Спираль времени
Шрифт:
– По-прежнему.
– В каком ты положении?
– Он держит меня прямо, – ответил Горелик, догадавшись, о чем его спрашивают, – или под небольшим углом. Но, наверное, в любую минуту может и перевернуть головой вниз. Я абсолютно беспомощен. Не могу даже слегка пошевелиться.
– Лучше не шевелись совсем. Не раздражай его. Сиди спокойно!
Горелика рассмешило слово «сиди».
– Что ты смеешься? – спросил Купцов. – Нашел время!
– Ты сказал, как говорят детям, «сиди спокойно».
– А! Я работал одно время в детском городке. Видишь ты свет наших фонарей?
– Ничего не вижу. Это меня немного беспокоит. Не ушли ли вы далеко в сторону?
– Сейчас мы вернулись к выходу. И начнем поиски с самого начала.
– Скоро здесь будет еще и Костя, – сказал Кузьминых.
– Значит, в полном составе.
Игорь знал, что из пяти человек группы один обязательно должен был оставаться в лодке.
– Знаешь что, – сказал Купцов, – лучше не разговаривай. Может быть, он слышит твой голос и это его раздражает.
– Даже наверное так. Я не могу утверждать, но мне кажется, он сжимает меня сильнее, когда я говорю или когда говорите вы. Но ведь он не может причинить вред, скафандр ему не по силам.
– Так-то так, но лучше помолчи.
– Молчу!
Время тянулось с каждой минутой медленнее. Игорю казалось, что он уже несколько часов находится в плену у неведомого зверя…
Константин Басков с трудом нашел товарищей. В этом месте действительно был невероятный хаос нагроможденных друг на друга обломков скал.
Они уже не сомневались, что высказанное Гореликом предположение правильно. Не скалы, а именно их обломки. Что могло так разломать их? Конечно, катастрофа. Скалы когда-то находились на одном из островов и рухнули с ним вместе на дно океана.
Анатолий Купцов сообщил обо всем на лодку. Оставшийся там Валерий Софронов передал тревожный сигнал на базу, и оттуда с минуты на минуту должна выйти на помощь вторая лодка.
Но когда она подойдет?
Против воли все трое начали беспокоиться. Они хорошо знали несокрушимую крепость скафандра, но все же… В такое положение, как Горелик, никто еще никогда не попадал. Не было ни одного случая нападения обитателя глубин на работника «ЭПРА». А что, если неизвестный зверь (спрут – по мнению самого Игоря) начнет гнуть скафандр, пытаясь его сломать? Выдержит ли гибкий металл? Не согнется ли он больше, чем допустимо для безопасности человека, находящегося в скафандре? Теоретически этого не должно было случиться, но на практике… В таких условиях скафандры не испытывались. Кто может знать, какова сила животного, схватившего Горелика!
Друзья молчали, скрывая друг от друга свои опасения, и производили поиски внешне спокойно, вынужденно не торопясь. В таком лабиринте очень легко было пропустить какую-нибудь небольшую пещеру или грот. Спрут мог забраться со своей добычей в любую расщелину.
Софронов сообщил, что вспомогательная лодка вышла и будет здесь через сорок минут.
Сорок минут! Это было долго, очень долго!
Купцов наконец не выдержал растущего беспокойства и спросил как мог тише:
– Как дела, Игорь?
– Без перемен, – последовал также очень тихий ответ. – Почему он не пытается сломать скафандр, понять не могу. Все же поторопитесь.
– А что такое?
– Ничего, просто мне очень неприятно это беспомощное положение.
– Потерпи еще немного.
Прошло минут десять.
Теперь трое друзей волновались уже открыто, часто забывая об осторожности и переговариваясь. Правда, говорить старались как можно тише. Ведь каждое слово звучит в шлеме Горелика, и было неизвестно, как воспринимает звуки его похититель. Обладает зверь тонким слухом или не обладает?
Купцов хотел было посоветовать Игорю выключить радио, но вспомнил, что Горелик не может пошевелиться. А если бы и мог, такой совет было трудно выполнить. Голоса товарищей – единственная моральная поддержка пленника.
– Помощь близка, – сообщил Софронов. – Они мчатся полным ходом.
И вдруг раздался громкий, взволнованный голос Игоря:
– Товарищи, поторопитесь! Он начал меня гнуть. Впечатление, что скафандр трещит!
В этот момент все трое случайно сошлись в одном месте. Они переглянулись тревожно и беспомощно. Что предпринять? Кажется, обыскали каждую пядь каменного лабиринта.
«Если бы Горелик мог каким-нибудь образом зажечь свой фонарь», – одновременно подумали все трое.
И… яркий свет вспыхнул внезапно, где-то совсем близко, казалось – во многих местах сразу.
Нет, это не фонарь Горелика!
Сквозь щели между скалами пробились сильные лучи белого, странно белого света. Осветились все закоулки, каждый камень, каждый поворот.
И тотчас же они заметили блеск скафандра пропавшего товарища. Совсем рядом.
Узкая щель, хорошо замаскированная обломками, вела во что-то вроде грота. Несколько раз они проходили мимо, не замечая щели.
Вот он где!
Они кинулись в щель.
Фонари были не нужны в ослепительном свете. Они увидели Игоря, обвитого кольцами длинного, похожего на змею, животного. Это был не спрут! О таком обитателе глубин никто из них никогда не слышал.
Купцов поднял трубку и нажал на кнопку.
Мгновение – и освобожденный Горелик мягко упал на дно. Рассеченное в нескольких местах тело «змеи», в красном тумане крови, медленно опустилось рядом.
И в тот же момент, точно кто-то невидимый повернул выключатель, свет, исходивший неизвестно откуда, погас…
СТАРАЯ ЗАГАДКА
ЧП!
Чрезвычайное происшествие!
Это выражение бытовало на Земле сто лет назад и, сохранившись до настоящего времени, приобрело еще более острое и волнующее значение, чем в прошлом, потому что «чрезвычайные происшествия» случались теперь исключительно редко.
ЧП прозвучало в экстренных выпусках радиогазет, прозвучало на весь мир спустя какой-нибудь час после того, как ударом лучевого пистолета Игорь Горелик был освобожден из объятий неизвестного науке подводного животного.