Чтение онлайн

– Стоп, бойцы, - хлопнул в ладоши Денис, привлекая внимание.
– Сейчас попробуем новое упражнение. Сняли "тренчики" и надели перчатки.

Дождавшись, когда ученики выполнят команду, он продолжил.

– Слушаем вводную. Нужно проникнуть на охраняемый объект. Оружие, по условиям задачи, исключено. Вы - нападающая сторона. Я - охранник. Вот это - коридор помещения.

Денис указал на две боксерские груши и встал между ними. Расстояние в два с половиной метра позволяло подойти только двум атакующим одновременно.

– Начали...

Бойцы смущенно потоптались, потом вперед выдвинулся Платов и самый молодой член команды - тридцатилетний Фарит. Сдвоенная атака захлебнулась через несколько секунд, и нападающие бестолково отступили назад, перекрывая пространство оставшейся четверке.

– Теперь слушайте, как нужно делать по правилам.

Бывший начальник службы безопасности московского банка старался передать своим бойцам небольшую толику знаний, полученную от своих еще не родившихся подчиненных.

– Нападение производится гуськом, но не в затылок друг другу, а в шахматном порядке - полшага в сторону от впереди идущего. Понятно?

Дождавшись не очень уверенных кивков - шахматный порядок для инструктируемых представлялся явно чем-то эфемерным - Денис объяснял дальше.

– Каждому на атаку дается три-четыре секунды. Не больше. Если не успел свалить противника, проходишь дальше - каждый со своей стороны. Внимание защищающегося при этом рассеивается... Добивает следом идущий. Если и он не сумел - передает дальше по цепочке. И так - до последнего бойца.

– Денис Иванович, - обратился с вопросом Платов.
– А если и п-последний не справится?

– Тогда мне придется набирать новую группу диверсов, - жестко, без малейшего намека на шутку ответил Денис...

– Поехали!..

Выдержать двадцатисекундный шквал непрекращающихся ударов, да еще и на ограниченном пространстве, тяжело даже мастерам очень высокого уровня. Практически - невозможно. На этом, собственно, и строилась нехитрая методика спецподразделений. Денис сломался на четвертом.

– Стоп, бойцы! Следующим встает Платов. Остальные - нападают.

– С-слушаюсь, шеф...

Вытерев кровь с брови - кожа на перчатках была все-таки грубоватой - направился, было в душевую, но остановился, увидев в двери взволнованного чем-то Федьку.

– Денис Иванович!..

В голосе верного помощника проскальзывали истеричные нотки, а взгляд был обреченно-отчаянным.

– Денис Иванович, - понизив голос до шепота, повторил он.
– Юлия Васильевна пропала...

***

Москва. Большой Гнездиковский переулок.

Охранное отделение Департамента полиции.

17 июля 1897 год.

Начальник Московского Охранного отделения подполковник Мартынов хмуро рассматривал сидящих перед ним посетителей. Одного из них, известного предпринимателя Рябушинского, он знал не понаслышке: дважды на его предприятиях арестовывали профессиональных агитаторов.

Обычное, малоприязненное отношение между жандармерией и купечеством, в данном случае было подвергнуто исключению. Михаил Павлович был уважаем во многих ветвях власти. Почетное звание потомственного гражданина, выданное Канцелярией Его Императорского Величества, было лишним тому подтверждением...

Второй, молодой человек, хоть и обладал приятной наружностью, не понравился шефу охранки сразу. Точнее, не понравился холодный, слегка пренебрежительный взгляд - именно так на Константина Петровича имел обыкновение смотреть директор Департамента полиции. Но считаться приходилось и с этим юношей: в архиве Отделения досье имелось на всех известных людей Российской империи.

После взаимных обязательных приветствий разговор начал именно молодой человек. И начал с весьма неприятного вопроса:

– Почему дело находится в ведении Охранного отделения, а не полицейского сыска?

Подполковник чертыхнулся про себя: еще и этих не хватало для полного счастья. Вчера вечером была неприятная беседа с извечными конкурентами в синих мундирах - Губернским управлением жандармерии. Дело представлялось громким, и охотников за лаврами было предостаточно.

– Потому что в карете была обнаружена записка противоимперского содержания.

Помимо фразы: "Смерть самодержавию", записка носила ряд нецензурных выражений в адрес монаршей особы, поэтому показывать ее посетителям он не собирался.

– И что удалось выяснить на сегодняшний день?

Это начинало походить на допрос. Мартынову очень хотелось поставить молодого г-на Черникова на место, но приходилось помнить и об утреннем телефонном разговоре с канцелярией московского обер-полицмейстера. Давление было не шуточным - требовали скорейшего расследования дела.

И просили - а просьбы такого уровня равносильны приказу - со всей почтительностью отнестись к родственникам похищенной. К таковым относили и Дениса: светская хроника столичных и московских газет взахлеб обсуждала предстоящую помолвку богатой наследницы и молодой, восходящей звезды финансового мира.

– Константин Петрович, голубчик - вмешался Рябушинский, почувствовав несколько напряженную атмосферу.
– Поймите нас правильно - мы очень волнуемся за судьбу Юленьки.

– Я все понимаю, Михаил Павлович, - попытался добавить сочувствия в голосе шеф охранки.
– Мы делаем все возможное, и. поверьте, обязательно найдем похитителей.