Чтение онлайн

Ну ладно… Я вздохнул.

— Хорошо. Рисуй круг. Я сначала немного разомнусь.

Мне нужно было напомнить ноющим суставам и застывшим мышцам что такое движение, не говоря уже о танце. Мы ехали на северо-восток уже шесть дней, и я начинал думать, не погорячился ли, пообещав найти логово гончих и их создателя. Боль не покидала меня ни на секунду. Я предпочел бы отсидеться в какой-нибудь маленькой дымной кантине с акиви в чашке и симпатичной Южанкой на колене… нет, тогда бы болело не меньше. Прижать женщину к себе я бы еще смог, но ни на что большее сил не хватило бы, а значит и затаскивать ее на колено не имело смысла.

Аиды, до чего же отвратительно стареть!

Дел привязала мерина к дереву, нашла длинную палку и начала рисовать круг на земле, рассекая пласты мокрой полусгнившей листвы. Я задумчиво наблюдал за ней, непроизвольно отмечая как напряженно она держится. В ее движениях не было и следа прежней легкости и неуловимой грации, ее рана болела как и моя. Как и я, Дел постепенно выздоравливала.

Внутри — не знаю, а снаружи точно выздоравливала.

Дел закончила круг, отшвырнула палку, выпрямилась и посмотрела на меня.

— Идешь? Или ты ждешь от меня ритуального приглашения?

Я хмыкнул, бросил стремена, медленно перекинул ногу через круп гнедого и соскочил. Жеребец предложил подобраться поближе к мерину в надежде несколько раз ущипнуть его или лягнуть, но я сделал вид, что его не понял и привязал гнедого подальше от чалого, который всячески пытался продемонстрировать свои дружеские намерения. Жеребец его настроений не разделял.

Я медленно отстегнул фибулу плаща, скинул тяжелую ткань и перекинул ее через седло. Приятно было освободиться от лишнего веса. Вскоре я надеялся расстаться с ним навсегда. Я знал, что не смогу почувствовать себя свободным пока мы не пересечем границу, где я сменю шерсть и меха на шелк. Но пока мне достаточно было избавиться и от плаща. Я наконец-то вздохнул полной грудью.

Моя рука скользнула к перевязи, которую я носил поверх туники. Пальцы ненадолго задержались на бусинках и бахроме, потом добрались до кожаных ремней, гибких и мягких, напряженно застыли на теплой шерсти. Ножны, отягощенные весом меча, висели наискось за моей спиной. Мой голодный сердитый меч.

— Тигр…

Я закрыл глаза, снова открыл их, повернулся и увидел Дел в круге. От ослепительно белой фигуры исходило сияние. Я понимал, что это яркий солнечный свет отражается от одежд, но где-то в глубине души я испугался. Я вспомнил ту ночь, когда Дел стояла в огнях, которые сама же создала, и ее окружали все цвета мира. Уже тогда у меня мелькнула мысль, что Дел действительно умерла, а это дух. И теперь, увидев ее, сияющую белым огнем, я подумал, а вдруг я действительно убил ее…

Нет. Нет.

Ты просто дурак.

— Тигр, — снова позвала она. Безжалостно, как всегда.

Ты дурак, у тебя песчаная болезнь и мозги локи.

Дел вынула из ножен меч. Бореал слабо светилась.

Она не станет петь, не станет. И я поклялся не петь.

Аиды, баска… я не хочу с тобой танцевать.

Лицо Дел оставалось спокойным. Ровный тон ничего не выдал.

— Войди в круг.

Дрожь пробежала по моей спине. Глубоко в животе что-то дернулось.

Баска, пожалуйста, не заставляй меня.

Она улыбнулась. Сияние клинка ласкало лицо. Оно было добрым, слишком добрым. Дел стала старше, жестче, холоднее, сияние яватмы вернуло ей юность. Бореал сделала ее прежней Дел. Той, какой она была до изгнания. И до Калле.

Что-то щекотало мне шею. Не насекомое. Не выбившаяся прядь волос, упавшая на кожу. Причина была не такой простой.

Что-то напоминало мне о магии, предупреждало меня едва слышным шепотом.

Или это был просто страх, натянувший кожу?

Страх меча? Или Дел?

Аиды. Баска.

— Тигр, — позвала Дел, — ты что, заснул стоя?

Может быть. А может быть я и сейчас сплю.

Я выскользнул из перевязи, обхватил рукоять меча и вытащил клинок из ножен. Прицепил перевязь к седлу и пошел к кругу.

Дел кивнула.

— Это пойдет на пользу нам обоим.

К горлу подступил комок. Дышать было тяжело. Я прикусил губу и почувствовал вкус крови. И вкус страха.

Баска… не заставляй меня.

— Сначала мягко, — предложила она. — Нам обоим еще долго выздоравливать.

Я проглотил комок, кивнул, заставил себя переступить через кривую линию.

Дел слегка нахмурилась.

— С тобой все в порядке?

— Начинай, — выдавил я. — Быстрее начинай.

Она открыла рот. Сейчас сделает замечание, задаст вопрос, отметит промах… Но я ошибся. Она закрыла рот и отошла в сторону. Сжав обе руки на рукояти Бореал, она встала в стойку. Даже это простое движение причинило ей боль, я понял это по тому, как прищурились ее глаза, сжались губы. Но она заставила себя забыть о боли. Расставила ноги, нашла баланс, приподняла кончик клинка и застыла в ожидании.

В настоящем танце мы бы положили мечи на землю в центре круга и встали друг против друга за линией, потом пробежка к мечам и начинается бой. Танец. Схватка, чтобы определить сильнейшего. Иногда она продолжается до смерти, иногда только до сдачи, а иногда в круг входят чтобы показать людям, что такое красивый танец.

Мы с Дел не танцевали. Это была просто тренировка, возможность испытать друг друга, определить, в какой мы форме. Или насколько мы успели забыть, как нужно танцевать.

Я должен был сразиться с гончими. Дел — с Аджани.

А может это одно и тоже?

Она спокойно ждала. Я и раньше видел Дел, ожидавшую танца, сжимавшую меч уверенно и спокойно. Я уже не терялся и не удивлялся, обнаружив в круге женщину, испытывая на себе ее мастерство. Дел долго делала из себя отличного танцора меча и своего добилась.

Капли пота стекали по моему лицу. Кожа чесалась. Я хотел оказаться где угодно, только не здесь.

Дел опустила меч. Коротко. Слегка. Чуть-чуть. Салютуя противнику. Голубые глаза смотрели внимательно, в них не было ни следа страха.