Созидатель
Шрифт:
Направь назад и дай только права,
Я приведу систему всю в порядок.
Поверь мой Бог, ведь это не слова,
От жизни той остался и осадок.
Создам одну единую страну,
И править миром станет справедливость.
И изведу вконец я сатану…
И на твою я полагаю милость.
И благодарность велика
Великой мудростью, талантом,
Ему сопутствовал успех.
В пустыне серой – бриллиантом,
Он покорил делами всех.
Взлетели в небо небоскребы,
Фонтаны бьют среди цветов.
Песчаных бурь сошли сугробы,
Он не бросал на ветер слов.
Дела его впитает память,
Рекой прольется на века.
И тех плодов живая завязь…
И благодарность велика.
Любовь к нему всегда жива
И говорить умел, умел и слушать,
Величием своим так нес слова.
И навсегда остался в душах…
Любовь к нему всегда жива.
Что значит человек?
Что значит человек? В чем истинная суть,
Его стремлений в поиске надежды?
И кто ему проложит в жизни путь,
И будут ли одежды белоснежны?
Или влачить отдельным кандалы,
Другим одеть истрепанные путы.
Как обтесать все острые углы,
Секундами латать свои минуты?
Кричать зачем нарушив тишину?
Мешая совершенству быть похожим…
На ту одну единственно весну,
И в сильный дождь, и днем теплом погожим.
Прожив всю жизнь с единственной своей,
Как горько понимать слова скупые.
Любовь рождает искренность страстей,
И будни все стирают… Мы слепые,
Котятами ползем куда-то вдаль,
Где небо голубое из металла.
И в душах наших поселилась сталь,
И нет того горящего кристалла.
Что раз зажгли и будет он гореть,
Как тот огонь на памятнике – вечный.
И жить в любви в любви, и умереть,
И путь свой начиная бесконечный.
Уносится жизнь
Волной набежавший песок,
Вобрал в себя солнца огонь.
И Запад притих и Восток,
Бежит кобылица… И конь,
Копытами бьет по воде,
Круги растекаются вдаль.
И разве все дело в войне…
К чему тогда созданный рай?
Рисуют обычаи день,
И краски тогда, и сейчас,
Бросают особую тень…
Совсем не заметной для глаз,
Уносится жизнь в никуда,
Меняя века на века.
И что в этом мире мечта,
Что держит другая рука?
Сдавило время…
Сдавило время… Трещины на лбу,
И седина волосья отбелила.
И я стою придавленный к столбу,
Судьба свое оскалила мне рыло.
Рычит она… И стонет тишина,
Мне бы кричать, но мучает обида.
Вертлявою походкою вина,
Пройдет, не обратив на меня вида.
И где рассвет взойдет, и для кого,
Кому сирень бросает свои грозди?
И что там есть? А если ничего…
И здесь, и там возможно мы как гости.
Сознание теряем и потом,
Несемся в даль морей, и океанов.
И кто-то там стегнет тебя кнутом,
Бежать заставит к видимым капканам.
И тот капкан что назывался жизнь,
Разжав свои железные оковы,
Прошепчет тихо, – Ты не торопись,
Там принимать сегодня не готовы.
Второй капкан замешкался на миг,
Он отвечает там за очередность.
Неважно кто ребенок иль старик,
Он всем найдет по времени пригодность.
И плещут в твоей памяти круги,
И первый круг все дальше отдаляясь.
И не слышны отчетливо шаги,
Уходят вдаль, а словно приближаясь.
Полуденное солнце не палит,
Его огонь сгорел давно свечами.
И что-то там пугает, и манит,
Оставив все за острыми плечами.
Паскудство поджидая за кустом,
Исподтишка набросившись спросило.
– Каким владел ты в жизни ремеслом,
Коль там тебя надолго не хватило?
И здесь как там… Подумаешь, – Зачем?
Опять добро сражается со злом.
Куда пойти где будешь ты ничем,
И зло с добром завяжешь сам узлом?
Стирая грань
Мгновения заточены под нож,
Разрезаны минуты по секундам.
И этот мир он на кого похож,
Каким теперь мы следуем кумирам?
Упавшие встают и снова в строй…
Чужие навязали чьи-то мысли.
И кандалами радуясь конвой,
Они у них гирляндами повисли.
Скрываясь в подворотне тишина,