Чтение онлайн

В электромобиле было тепло. И вообще машина впечатление производила – в отличие от тех, по крайней мере, которые встречались Сварогу. Каплевидная, похожая на хищную рыбу; высокая посадка, широкие шины – для пущей устойчивости при резких виражах – и, кажется, даже пуленепробиваемые стекла. А дабы у непосвященного путника не возникло и тени сомнения, что перед ним именно государственный бронемобиль, а не какой-нибудь там пижонский таксомотор, вдоль маслянисто-черного борта тянулась белая пояснительная надпись: «ОТДЕЛ НУЛЕВОЙ ГРАНИЦЫ БЕЗОПАСНОСТИ». Более того: из люка в крыше торчала турель, но не пулемета, а… а не поймешь чего, однако вида весьма устрашающего – короткий толстый ствол из какого-то отливающего синевой сплава в серебристой оплетке, однако без всякого намека на дульное отверстие, прозрачный наклонный щиток с нанесенным черной краской прицелом. Управление стрельбой, судя по всему, ведется с заднего сиденья, специально для того оборудованного – вращающееся вместе с турелью кресло, рукояти, гашетка… Но каким именно манером производилась эта стрельба, понять было решительно невозможно.

Почти весь путь до обители они не проронили ни слова: Рошаль – потому что следил за дорогой, объезжая предательские ухабы и трещины, а Сварог… а Сварог потому, что говорить, собственно, было уже не о чем. Да и никакого настроения вести беседы.

Лишь когда они миновали покосившийся щит с угрожающим текстом: «СНИЗИТЬ СКОРОСТЬ. ПРИГОТОВИТЬСЯ К ДОСМОТРУ. ВЪЕЗД ТОЛЬКО ПО ДОПУСКУ КЛАССА “Р”», а по обочинам тут и там стали попадаться обрывки проржавевшей насквозь колючки, – только тогда Рошаль заговорил.

– Здесь была береговая пограничная застава, – объяснил он ровным голосом экскурсовода, к Сварогу не оборачиваясь. – Давно, еще во времена Белого конфликта с Гвидором. Лет, пожалуй, пятьдесят тому как. Потом ее законсервировали. Бросили, проще выражаясь. А потом из старого монастыря сюда переселились эти… Ожидающие.

Последнее слово он произнес с отчетливым раздражением.

Сварог покосился на Рошаля и спросил осторожно:

– Скажите-ка, мастер охранитель… вы уверены?

Верх-победитель скривился, не отрывая взгляда от дороги, хлопнул ладонью по рулю.

– Да ни в чем я не уверен. Вы стремитесь попасть к монахам – вот я вас туда и везу.

– Однако… – Сварог помедлил, – однако все же позволю предположить, что наша увлекательная поездка к Ожидающим преследует и иные цели – помимо вашей дружеской помощи лично мне, не так ли?

Рошаль ничего не сказал, и Сварог продолжил:

– Например, вам известно, что я принадлежу к близкому кругу некоей особы по имени Визари. Так отчего бы уважаемому верх-победителю не подстраховаться? А вдруг некий Сварог сошелся с ней слишком близко. Осторожность, как вы сами утверждали, лучше чем неосторожность.

– При чем здесь неосторожность… – буркнул Рошаль. И сказал, помолчав: – Повторю: я не вас опасаюсь, граф, хоть вчера на вечернем совете мне… Неважно. Я опасаюсь той штуковины, которая болтается у вас на шее. Я не знаю, чего от нее ждать, кроме превращения нормального человека в мага. Как показал эпизод с вашей очаровательной «супругой», у Визари в ладони спрятан не один скорпион… А с другой стороны, насколько я понимаю, вы твердо намерены выбраться отсюда, а для этого вам нужны Ожидающие. Ожидающим нужен этот камень, а мне нужно избавиться от камня, мне он без надобности, он мне мешает… Так почему бы не помочь друг другу? К взаимной выгоде всех трех сторон?

«Всех, кроме Щепки», – подумал Сварог, но вслух ничего не произнес.

И вроде бы Рошаль не врал. Даже если не учитывать молчания индикатора лжи, который, признаться, все чаще и чаще подводит. Одно то, что предводитель антимагического сопротивления не взял с собой эскорт и даже личной охране приказал остаться в цитадели, говорило о том, что он Сварогу всецело доверяет… Хотя это могло говорить и о чем-нибудь другом. Равно как и о третьем, и о сорок восьмом: поди разберись, что за комбинации выстраиваются в мозгу у старого волчары контрразведки, тут никакой индикатор лжи не поможет… Как бы то ни было, факт оставался фактом: в путь к обители Ожидающих они отправились вдвоем. А вот сколько оттуда вернется и кто именно – все же бо-ольшой вопрос…

Да нет, не паранойте, ваше величество.

Изорванное полотно дороги с шелестом наматывалось на колеса мобиля. Снег усиливался, и Рошаль включил ближний свет. Детекторы опасности и лжи единодушно молчали.

«Цивилизация, основанная на магии, – лениво думал Сварог. – Нет промышленности, нет сельского хозяйства, нет точных наук, потому что нет в них нужды, все достается всем прямо из воздуха, бесплатно. Значит, нет прогресса и, следовательно, впереди – полная деградация… Щепка говорила, что маги не собираются заваливать всех дармовой продукцией… Но разве получится? Кто будет добровольно трудиться, когда достаточно произнести заклинание – и вот оно, изобилие… Значит, стагнация. Миллиардам людей просто-напросто нечем заняться! Исчезает разделение на социальные слои. Значит, общество упрощается, следовательно – опять же деградирует… Что еще? Колдуны-целители, ворожеи и прочие хилеры. Люди захотят жить, если не вечно, то хотя бы долго. И что? Замедляется смена поколений, эволюционное развитие замедляется, следовательно… Где это я читал про индейцев, которые освоили магию и оттого вымерли все поголовно? У старика Кастанеды, что ли…»

– А вы, масграм? – неожиданно для самого себя спросил Сварог. – Вы не собираетесь покинуть Гаранд вместе со мной?

– Ну вот и приехали, – бодро сказал Рошаль, притормаживая. – В сем живописном уголке природы и обитают наши таинственные монахи.

Мобиль остановился, начальник всей местной контрреволюции выключил мотор, и они выбрались на обширную площадку. Огляделись.

М-да. Живописный уголок являл собой, откровенно говоря, прежалкое зрелище. Мокрый, пронизывающий до костей ветер, налетающий со стороны океана, сметал с пустого бетона весь снег, оголяя серые шершавые плиты. Сквозь снежную круговерть проступали силуэты отдаленных сооружений – ангар, вышка, останки периметра, казарма, еще какие-то постройки… Несомненно пустующие, несомненно заброшенные. И вообще у Сварога появилось ощущение, что он попал на съемки фильма то ли о романтике жизни на антарктических станциях, то ли об ужасах ядерной зимы.

– Миленько, – прокомментировал он, пряча нос в воротник мехового плаща. – Значит, здесь Ожидающие и ожидают…

Рошаль промолчал, щурясь от снега.

– Тут присутствует магия, вы знаете? – сказал Сварог, оглядевшись «третьим глазом». – Несильная, но тем не менее.

– А где ж ее нет, – проворчал Рошаль.

– Эт-точно…

– Я же вам говорил: я не против магии как таковой. Я против засилья магии.

– Говорили, говорили, – вздохнул Сварог, накинул капюшон и похлопал по стволу непонятного орудия, возвышающегося над крышей электромобиля. – А я вот всю дорогу хотел спросить: это что за хреновина? Если, конечно, не военная тайна.

– Да перестаньте, какая тайна… А что, в Монитории о подобных штучках не слышали?

– По крайней мере, я не слышал.

Цепкий взгляд:

– Или вам просто не сообщали?

– Ну так и что же это такое?

Рошаль натянул перчатки и сунул руки в карманы плаща. Сказал, отвернувшись от ветра:

– Называется «стрела». Прототип той штуки, которую вы видели, когда ваша «супруга» предстала перед нами во всей своей наготе. Откровенно говоря, я не специалист и как точно работает, не знаю… В общем, она посылает в цель какое-то электрическое облако – и чем сильнее аккумулятор, тем больше дальность выстрела. Облако невидимое, однако на магические способности врага действует безотказно, уж поверьте. Напрочь нейтрализует любые проявления волшебства…