Спецуха
Шрифт:
– Я же говорю, что память для начальника строевой и кадров – вещь абсолютно незаменимая. Я этих копов сразу узнал: один у нас служил, второй в роте специального вооружения. Его еще в командировке ранило, я на него страховку оформлял. Пацаны сразу и выложили, кого ищут, кто ищет и прочее.
– Тем более Пиотрович вовремя ММС прислал с фотками фигурантов, – добавил первый близнец.
– А я тут с проводницей достаточно плотно обзнакомился, – включился в разговор второй из близнецов, – запасным ключиком вагонным обзавелся на всякий случай.
– Ну, теперь для нас санитарных зон не существует, – обрадовался первый близнец, – и вообще – вечером запрусь и голову помою: под этим париком башня чешется – просто ужас.
– Во Димон Айфон в майл-агенте появился, – известил всех Вова, – пишет, что про нас все забыли, только комбриг весь на измене, ждет известий. Братаны, что писать по поводу сеанса связи?
– Вова, скажи хакеру, чтобы наш интернет-канал не светил, сеанс только через пару суток – когда приедем на место, так что пусть ваш полковник немного помучается.
– Написал… Шпион отвечает, что понял, и просит привезти магнитик.
В дверь купе вежливо постучались.
– Кто там? – осторожно поинтересовался Вова и бросил в сторону: – Неужто все-таки кого-то подсадили?
– Сервизами не интересуетесь? – спросили из-за двери.
– Заходи, коробейник, покажи товар лицом!
В купе ввалился Ромашкин с огромным китайским баулом и начал всем предлагать купить хорошие сервизы и чайные наборы.
– Эй, очнись, царь Леонид, – начали тормошить Леню братья, – выйди из роли, достань начфиненка из сумки, присядь, выпей чайку.
Леня плюхнулся на полку и вытянул ноги.
– Задолбался я эту сумку таскать, – там же только маскхалат и автоматы на самом дне, да батарейки ваши связистские; остальное – эти гребаные сервизы китайские… На хрен вы мне их загрузили?
– Леня, все ради конспирации… Тем более эти стекляшки валялись мертвым грузом в кладовке штаба, и новый замполит на праздники всем раздаривал их, – заявил Черепанов и спросил: – Где Овчинников и Аллилуев?
– Где твой сын, папаша, – заорали близнецы на майора.
– Где мой конспиративный сын – всех волнует, а то, что я его родил, когда мне было десять лет, – никого не смущает, – печально развел руками Леня. – С доктором они в нарды режутся и над пассажирами глумятся… Гады, гамбургеров вокзальных нажрались, так теперь к вагонным запахам еще и непередаваемый аромат доктора нюхать приходится. Я тебе, Вова, припомню и плацкартный вагон, и сервизы.
– Док в своем стиле, – обрадовались братья. – Вова, мы пойдем их навестим со всеми мерами предосторожности.
– Валяйте… Если что, все хором выкидываемся из поезда и идем побираться в ближайший городишко.
– Купите сервиз, – опять подал голос Леня, – мне же все-таки тяжело.
– У Вовы скейтборд возьми. Гоняй на нем, – посоветовали братья, выходя из купе.
Леня переговорил с Черепановым, попил чаю, удачно втюхал за копеечную цену сервиз проводнице и ушел, весьма довольный жизнью.
Глава 3
Ждать и догонять
Сотрудник ФСБ мелкими шажками подкрался к купе с «диверсантами» и со скучающим видом воткнул себе в голову наушники. Он изображал приторчавшего меломана, принялся вслушиваться и внюхиваться в запахи и голоса, доносившиеся из купе.
Отсеивать ненужное оперативника учили неплохо. В бурном потоке рассказов, смеха и матерно-лапидарных выражений, он сумел все-таки выхватить суть, а потом схлопотал и нечаянный удар по ребрам от пошатывающегося парашютиста, ловящего азимут на туалет и перебирающегося исключительно вдоль стенки.
«Петровско-Никольское». А ведь должны ехать гораздо дальше! Почему так? Да все очень просто: вагонное пьянство и тотальное обсуждение армейских реформ – это все маскировка. Хорошая такая, добротная маскировка! А станция высадки выбрана не зря.
Оперативник пробрался к расписанию. В Петровске стоять всего две минуты; в четыре часа утра; ровно. Кто будет смотреть на толпу околовоенного люда, выгружающегося со скоростью метеора и пышущего перегаром? Все спят, и проводники лишь только по служебной необходимости открывают двери. На полустанке всего один узенький перрон, к которому выводит асфальтовая дорожка, по которой может проехать в одну сторону небольшой грузовичок или микроавтобус. Дорожку эту, с обеих сторон до самого здания полуразвалившегося вокзала, окружают киоски со всякой снедью и прочей ерундой. Когда появилась связь, вояки созвонились с какими-то друзьями. Они договаривались насчет незапланированного выхода и доставки их дальше по маршруту.
На первый взгляд действительно так быстрее. Большой город и станция только утром, а оттуда – снова на перекладных да в обратную сторону. А ведь с Петровска не только быстрее, но и безопаснее: прыгнули в подкативший микроавтобус – и поминай их как звали, – все посты и наблюдатели будут сосредоточены на большой станции. Эх, хитрецы! Одного не учли, что они уже на крючке!!!
Старший пары тут же оценил информацию, полученную с помощью СМС. Достал туристический атлас, просмотрел дороги и объекты. А ведь прав оперативник! Из Петровска «диверсанты» намного быстрее доберутся до большого военного аэродрома. Скоро стартуют сборы парашютных команд; под этим прикрытием можно спокойно «отработать» объекты, не внушая никому подозрений. Но железнодорожный вокзал Петровска хорош еще тем, что можно одним махом взять всю группу. Хрен они при задержании куда денутся: местность не та. Судя по тому, как эти парни налегают на спиртное, в четыре утра они вряд ли будут способны оказать сопротивление доблестным бойцам ОМСН (бывшего СОБРа), принимающим участие в учениях. Говорят, что на недавнем таком вот мероприятии группа «офицеров-диверсантов» обскакала СОБР, водила их за нос, ненавязчиво глумилась, подсовывала ни в чем не повинных туристов. Вот пусть и поквитаются.
Вагон подходит аккурат к перрону. Отряд ОМСН сейчас по условиям учений находится на запасной базе. Езды до Петровска им ровно час. Так что вопрос решен!
Осталось доложить по команде и согласовать пару нюансов. До встречи в Петровске, господа «диверсанты»! Главное, чтобы полицейские особого назначения успели вовремя!
Полицейские особого назначения успели не вовремя, а заранее. Степанычу пришлось пару раз рявкнуть матом и навешать пенделей молодому водиле, недавно переведшемуся в отряд.