Чтение онлайн

Болтон поморщился.

– Уймитесь, парни, я только что потерял жену. Можно мне побыть одному? Я вообще не понимаю, о чем вы говорите.

– Конечно, извините.

– Мы сожалеем, сэр.

После их отъезда Болтон стал слоняться по больничному холлу, ожидая, что ему скажут, как быть дальше. В больнице было пусто, и он злился, что зря теряет время. Примерно через час после поступления покойной тот же врач предложил ему сесть и выпить кофе. Дело было в 2.30 ночи, не вполне привычное для Болтона время пить кофе. Врач объяснил, как все устроено: примерно в 8 утра в больницу приедет директор похоронного бюро для обсуждения деталей подготовки к погребению. Понадобится присутствие Болтона для опознания покойной и составления анамнеза. После этого директор похоронного бюро приступит к подготовке свидетельства о смерти.

– Она хотела, чтобы ее кремировали, – мрачно заявил Болтон – и соврал. Тилли хотела полноценного католического отпевания с причащением. Болтон был втайне против, поскольку боялся толпы.

– Закон Миссури гласит, что до кремации вашего любимого человека должно пройти не менее двадцати четырех часов, – предупредил врач.

– Я знаком с законами Миссури, – грубо ответил Болтон. – Как-никак уже сорок лет с ними работаю. – Здесь он не соврал, хотя никогда не специализировался в области кремации. Сейчас для него данное скромное положение закона имело особое значение, потому что он раз сто мысленно репетировал этот сценарий.

Врачу было не занимать терпения.

– Давайте так: немного поспите, а в восемь утра я побеседую здесь с вами и с директором похоронного бюро.

– Идет.

Он уехал из Поплар-Блафф и вернулся к себе в хижину. На дорогу в ночное время ушла пятьдесят одна минута. Болтон раздумывал, какие неприятности могут ему грозить. Медики прилепили к двери хижины бумажку с временем своего приезда и отъезда. Он на мысочках прошелся по дому, сжимая в руках оружие – швабру, и то нагибался, то тянулся к верхним полкам – искал проклятую змею. С нее сталось бы приползти обратно и каким-то образом добраться до чердака, но туда Болтон соваться не собирался. Он запер двери, погасил почти весь свет, запихнул в чемодан Тилли всю ее обувь и одежду. Остальные пожитки жены – старые пижамы, халат, нижнее белье, туалетные принадлежности, совершенно новые туристические ботинки – он сложил в картонную коробку и убрал в багажник машины вместе с чемоданом. Ничто в хижине не должно было напоминать об ее присутствии.

Он был спокоен, не спешил, но, ощущая нарастающее напряжение, не сдержался и выпил бурбона. Растянувшись со стаканом на диване в большой комнате, он уже почти задремал, как вдруг вспомнил, что именно под диван рептилия заползла, когда замыслила побег. Быстро вскочив, Болтон немного побродил по дому, снова улегся в постель и тут уловил странный запах. Не иначе, воняло выделениями пресмыкающегося! Убедившись, что в хижине невозможно находиться, он устроился на веранде в кресле-качалке, выпил еще бурбона и, укрывшись пледом, уснул, несмотря на ночную прохладу.

Ровно в шесть где-то поблизости завыл койот, и Болтон вскочил, как ужаленный. Он принял душ, переоделся во все свежее, загрузил машину и в семь часов выехал. Дело было воскресным утром, никто еще не просыпался. Неподалеку от сельской лавки Болтон выбросил в мусорный контейнер все, что осталось от Тилли, а также ящик, в котором четыре месяца жила змея. Теперь, с легким сердцем, он домчался до Поплар-Блафф за пятьдесят минут.

В больнице он встретился с тем же врачом и его медсестрой, а также с директором похоронного бюро. Показав им свои водительские права, поклялся, что он – муж покойной, даже предъявил свой и ее действующие паспорта, предусмотрительно прихваченные именно на случай, если дойдет до такого. Убедившись, что он – муж, они стали спрашивать его об ее болезнях. По его убеждению, причиной смерти послужила остановка сердца. Он подробнейшим образом описал проблемы Тилли с сердцем: ишемическая болезнь, два инфаркта, длинный список лечащих врачей, госпитализации, бесконечные лекарства. Все это прозвучало убедительно, его рассказ произвел должное впечатление, и только об ее последних часах он солгал: она якобы жаловалась на боли в груди, он настаивал на поездке к врачу, она отказывалась и в конце концов, в самый критический момент, прижала обе ладони и груди и упала. Его попытки делать ей искусственное дыхание не дали результата.

И, конечно, ни слова о змее.

Врач, медсестра и директор похоронного бюро не выразили никаких сомнений по поводу деталей его описания и указали в свидетельстве о смерти ее причину – остановку сердца.

Тело положили в предназначенный как раз для таких случаев простой металлический гроб, который закатили в фургон-катафалк. Болтон проследовал за ним через город в похоронное бюро, где тело его жены временно положили на лед. Зря тратить время в похоронном бюро Болтон не собирался.

Директору предстоял полный трудов день – работа с еще тремя «клиентами», которых он ждал после отпевания. Все три были забальзамированы, прощание с двумя намечалось в открытых гробах. Болтон сумел протиснуться в залы для прощания и взглянуть на трупы. Талант мастера похоронных дел не произвел на него сильного впечатления. Убив час, он застал директора у него в кабинете и сказал:

– Знаю, по закону положено ждать кремации минимум сутки, но я спешу. Мне срочно надо вернуться в Сент-Луис и приступить к организации похорон. Меня ждут родственники, все они в трауре. Жестоко заставлять нас ждать так долго. Почему не кремировать тело и не отпустить меня?

– В законе прописаны сутки, мистер Маллой.

– Уверен, существует лазейка, позволяющая прибегнуть к ускоренной процедуре ради здоровья и безопасности заинтересованных лиц. Как без этого!

– Мне о такой лазейке неизвестно.

– Послушайте, кому какая разница? Спокойно делайте свое дело, а я поеду. Никто во всем штате Миссури не вздумает проверять вашу документацию. Я в безвыходном положении, мне надо домой, к семье. Там места себе не находят.

– Я так не думаю, мистер Маллой.

Болтон достал и медленно открыл бумажник.

– Сколько стоит кремация?

Такое невежество вызвало у директора улыбку.

– Это зависит от многих факторов. Какой тип кремации вы предполагаете заказать?

Болтон фыркнул и закатил глаза.

– Ничего я не предполагаю, просто отправьте ее в печь, а потом выдайте мне коробку с прахом.

– То есть прямая кремация?

– Вам виднее, как это называется.

– У вас есть урна?

– Ну и болван я: забыл захватить с собой урну! Нет, конечно. Держу пари, что они имеются у вас в продаже.

– Да, у нас богатый выбор.

– Вернемся к главному вопросу: так сколько стоит кремация?

– Прямая – тысячу долларов.

– А непрямая?

– Прошу прощения?

– Забудьте. – Болтон протянул директору серебряную карту «Американ экспресс». – Позвоните мне. Пусть будет самая дешевая урна.

Директор взял карту. Болтон достал деньги, отсчитал десять стодолларовых купюр и положил на стол.

– Еще тысяча, если управитесь сегодня к полудню. Договорились?

Директор оглянулся на закрытую дверь, глаза у него бегали, он не мог смотреть в одну точку. Забрав деньги, он спрятал их со скоростью, которой позавидовал бы профессиональный игрок в «очко».