Чтение онлайн

— Верно. — Заместитель директора вопросительно посмотрел на Фике и Харперинга.

— Положение сейчас таково, — сказал юрист, — что если Стрэттон уходит чистым, нам придется разгребать величайшую гору дерьма со времен «Экссона Вальдеса». [14]

Коул потер виски.

— Чисто теоретически, специальный агент Шертлефф, что именно нужно для реализации вашего плана?

— Во-первых, пустить слух, что Моретти не заговорил. Что он ни словом не упомянул о Стрэттоне. И что я снята с дела. Что в отношении меня начато служебное расследование.

— Это будет нетрудно, — мрачно пообещал Коул.

— И еще кое-что, сэр, — отважно продолжила Элли.

Заместитель директора нетерпеливо закатил глаза.

— Что?

— Боюсь, сэр, вам это может показаться немного… — Элли сделала паузу, подыскивая подходящее слово, — неортодоксальным.

— Ага, а до сего момента вы действовали, надо полагать, строго по инструкции?! — Коул не удержался от улыбки.

Элли затаила дыхание.

— Мне понадобится Нед Келли, сэр.

Мы с Солли играли в джин, устроившись под навесом у бассейна. Выходить из дома мне воспрещалось до полного выяснения моей роли в событиях, разыгравшихся в коттедже Элли. Формальной причиной такого решения суда стало небольшое нарушение с моей стороны условий освобождения под залог, выразившееся во владении огнестрельным оружием.

Я знал, что у Элли проблемы, что наша маленькая операция с Моретти может стоить ей карьеры, поскольку на свет в результате расследования вышло все: причастность к краже картин моего отца, наш с Элли разговор с Лиз, ее информация относительно Моретти. И главное, мое участие.

Теперь, без Лиз и Моретти, повесить на Стрэттона нам было практически нечего. Он прекрасно все устроил, разыграл все партии и вышел сухим из воды. Последнее и бесило меня больше всего. Это и мой отец. Фрэнк свято верил, что посчитался с главным злодеем, не понимая, что, отправив на тот свет Моретти, позволил Стрэттону уйти из-под удара.

— Ты подбрасываешь и подбрасываешь черви, а я собираю и собираю, — вздохнул, как будто извиняясь, Солли.

— Боюсь, соперник из меня сегодня никудышный, — заметил я, беря карту.

— Ни о каком соперничестве и речи быть не может. Это называется реабилитацией, Нед. Я обещал судье, что присмотрю за тобой. Если так пойдет и дальше, завтра к полудню я отыграю весь залог, и тогда можешь убираться ко всем чертям.

Я улыбнулся:

— Меня беспокоит Элли, Сол.

— Знаю, парень, знаю. Но мне почему-то кажется, у нее все будет в порядке. Девочка умеет постоять за себя.

— Она старалась мне помочь и навлекла на себя кучу неприятностей. Понимаете, Солли, я хочу прижать Стрэттону хвост. Он уже был у нас в руках…

— Знаю, парень, знаю. — Солли сбросил карты. — И думаю, шансы у вас еще есть. Позволь рассказать тебе кое-что о таких, как Деннис Стрэттон. Знаешь, в чем их слабость? Каждый из них считает себя самой крупной рыбиной в пруду. Но поверь мне, Нед, всегда есть рыбина побольше. — Солли посмотрел мне в глаза. — Однако прежде чем браться за Стрэттона, тебе надо сделать кое-что поважнее.

— И что же? — усмехнулся я. — Рассчитаться с вами по долгам?

— Нет. Я говорю о твоем отце…

— Из-за него мы, черт возьми, и оказались в этой переделке, — раздраженно бросил я. — Если бы не его своевременное вмешательство, Моретти бы уже давал показания против Стрэттона. Кому нужна его игра в благородство? Он только все испортил!

— Думаю, он жил и поступал так, как мог, а других вариантов и не видел. Твой отец очень болен, Нед, и… Боже, парень, четверки…

— Что?

— Ты зашел с пиковой четверки. Следи за игрой, Нед.

Я посмотрел на карты и понял, что играю не в джин, а во что-то странное. Похоже, мысли мои разбрелись слишком далеко.

— Занимайся своим делом, сынок, — продолжал Солли, — а вся эта заварушка со Стрэттоном разрешится сама собой. Но раз уж коснулись этого дела, — добавил он, обмахиваясь картами, как веером, — то, не исключено, я мог бы тебе пригодиться.

— О чем это вы, Солли?

— Сбрасывай, парень… Это касается рыбы в пруду. Поговорим позже.

Я сбросил бубновую десятку.

— Есть! — Глаза у него вспыхнули. Солли бросил карты и взял листок со счетом партий. Третий джин подряд. — Если так пойдет дальше, я, пожалуй, отпущу тебя в тюрьму.

Филиппинка Уинни, домоправительница Солли, объявила, что у нас посетитель.

За спиной Уинни уже показалась Элли. Я спрыгнул со стула.

— У вас, дорогуша, должно быть, уши горят, — улыбнулся Солли. — Посмотрите на своего приятеля. С самого утра места себе не находит, только о вас и вспоминает. Даже счет вести не может.

— Сол прав. — Я обнял ее за плечи. — Ну, как прошло совещание?

Элли пожала плечами и села к столу.

— Обвинили во всех грехах от смерти Моретти до пособничества подозреваемому. В общем, ходячее руководство для новичков-агентов под названием «Так Делать Не Надо». Заместитель директора Коул принял соответствующие меры. До окончательного разрешения ситуации я отправлена в принудительный отпуск.

— Но тебя же не уволят? — с надеждой спросил я.

— Может быть. Все зависит от…

— От чего? — настороженно спросил я, полагая, что речь пойдет об исполнении каких-то процедурных решений.

— От нас. От того, свалим мы или нет Денниса Стрэттона.

В первый момент я подумал, что ослышался, и вопросительно посмотрел на Элли:

— Что ты сказала? От нас?

— Да, Нед. — Она невесело усмехнулась. — От нас с тобой. Тебя и меня. Получается, от нас.

Прежде всего Элли пришлось провести кое-какие изыскания. Главным образом в мире живописи. Из-за чего, собственно говоря, весь этот переполох? Что такого мог создать Гоме?