Создатель меча
Шрифт:
Что было в голове у Дел не знаю, а мои мысли были невеселыми.
— Танцуйте, — сказал Алрик.
Аиды, но я не хочу…
Слишком поздно, Тигр. Делать нечего, остается только танцевать.
Делать нечего, остается только петь.
Нет, не петь…
Удержать Чоса Деи…
Северная сталь зазвенела. Звук наполнил аллею.
Легче, думал я, легче…
Клинок Дел сверкнул, в тени и на свету, разрезая на части солнце, и дневной свет померк перед сиянием магической стали.
Боги, как же она танцует…
Но я тоже могу.
Без моего ведома мои ноги начали двигаться. Я чувствовал благодарность мускулов, которых так долго не пускали в круг. Быстро вернулась собранность — я не замечал ни аллею, ни солнце, ни зрителей. Я видел только Дел. Я слышал только Дел. Шелест ее ног по земле, плач ее стали, громкое дыхание.
Это был настоящий танец, где две идеально подобранные половины наконец-то сошлись и образовали совершенное целое. Это был танец жизни, смерти, непрерывности, особый мир в пределах семи шагов. Все остальное исчезло. Все остальное не имело значения. Нет ничего прекраснее хорошего танца с достойным противником.
Ради танца я и живу.
Да, баска, покажи мне как надо танцевать.
А потом, в какую-то секунду, мой спящий меч проснулся. Чоса Деи пробудился. Я почувствовал как он начал двигаться в клинке, не знаю уж где он там обитал. Он осторожно проверял прочность своей тюрьмы и я понял для чего.
Я растерялся так, что позабыл о танце. Он проснулся, но я же не пел. Я даже не думал о пении.
Но Чоса Деи было все равно. Он уже не спал.
Ой, баска, баска…
Дел почувствовала как изменился меч, как вонь магии наполнила воздух, и отдернула свой клинок, отступив на два шага.
— Контролируй его! — закричала она. — Не выпускай его! У тебя есть сила: используй ее.
Я чувствовал как это… как он пытается покинуть меч, забраться по клинку до рукояти, чтобы коснуться моих рук. Если ему это удастся, я пропал, потому что плоть слишком слаба. Он чуть не забрал Набира — он уже забрал Набира — он переделал Набиру ноги.
— Что же он сделает со мной?
Я стоял в аллее, сжимая кровный клинок, панически не зная, что делать, как сражаться с ним, как победить его, чтобы он не расправился со мной.
— Сдерживай его! — приказала Дел. — У тебя есть сила: используй ее.
Власть, говорила она. Сила.
Клинок чернел.
Используй ее, сказала она. Используй.
А я знаю, как это сделать?
Аиды, конечно знаю. Я — Песчаный Тигр.
Никто не победит меня.
Даже Чоса Деи.
— Да! — закричала Дел. — Получается!
Должно быть я все делал правильно.
Самиэль, прошептал я, но только мысленно. Набир произнес это имя вслух. Из-за Набира оно теперь известно всем.
Или виноват был Чоса Деи?
Самиэль, повторил я, но беззвучно.
И передо мной возникло лицо Дел, блестящее от пота и смеющееся.
— Я говорила, что ты сможешь, а ты не верил!
Я задыхался. Легкие работали как кузнечные мехи. Ребра болели: наверное я опять потянул шрам. Пальцы сжимали рукоять так, что суставы побелели.
— Все кончилось? — тупо спросил я, глядя на свою яватму. — Мне удалось?
Дел кивнула и улыбнулась еще шире.
— Ты загнал его обратно, Тигр. На этот раз обошлось без самума, без жара. Ты все сделал сам, только силой вот отсюда, — Дел протянула руку к моему сердцу, — изнутри. И этой силы у тебя в избытке.
Я мрачно посмотрел на клинок.
— Но он все еще черный. Кончик. Чоса Деи не ушел.
Дел кивнула.
— Конечно. Выгнать его ты не можешь, но ты победил. Потом мы обязательно очистим меч. Это нужно сделать осторожно, точно соблюдая все ритуалы.
А для этого нам нужна была магия. Нам нужен был Шака Обре.
— Тигр, — позвал Алрик, выходя из дома. — Тигр, ты не мог бы подойти? Твой жеребец разволновался. Еще немного, и он весь дом разнесет.
Теперь и я услышал удары копыт о стену и визги.
— Это все магия, — обреченно пробормотал я. — Он ненавидит ее не меньше чем я.
Я убрал в ножны побежденный мною меч и пошел к жеребцу. Гнедой действительно пытался разнести дом. Он выбивал из стены куски кирпичей и давил их в пыль.
— Все кончилось, — попробовал я его успокоить, — можешь расслабиться. Я уже убрал меч, — я перешагнул через порог, входя в «конюшню». — Тебе отсюда не убежать, так что можешь ус…
Мощные задние копыта взлетели в воздух и одно из них врезалось мне в голову.
Голоса.
— Алрик… вытащи его оттуда.
— Не могу, Дел. Жеребец оборвал растяжку… Он не позволит мне приблизиться.
Поток невразумительных слов на языке, который я не знал или просто забыл.
Тот же мужской голос:
— Я знаю, Дел, знаю… Но как я могу вытащить его, если жеребец не дает подойти?
Ответил женский голос: испуганный, злой, нетерпеливый.
— …нужен Говорящий с лошадьми, — потом резко: — Приведите Гаррода!
Детский голос:
— Я сейчас.
— Быстрее, Массоу, быстрее!
Я лежал на спине в грязи.
Почему я лежал?
Я попытался сесть, но не смог. Тело только слабо дернулось.
Снова женский голос:
— Тигр, не шевелись! Не пытайся двигаться.
Глаза не открывались.
Звуки расплывались.
— Тигр, не двигайся, или он снова…
Что он снова?
— Кровь идет?
— Не вижу.
Почему у меня должна идти кровь?
Резко:
— Не смей, Дел! Не хватало тебе лечь рядом с ним.
— Я не могу оставить его там, Алрик. Жеребец его растопчет.