Чтение онлайн

– Что ты себе позволяешь? – привстала на цыпочки. Я едва дохожу ему до плеча, учитывая его исполинский рост. Наверное, моё возмущение для него выглядело как тявканье злой собачки на дога.

– Как что, Поварёшка? – делано удивляется всё тем же хриплым голосом, от которого начинают вибрировать внутренние органы, как от высоких басов в ночном клубе. – Думаю, что приготовить тебе на завтрак. Скоро рассвет. Шакшуку будешь?

Истомин тянется за яйцами. А я ощущаю себя крайне глупо. Потому что мои мысли тоже крутились вокруг яиц. Его.

Во рту всё пересохло.

– Буду, – Истомин мягко разворачивает меня, подталкивая в сторону диванчика.

Опасалась, что он решит воспользоваться моими умениями и предложит что-то приготовить. А жизнь показала, что, когда кто-то пытается тобой воспользоваться, добром это не закончится. И когда я поняла, что подобных планов он не имеет, внутри растеклось приятное, но тревожное тепло.

Только бы не втюриться в него. Снова.

Арс всё же внял моей просьбе надеть что-то прикрывающее красные боксеры. Правда, ситуацию это едва ли спасло. Если не усугубило. Потому что светлые джинсы так привлекательно обтягивают его зад, что я забыла о том, что мой желудок испытывает потребность в еде. Ощутив голод иного плана.

Бывает, я хожу в тренажёрный зал. После дня работы на кухне тело ломит и гудит. Мышцы необходимо держать в тонусе, иначе я просто развалюсь. Но даже там я не встречала столь совершенных пропорций.

Вздохнула, зачарованно наблюдая за движением мышц спины под кожей, когда Арсений нарезал лук, перчик и прочие ингредиенты. Умело и ладно действуя заточенным ножом. С явным удовольствием.

Впрочем, похоже, он из тех, кто всегда делает всё в своё удовольствие. Просто потому, что так ему хочется. И в некоторой степени я даже завидовала ему.

Когда воспитывает бабушка с устоями, актуальными ещё пятьдесят лет назад в юности, особо не разгуляешься… И это воспитание выжигается на самой подкорке.

Опасалась, что начнётся привычная утренняя тошнота. Но запахи, витавшие на кухне, лишь подстёгивали мой аппетит. Арсений поджарил на сковороде хлеб. И именно в этот момент мне подумалось, что он мог бы стать для меня идеальным мужем. Ну разве что-то может быть лучше, чем тёплый хлеб? А если мужчина думает о подобных мелочах, это дорогого стоит.

В голове зудела противная мысль. Свой опыт в приготовлении завтрака он натренировал на девицах, которые оставались у него до утра? Впрочем, откуда мне знать. Меня он выгнал ещё до рассвета. Должно быть, в его иерархии красоток я стояла на самом дне и не заслуживала подобных бонусов от красавчика Истомина. Стоило вспомнить тот день, как сделалось не по себе.

Я, очевидно, не тяну на роль девушки, добровольно избранной Арсом. Он наверняка видит рядом с собой совершенное существо. Какую-нибудь модельку с идеальными параметрами, соответствующими золотому сечению.

Макнула поджаренным хлебом в желток, смешивая его с горячими томатами. Отправила в рот, ощущая на языке гармоничный вкус. И даже прикрыла глаза от удовольствия, которое получали мои вкусовые рецепторы.

Распахнула глаза и встретилась с изучающим взглядом Арса. Спокойным, но каким-то сосредоточенным.

– Как тебе? – интересуется, будто ему действительно важно моё мнение.

И от этого я не в силах сдержать улыбку. Она сама расползается по моим губам. Еда принесла с собой ощущение спокойствия. И сделала меня добрее.

– Изумительно. Спасибо, не думала, что ты так хорошо готовишь, – убрала свои колючки, пытаясь быть искренней. Хотя с ним это до ужаса тяжело.

– Да на самом деле не умею. Это одно из немногих блюд, которые у меня получаются. Хотел удивить тебя. Ты всё же профессионал, – улыбается своей мальчишечьей улыбкой, от которой у меня раскрываются все чакры.

– У тебя получилось. Действительно получилось, – улыбаюсь ему в ответ. Словно стоя ранней весной под лучами солнечного света. Только-только начавшими греть.

– У меня к тебе предложение, Поварёшка. Деловое, – вновь растягивает губы, так что хочется сделать что-то, чтобы он всю жизнь на меня вот так смотрел.

В груди так светло и тепло, что, будь я персонажем диснеевской сказки, мне бы мышки уже заплетали косички, а птички ушивали платье под мою талию.

– И какое? – спрашиваю, предвкушая что-то необыкновенное.

Улыбка Арса ломается. Делается кривоватой. И я слишком поздно замечаю блеск в его глазах. Расчётливый.

– Нас же тянет друг к другу. А ты уже всё равно беременна. Почему бы нам не заняться сексом?

Всё светлое и тёплое, что зародилось внутри, тут же потухло. Погасло. Оставив после себя запах гари и темноту.

Кусок больше в горло не лез. Но показать, насколько меня задели слова Истомина я не имела права.

Изо всех сил пытаюсь держать лицо, чтобы ничем не выдать своего разочарования. Одна мысль о том, что Истомин поймёт, как я наивно повелась на его любезности, вызывает у меня несварение. Мне хочется его ударить. Врезать по красивой наглой физиономии так, чтобы там остался розовый след от моей ладони. Но понимаю, что шансов на успех у меня мало, потому что придётся тянуться через весь стол. Арс сто раз успеет сообразить, что к чему, и защититься. А мне очень хочется причинить ему боль.

– Не-а, Истомин. Не интересно, – с напускным равнодушием отвечаю я, водя кусочком хлеба по тарелке. – В прошлый раз мне не понравилось.

Поднимаю на него взгляд и внутренне торжествую. Арсений явно не ожидал от меня таких слов.

– Врёшь, – произносит он, прищурившись.

– Зачем мне это? – пожимаю плечами я. – Понимаю, тебе, наверное, не айс такое слышать. Твои девицы обычно тебе совсем другое говорят, да? Но в отличие от них я уже знаю, какой ты неприятный человек, и льстить тебе не вижу смысла.