Чтение онлайн

Теперь ему оставалось только дождаться, когда Кай вырастет. Благо, делать это в реальном времени было совершенно необязательно. Михаил щёлкнул пальцами, и на экране появился индикатор, который отвечал за скорость течения времени. Последний представлял собой несколько горизонтальных стрелочек. Михаил сразу отметил, что некоторые из них были серыми и показывали в обратную сторону. Он попытался на них нажать, но…

«ОШИБКА! На текущем уровне вам запрещается обращать течение времени».

На текущем… Значит, на одном из последующих у него появится полноценная машина времени?

После этого Михаил проверил, насколько быструю ему позволялось запустить промотку. В этом плане тоже были свои ограничения. В итоге он посчитал и пришёл к выводу, что промотать двенадцать лет, которые оставались до второго «извержения» Проклятой горы, он сможет примерно за шестнадцать часов.

Разумеется, скорее всего ему потребуется намного больше времени, если он будет вмешиваться и наблюдать, и всё равно сама мысль, что он мог просмотреть целую жизнь, великую сагу, всего за два рабочих дня… была на удивление нормальной.

Это как посмотреть средней длины фэнтезийный сериал.

Воистину, кино и книги отравили человеческое сознание и восприятие реальности…

Впрочем, прежде чем превращать происходящее в своеобразный тренировочный монтаж и писать на экране большие белые буквы «ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТСЯ», как это делали в голливудских фильмах восьмидесятых, следовало обратить внимание на ещё одного примечательного персонажа.

Немногим ранее, когда Кая колошматили прочие дети, за ним тайно наблюдала пара ясных голубых глаз, чистых и холодных, как северное небо в погожий день.

Когда торжествующие мальчики вернулись в деревню, между делом обсуждая, как ещё они могут наказать «южного ублюдка», Амели спустилась с пригорка на пыльную дорогу и посмотрела в направлении хвойной чащи, в которой растворился Кай. Примерно через час взволнованный ребёнок вернулся и сразу оторопел, завидев знакомое лицо. Когда же девочка снова ему поклонилась, его захватили смешанные чувства.

Он вспомнил заявление странного человека, которого повстречал в лесу (между делом Кай убедил себя, что это действительно был простой бродяга, а никакой не монстр) и который сказал ему, что именно она была законной владелицей перчатки.

Каю это показалась глупым. Ведь она была безродной крестьянкой.

И тем не менее слова Путника занозой засели в его сердце, и хотя он всё ещё называл Амели «дрянной северянкой», мальчик был уже не таким грубым и не стал отказывать, когда девочка предложила ему целебную мазь, которую украла у деревенского лекаря.

На следующий день они не встретились, и на следующий, и всю неделю, которую Кай провёл под домашним арестом за то, что испортил новый наряд, но, главное, поранился, когда играл в лесу. Когда же его пустили на свободу, его снова побили Грэг и другие мальчики, которые думали, что он прятался от них.

Сама же Амели продолжала встречаться с Каем после его походов в лес. Иной раз она приносили целебный бальзам, которым мазала его дрожащие пальцы; иной раз они просто говорили. Постепенно, сам того не замечая, Кай стал привыкать к её компании. Их встречи становились регулярными; они играли в разные игры, даже северные, когда пытаешься перебросить ветку через ветку, которые он презирал.

Однажды она явилась к нему с побитой щекой. Когда он спросил её, что случилось, девочка ответила, что её ударил Грэг (это была правда. Немногим ранее она намеренно его спровоцировала).

Впервые Кай задумался о том, чтобы использовать перчатку и раздробить голову этому мерзавцу. Издёвки над самим собой он уже научился терпеть, но рыцарь не смеет стоять в стороне, когда ранят девушку… пускай и грязную северянку. В конце концов, он чувствовал себя в долгу за то, что использует её доспех, хотя сам себе этого и не признавал.

В итоге Кай сдержался и ограничился палкой.

В этот день его избили особенно сильно (снова домашний арест), но и противнику он оставил пару синяков, после чего побои прекратились. Кай страшно гордился своим первым подвигом и совершенно не подозревал, что Амели между делом рассказала родителям Грэга, чем последний занимается, и те, ужаснувшись, до полусмерти выпороли своего ребёнка.

Когда в следующий раз Кай назвал Амели «грязной северянкой», она неожиданно расплакалась (намеренно втирая в глаза луковый сок). Мальчик растерялся и обещал, что больше не будет.

Так она постепенно пускала в него свои корни и заволакивала его сердце. И когда Кай наконец поведал ей свою великую тайну и прямо у неё на глазах надел перчатку и повалил небольшое дерево, а затем улыбнулся триумфальной улыбкой, она понимала, что это была улыбка её триумфа, ибо он — её…

Пять лет.

Долгий срок. По крайней мере для других людей.

Для Михаила он прошёл моментально и представлял собой единственный крепкий сон (сны, правда, были неприятные, как будто он стоит с лопатой на морозе и отбивается от маленьких зеленокожих монстров).

Изначально он опасался спать, когда мотается время. Это было всё равно что идти на прогулку, когда разогревается гуляш в кастрюле (того и смотри, придётся проветривать квартиру от гари), но затем обнаружил в книжке удобную функцию, которая превращала её в своеобразный будильник, который зазвенит, если жизни избранного героя будет угрожать опасность.

Михаил убедился, что она работает, довольно кивнул и завалился спать.

На следующий день он поднялся, насыпал кошачьего корма и сразу вернулся в рабочее пространство.

На экране его встретила надпись:

«Промотка завершена, прошло 5 лет».

Книга позволяла промотать конкретный срок.

Закрыв оповещение, он проверил ещё один показатель:

*До прибытия Вселенского зла в границы обитаемой реальности осталось: 995 лет, 363 дня…

Вот как…

Михаил кивнул, вспоминая, что об этом говорилось в правилах.