Чтение онлайн

– Я поеду с тобой.

– Спасибо, но я хочу поохотиться один.

– А ты на кого собрался?

– На лису. – Кит завязал шнуровку сапог и встал. Он вдруг вспомнил о тех трех псах, что были у Бакстера. Когда Кит заезжал на Вильямс-стрит, то видел конуру, но самих собак там не было, как не было и признаков их присутствия в доме. Кит пришел к выводу, что если даже на Вильямс-стрит псов держали на улице, то ночью возле дома на озере они тем более будут на свободе – У тебя нет охотничьего лука или арбалета? – спросил он Билли.

– Нет. Я предпочитаю ружье. А ты?

– Тоже. – Несмотря на всю полученную им довольно экзотическую подготовку, Кита никогда не учили пользоваться луком и стрелами, духовыми трубками, пращой, копьем или бумерангом. Нож и удавка были единственными способами тихого убийства, какие он знал, но для собак это не годилось. Глушителя для винтовки у него не было, арбалета у Билли тоже не оказалось. Ну ничего, об этом будет время подумать позже.

– Лису трудно взять луком. Хотя я видел, как в нее попадали из арбалета, – заметил Билли.

– Это верно. Ну, спасибо. Пикап верну тебе завтра или послезавтра.

– Послушай, Кит, в принципе я, конечно, последний пропойца, но сегодня я трезвый.

Кит посмотрел на Билли Марлона, и их взгляды встретились.

– Чем меньше ты знаешь, тем лучше, – сказал Кит и двинулся к выходу, но Марлон задержал его за руку.

– Я все-таки помню тот вечер в баре «У Джона» и тот случай в парке, когда ты отвез меня домой.

– Мне надо идти, Билли.

– Он и правда трахал мою жену… вторую мою жену. Я любил ее, и она меня любила, и все у нас шло хорошо, но этот подлец влез между нами. После того как это случилось, мы пытались жить по-прежнему, все как-то восстановить… понимаешь? Но я не смог этого пережить и начал пить, и с ней стал вести себя подло. Она ушла, но… сказала, что она меня все еще любит и не понимает, почему я не могу простить ее за эту ошибку… – Билли вдруг резко развернулся и изо всех сил саданул по дверце шкафа так, что фанерная панель треснула. – Черт бы все это побрал!

– Да ладно, не расстраивайся ты так, – проговорил Кит и глубоко вздохнул. Поразительно, подумал он, сколько сломанных человеческих судеб оставил позади себя Клифф Бакстер, дав волю своей моральной распущенности и потакая своим сексуальным прихотям.

– Как ее звали? – спросил он Билли.

Стоя по-прежнему спиной к Киту, Билли ответил:

– Бет.

– И где она сейчас?

– Не знаю, – пожал плечами Билли. – В Колумбусе, наверное. – Он повернулся и посмотрел на Кита. – Я знаю, куда ты собрался. И еду с тобой. Я должен поехать.

– Нет. Помощь мне не нужна.

– Я это делаю не для тебя. А для себя самого. Пожалуйста.

– Это опасно.

– Я и так живой труп. В случае чего даже не замечу разницы.

Кит пристально посмотрел на Билли Марлона и кивнул.

Кит вернулся в коровник и топором, который дал ему Марлон, прорубил несколько щелей в крышке багажника полицейской машины, чтобы туда лучше проходил воздух.

– Благодари Бога, что это «фэарлейн», а не «эскорт», – сказал он через прорези Уорду.

– А шел бы ты, Лондри.

Кит вывел полицейскую машину из коровника и направился в сторону шоссе номер 8, откуда приехал. Он не хотел оставлять никаких признаков какой-либо связи между ним самим и Билли Марлоном с его пикапом.

Оказавшись на месте, Кит съехал на обочину, переехал прямо через кювет и вывел машину на тракторную дорогу, что разделяла два кукурузных поля. Заехав ярдов на пятьдесят в кукурузу, так, чтобы машину не было видно с дороги, Кит остановился и выключил зажигание.

– Позвоню из Дайтоны и скажу вашим, что ты здесь, – проговорил он, выйдя из машины. – Конечно, когда я туда доберусь. Полежи пока здесь, расслабься. Помечтай, чем бы ты занялся, если бы вышел сейчас в отставку.

– Эй, погоди! Где я?

– В багажнике.

Кит перепрыгнул через канаву и оказался на дороге, где его уже поджидал Билли Марлон в своем пикапе.

Билли вел пикап, голубой «форд-рейнджер», которому было уже десять лет, а Кит сидел рядом, надвинув низко на глаза грязную соломенную шляпу.

Позади, за сиденьем, было сложено охотничье снаряжение, плотные мексиканские пончо на случай, если в Мичигане будет холодно, автоматическая винтовка Кита с оптическим прицелом, пневморужье спенсервильской полиции, табельный револьвер Уорда и охотничье ружье Билли Марлона – старая армейская винтовка М-14 с четырехкратным оптическим прицелом. Кит прихватил и дипломат, в котором лежали его паспорт, важные для него документы, немного денег и всякая мелочь. Киту пришла вдруг в голову мысль, что, пожалуй, кроме содержимого дипломата, у него в целом свете нет больше совершенно ничего; примерно с таким же багажом отправлялся он из Спенсервиля в армию целую вечность назад.

– У Бакстера с собой три охотничьи собаки, – поведал Кит Билли.

– Черт!

– Подумай, что с ними делать.

– Подумаю, – ответил Билли. – А куда мы едем?

– В Мичиган. Северная часть штата.

– Да? Я как раз чаще всего охочусь именно там. Посмотри в бардачке, у меня там неплохие карты тех мест.

Кит достал карты и отыскал на них Грей-лейк, расположенное в северной оконечности полуострова. Был уже почти час дня – до Атланты они доберутся часам к семи и, если повезет, где-то за час должны суметь разыскать возле озера дом Бакстера.

Пока они ехали, им навстречу попались две машины спенсервильской полиции, еще один конный разъезд и машина окружного шерифа. Каждый раз Кит сползал по сиденью как можно ниже, но, похоже, никто из них даже не обратил внимания на старый грузовой пикап. Билли надвинул на брови охотничью кепку с большим козырьком: Кит посоветовал ему избегать встречаться взглядом с полицейскими, потому что уж он-то был им всем хорошо известен как частый гость камеры для пьяных.

– Они этот твой пикап знают? – спросил Кит.

– Не-а… у меня нет ни нарушений, ни штрафов за езду в нетрезвом виде. Когда я пью, то хожу пешком. И редко пользуюсь пикапом, чтобы добраться до города.

– Ну ладно… если нас остановят, делай все, что они скажут. Нам сейчас нельзя ссориться с полицией.

– Пошли они к чертям, – возразил Билли. – Я перед этим дерьмом больше расстилаться не стану.

– Будут стрелять. Я эту публику знаю.

– Плевать я на них хотел. Тебя они все равно пристрелят. Слушай, эти гады ездят на обычных «фэарлейнах». Если я сверну на своем грузовике в кукурузу, у нас на хвосте никто не удержится.