Чтение онлайн

— Это… это невероятно! — Врач помог мне подняться. — Все показатели в зеленой зоне!

— А живот? — спросил я, борясь с жутким головокружением.

— Что — «живот»?

— Вернулся на место?

— Д-д-да… — Врач аж заикаться начал от увиденного.

— Хорошо. Сколько еще таких, кто в критическом состоянии?

— Пока пять.

— Почему «пока»?

— Ну так бой еще не закончился, — резонно заметил медик.

— Значит, пятеро. Тащи стимуляторы. — Я прикинул, что пять исцелений подряд я никак не осуществлю без сторонней помощи.

— Да не нужен ему стимулятор! Лишняя стимуляция сердца может…

— Не ему. А мне. — У меня перед глазами снова появилось сообщение о том, что мне начислено какое-то количество эво. Но мне было настолько хреново, что прочитать его, а главное, понять я не смог.

Врач достал компактный диагност и направил его раструб мне в грудь. Считав данные с экрана, он нахмурился.

— Рискованно вам сейчас стимулятор колоть. Пульс зашкаливает, давление.

— У кого ситуация со здоровьем хуже? У меня или у тех пятерых?

Меня напрягло то, что с ответом врач помедлил. Неужели я одной ногой уже в могиле?!

— Ладно, будет тебе стимулятор.

Я остался сидеть на полу и, привалившись к капсуле, немного передохнул. Медик вернулся с овальной штуковиной, которую прижал к моему предплечью. Универсальные инъекторы работали и через ткань скафандра. Легкий укол, и уже через десяток секунд я почувствовал прилив сил, от которого у меня слегка задрожали руки.

— Полегчало? — Медик подал мне руку и помог встать.

Я кивнул.

— Тогда пошли к следующему. Обширная травма головы… а больше тебе ведь ничего знать не надо?

Нет, конечно же. Мне достаточно приложить руку к этой голове и…

После второго пациента мне поплохело. После третьего — врачу пришлось вколоть мне еще один стимулятор.

— Надо увеличить тебе подачу кислорода. Ты неважно выглядишь. — Он разглядывал меня через забрало шлема.

— Давай еще один укол!

— Я и второй зря сделал. Это нарушает протокол применения стимуляторов!

— Если я сейчас сдамся — они выживут?

— Есть вероятность…

— Выживут или нет? — Я заметил, что доктор пытается уйти от ответа.

Он покачал головой.

— Тогда ставь. — Я постучал себя по плечу.

— Парень, надеюсь, ты и себя умеешь воскрешать, — пробормотал он, но укол все-таки сделал.

Сердце подпрыгнуло и замерло. И мне подумалось — что, если я сейчас попробую самоизлечение и оно меня добьет? Смешная же ситуация, лекарь загнал сам себя? Слава богу, на практике мне это выяснять не пришлось. Орган, гонявший кровь по моему организму, решил не капризничать и застучал. Более или менее ровно.

— Веди! — Нарочито бодро я встал с палубы.

На четвертом спасаемом я потерял сознание, так и не узнав, успел я его долечить или нет. И хорошо, что я вырубился в медотсеке. Меня быстро вернули из тягучего черного бреда.

— Ты как?! — услышал я, едва очнувшись и увидев перед собой уже знакомого медика.

— Нормально, — я попытался встать с кушетки, — как там пятый? Еще живой?

— Откачали его, — сказал медик и торопливо добавил, поняв, что я не собираюсь отлеживаться: — Правда откачали! А вот тебя можем потерять.

— Хорошо. — Я с облегчением откинулся обратно на кровать. — Что с боем?

— Все чудесно!

— Слушай, перестань меня успокаивать. Я не барышня и в переделках бывал похуже этой.

— На самом деле все хорошо. Сама судьба послала нам тебя и твоего приятеля.

Я догадался, о ком речь.

— Что отмочил Габриэль?

— Нас еще раз попробовали обстрелять. А твой друг придумал, как отразить атаку. С помощью дипольных завес, представляешь?

Что такое дипольные завесы, я знал. Существовали специальные боеприпасы, которые, дистанционно подрываясь, создавали облака из металлических пластинок. Они на какое-то время скрывали корабль от вражеских радаров.

— Мы спрятались за облаком? Пришельцы не могут в нас попасть?

— Нет, мы перепрограммировали снаряды. Они теперь создают более плотное поле, через которое ракеты не могут пробиться.

— Как так? Их иглы прошивают наш крейсер, как бумажный. Что им может сделать тонкий металл?

— Я неточно выразился — металлические пластинки отклоняют иглы. Ненамного, всего на чуть-чуть, но этого хватает, чтобы кубоиды по нам мазали.

— Молодец Габриэль. Голова! У нас таких боеприпасов много?

— Немного. Но и пришельцы не могут нас обстреливать бесконечно. Они же на снаряды тратят самих себя! — как мог успокоил меня врач.

Похоже, подробности о том, с каким именно противником мы сражаемся, уже известна каждому члену экипажа.

— Мне на мостик надо. — Я чувствовал, что без дела валяться на кровати не могу. Что бы там ни происходило, я должен быть рядом со своими товарищами. Вдруг мне опять придет в голову какая-нибудь блестящая и нестандартная идея? — Может, еще один стимулятор?

— Сдурел?! Мы тебя еле вытащили!

— Я не дойду. — У меня на самом деле дрожали и подгибались колени.

— Хм, и правда не дойдешь. Ладно, что-нибудь придумаем, — пообещал врач.

В рубку управления я прибыл с максимальным шиком. Для экстренной эвакуации раненых использовались санитарные тележки на собственной тяге. Они программировались на автоматическую доставку пострадавшего из точки А в точку Б. И делали это с сиреной и синей мигалкой!

— Даня, ты приболел?! — Несмотря на сирены и мигалки, мое прибытие заметила только Клер, все остальные были целиком поглощены происходящим на тактических экранах.