Чтение онлайн

Стена за стойкой отделяла мастерскую от приемной, хотя и, судя по едким испарениям краски, от которых слезились глаза, не очень плотно. Пригнувшись, Тим подбежал ближе, выбив ногой пистолет из рук раненого байкера, и присел над ним, чтобы застегнуть наручники. Он пристально вглядывался в бисерную занавеску у стойки.

– Дэнни Пэйтер?

Голова байкера дрогнула, волосы упали с лица. Тим увидел тени под глазами и маленький нос. Изо рта брызнула кровь и потекла по подбородку. Это была женщина, которая на похоронах держала за руку Ричи Рича.

Взгляд Тима остановился на лицензии, висящей в рамке на стене. Она была выдана Даниэлле Пэйтер.

Она закашлялась, и ее грудь под футболкой вздрогнула; потом она отвернулась лицом к затоптанному ковру и умерла.

За спиной послышались убегающие шаги. Что-то стукнулось об пол. Держа перед собой револьвер, Тим забежал за стойку. Он замер у края занавески. Его пульс участился: в здании мог быть Дэн Лори. За раскачивающимся бисером было темно, и он ничего не видел. Тим потянулся вперед в надежде нащупать выключатель, но это ему не удалось.

Тим собрался с духом и, бросившись за занавеску, упал на живот перед стеной. Он заморгал, стараясь быстрее адаптироваться к темноте. Лежа ничком, он подвергался большей опасности получить срикошетившую пулю, но не хотел вставать, пока не сориентируется.

Его прикрывала стенка из банок с краской. Некоторые из них упали и катались по полу; львиные языки, нарисованные на этикетках, лизали половицы.

Тим встал и прижался плечом к высокому металлическому стеллажу, на котором стояли искусно раскрашенные бензобаки. Из щели под закрытой дверью пробивался свет – по всей видимости, там была уборная с оконцем.

Тим услышал хихиканье, и в просвете показалась тень человека с длинными волосами. Это был Том-Том. Тим медлил с выстрелом, не желая открывать свою позицию, но ствол его револьвера отразил желтую вспышку, вырвавшуюся из дальнего угла; со стеллажа начали падать бензобаки, подпрыгивая и крутясь на полу. Тим откатился метра на три, вымазав спину в краске, и стукнулся лицом о колесо «харлея». Огонь прекратился. Дверь открылась, и Том-Том начал чмокать губами в темноту, словно приманивая собаку.

По бетону запрыгало что-то металлическое. Взрыв сорвал стеллаж с креплений. Пустые баки с грохотом посыпались на пол. Бензиновые пары на мгновение вспыхнули завитками синего пламени.

Тим смотрел сквозь спицы колеса. Чутье бывшего военного подсказывало ему, что рядом с ним в темноте бродят двое.

Он заметил на полу блестящие красные отпечатки ботинок, петлявшие между мотоциклами. Тим двинулся по следу, стараясь не задевать мотоциклы; в поддоны картеров размеренно капало масло. След становилось видно все хуже. Тим дошел до северной стены и присел рядом с рабочим стендом.

Справа он заметил чей-то силуэт; человек обеими руками прижимал к щеке пистолет. Он повернул голову, и Тим в слабом свете разглядел его профиль – взъерошенные волосы, повязки на глазу и на руке. Потом увидел у него на груди перевернутую нашивку ФБР, знак отличия за убийство агента Рэймонда Смайлза. Тим нацелился ему в грудь. Перед глазами у него возникла картина: байкер наклонился на мотоцикле, презрительно бросив Дрей:

– Лучше отвали, стерва.

Голос Дрей врезался в его яростные мысли: «Мертвым он нам не нужен».

На мизинце байкера блеснул перстень. Тим, отбросив сомнения, выступил вперед и ударил его в висок рукояткой револьвера. Рич вскрикнул и грохнулся на пол. Тим метнулся в сторону, чтобы Том-Том не успел выстрелить в ту сторону, где упал Рич. Но за ним, словно разозлившийся грызун, уже прыгала самодельная граната. Он открыл рот и сделал резкий выдох, как его научили в армии, чтобы легкие не повредило ударной волной.

От взрыва он ударился о стену. Из рам повылетали темные стекла, и в комнату ворвался свет.

Тим лежал в куче гипсокартона, осыпавшегося со стены. Судорожно вдохнув, он ощутил боль в ребрах. Его одежда была вымазана красной краской или кровью, а может, и тем и другим. Потом Тим услышал шарканье и оглянулся. Все еще ослепленный взрывом и ворвавшимся в мастерскую солнечным светом, он почти не различал подошедшего, но ствол автомата, который тот прижал к горлу, дал ясно понять, кто это.

Коренастая фигура Том-Тома начала вырисовываться перед его по-прежнему ослепленными глазами. Длинные платиновые волосы, похожая на большой валун голова без шеи, широкие плечи, улыбка непослушного ребенка. Щетина покрывала его щеки, словно белый песок. Из его кармана торчала еще одна бомба, похожая на свернутую в трубку книжку комиксов. Он глядел на Тима через прицел, прижав к плечу приклад AR-15.

– Оно того стоило? – ухмыльнулся Том-Том.

Тим почувствовал не страх, но жестокость надвигающейся на него реальности и подумал: «Вот и конец».

Раздался короткий выстрел. Том-Том рухнул на пол, словно бревно. Однако за ним стоял не Медведь, а Рич Мэндрелл. Правая сторона его лица так сильно пострадала от удара в висок, что кожа, казалось, готова была лопнуть.

– Черт побери, – выругался Рич так, как будто поцарапал свой «порше» кредитной карточкой. Он бросил «глок» в руки Тиму и сказал: – Надень на меня наручники. Быстрее. Веди себя так, как будто ты меня арестовал, и увези отсюда к чертовой матери.

– Что ты за тип? – спросил Медведь.

Ричи Рич сидел на скамье у стены, прислонившись плечом к прутьям решетки. Его поместили в особую зону тюремного корпуса, находившуюся за камерами для обычных преступников – насильников и мелких мафиози, ожидающих суда. Решетчатые ворота камеры закрывали стальные двери, чтобы не было видно ее обитателей. Здесь обычно содержались заключенные с ВИЧ и несовершеннолетние. Одиночные камеры в этом отсеке можно было назвать чудом из металла – алюминиевые туалеты, камеры слежения в стальной оправе, прочные раковины. Каждая вещь прикручена или приварена.