил, чувствуя себя полным идиотом.
– Демонесса?

– Ага, - оскалилась она, обнажив жёлтые зубы с лошадиным прикусом. Я содрогнулся: в темноте выглядело жутковато.
– Пошли! Знакомься - это Вазген, а это Миха.

Похожие друг на друга, как братья-близнецы, парни пожали мне руку. При ближайшем рассмотрении они тоже оказались малолетками - нескладными, угловатыми, с редкими усиками на нетронутых бритвой по-детски мягких лицах. Мы перебежали через дорогу и, пройдя где-то с полкилометра, свернули во дворы. Сочетание тёмных панельных коробок с возвышавшимся над ними огромным сияющим Дворцом Советов, смотрелось пугающе и навевало мысли о собственной ничтожности. Чёрт бы побрал эту советскую гигантоманию! Малолетки косились на меня и предпочитали помалкивать, несмотря на то, что Демонесса пыталась их разговорить и неумело флиртовала с обоими сразу.

Подъезд, в котором пахло котами, лифт, в котором пахло аммиаком, - и мы оказались у деревянной двери. Малолетняя соблазнительница нажала на кнопку звонка - и внутри квартиры послышалось мерзкое дребезжание.

Лязгнул замок, скрипнули давно заржавевшие петли.

– Хай!
– Демонесса снова показала лошадиную улыбку хозяину дома - ещё одному патлатому бородатому юнцу, только, в отличие от Михи и, прости господи, Вазгена, он был в старомодных очках с толстой оправой и водолазке с высоким горлом.