Спасители
Шрифт:
Нойманну не нравилось, что его отдел, по сути, до сих пор толком не приступил к зачистке города. Но следовало сначала убрать угрозы в тылу… Шахту хотели штурмовать уже потом, после остановки расползающегося по земле мрака. Но…
При поддержке сновидцев, группировка атаковала в направлении рудника. Ожидалось, что бои у шахты будут тяжёлые. Но артиллеристы поработали над рудником особенно усердно. Шахтный ствол оказался завален обломками наземных построек, отрезая остальной нечисти дорогу на поверхность. Территорию рудника перепахало воронками снарядов.
Места здесь не были богаты на нечисть -- жрать ей тут нечего, да и скучно наверняка. Все твари давно ушли в город.
Как только им удалось убить Плачущего, мрак развеялся. Холмы за городом очистились. И по скоплениям чудовищ ударила артиллерия.
Потом колонна вернулась к городу.
Штурмгруппы на выездах отчаянно отстреливались. Едва бронетехника вышла из города – твари почуяли свою власть и бросились следом. Горстке оставленных бойцов очень сильно помогала «Чёрная Акула». Но вертушке приходилось распыляться между двумя местами сразу.
Колонна стремительно перемолола всех чудовищ.
Вертушку отправили пополнять истраченный боезапас.
Манёвр с зачисткой шахты позволил им освободить сразу две штурмгруппы. А чтобы освободить группу у моста, тот решили всё-таки взорвать. Хоть путей к отступлению, в таком случае и окажется меньше – боеприпасы ещё могли подвозить по дороге с востока, со стороны зачищенного дачного посёлка и гаражей.
Нойманн был недоволен темпами. И торопил. Капал на и без того натянутые до предела нервы. Рассказывал об успехах «центровиков».
Зато теперь в город они заходили с шестью штурмгруппами. Это сильно повысит эффективность зачистки, огневую мощь.
Уже хотелось спать.
Запросили артиллерийский удар по южным кварталам – решили сначала зачистить трёхэтажные районы. А потом уже войти в высотные девятиэтажные, что расположились ближе к центру.
Переждали, пока пыль уляжется, собрались с духом. И вновь ворвались в изуродованные городские кварталы, покрытые непроглядным древним мраком…
На этот раз трупных гигантов оказалось несколько. Они встретились тут же. В первых разбомбленных дворах. Множество людей погибло в этом городе. И почти все – на улицах, когда пытались покинуть город. Трупы валялись всюду. И что-то сцепляло их между собой. Оживляло.
Бродячие горы трупов. Непрестанно увеличивающиеся… Небольшие, самые распространённые, от трёх метров, легко разбивались крупнокалиберными пулемётами или парочкой ВОГов. С пятиметровыми приходилось повозиться. А когда из тьмы выпрыгивали десятиметровые – бойцы начинали паниковать.
– - Твою мать! – ругался Артём. – Твою мать!
Его пытался заткнуть Захар. Всё советовал Олегу потом выгнать Артёма из штурмгруппы. Ведь паника заразна. И если в группе есть панкёр – это может для неё плохо закончиться.
– - Ничего страшнее не видел в своей жизни, -- признался Витя, когда они встретили очередную десятиметровую тварь.
Калуев отдал приказ – не открывать дверцы фургончика. Всё-таки, броня могла какое-то время выдерживать мощные удары.
И фургончик Олега так же попадал под раздачу – их едва ли не перевернуло. А ведь при этом нужно было как-то защищать сновидцев, которые всё это время кружили поблизости, словно мухи. Без их растворения мрака они бы долго против гигантов не протянули…
«Илья Муромец» старался не тратить ракеты. Выпускал их в самых тяжёлых случаях. В его установке имелось всего четыре снаряда. Обещали скоро подвезти ещё…
Вопросы с гигантами лучше всего решал «Коготь». Его экипаж угробил тварей почти столько же, сколько и сновидцы.
Горы трупов получались совершенно разные. Человекоподобные, бродившие на двух ногах; змееподобные, передвигающиеся, как сороконожки. Или аморфные, бесформенные, похожие на чудовище из скотомогильника – эти были самые опасные и непредсказуемые.
Бойцы быстро научились бороться с гигантами, поэтому потери удалось свести к самому минимуму.
По соседним дворам заранее лупили артиллеристы. Иногда снаряды гаубиц попадали в гигантов, разрывая их на куски. Тогда по асфальтовым дорогам лились реки крови. А части чудовищ пытались вновь соединиться, но их настигали огнемёты…
На этот раз боезапас закончился быстрее, чем его успели подвезти.
Калуев связался с Нойманном, узнал, где машины со снабжением и принял решение отойти к уже зачищенным дворам, мрак над которыми успел развеяться. Заняли оборону.
Бойцы принялись снова жадно курить. Олегу тоже хотелось – таких длительных заданий у него не было никогда. Постоянная угроза постепенно изматывала. Но Олег бросил и пить и курить. А мысли о том, чтобы нарушить свой внутренний запрет он отгонял.
Абдулла наконец разговорился, от адреналина. Начал рассказывать о своей былой тихой жизни, светлой и счастливой, которая являлась таковой до тех самых пор, пока в его город не пришла война. В той кровожадной и безумной бойне он потерял всё. Отца, мать, братьев, сестёр, жену и своих дочерей. Он отчаялся, он едва не впал в безумие от горя. Некоторое время он мстил, воюя против врагов. Но месть не приносила ему ни минуты спокойствия. И тогда, пребывая в самой мрачной душевной бездне, он испытал нечто такое, что его поменяло. Нечто такое, что показало ему божественную истину… Он осознал своё истинное предназначение в этом мире. Бороться с тьмой. С проявлениями шайтана. А лучше всего бороться с тьмой можно было в рядах Организации, куда его и занесли ветра судьбы...
Витя тоже разговорился. Однако такого же уровня драмы в его жизни не имелось. Всё-таки, молодой ещё, да и страйкболист.
Потом на колонну наскочило полчище тварей, учуявших усталость бойцов и принявших короткую передышку за слабость. Твари были легко уничтожены, но на них истратили оставшийся боезапас. Уралы с патронами, снарядами и горючей смесью прибыли в самый последний момент. За рулями бойцы узнавали гарнизонщиков Штаба.
– - Хоть какой-то толк от этих бездельников! – сказал Данилыч.