Чтение онлайн

Ден ограничился тем, что пожал плечами.

Предположение Рени оправдалось раньше, чем он сам думал. Он не успел не только дотронуться до шара, но даже поднять руки. Шар погас, как только он поднялся на стол.

«Похоже, что шар слышит мысли человека», – с невольным страхом подумал Рени.

Он осторожно дотронулся до поверхности шара. Она была холодной, будто не от нее только что исходил яркий свет.

«Все, что светит, одновременно и греет, – думал Рени, неся шар обратно в семигранную комнату. – Ручки светилен сильно нагреваются. Солнце греет. Почему же шар ведет себя иначе? Видимо, это не свет, а что-то другое. Но что?»

Успех празднества был обеспечен, – люди убедятся в могуществе верховного жреца. Ден был в восторге.

– Напрасно я велел приготовить факелы и светильники в саду, – говорил он. – Этот шар заменит собой все.

– Они не помешают, – возражал Геза. – Не будем же мы выносить его в сад.

– Это было бы еще поразительнее.

– Согласен с тобой. Но нельзя же оставлять пиршественный стол в темноте, чтобы осветить сад.

Они долго и тщательно обсуждали церемониал появления шара. Внесет его Геза. Все должны думать, что дотрагиваться до шара может только жрец.

А вечером того же дня, когда Ден по обыкновению поднялся в семигранную комнату, его поразил неожиданный и тяжелый для него удар.

Картины в столе исчезли.

Сколько ни нажимал Ден на оба выступа – ничего не появлялось в таинственной глубине стола. Шар продолжал сиять ровным белым светом, узкий луч не показывался, и только самый свет становился неровным, мигающим в тот момент, когда рука Дена касалась таинственных кнопок.

До сих пор ни разу ничего подобного не было.

В полном отчаянии Ден приказал позвать Гезу и, когда тот пришел, обрушил на него град проклятий.

– Но в чем же я виноват? – оправдывался Геза. – Ты сам согласился, чтобы Рени принес шар вниз.

– Я сожгу твоего Рени в священном огне, – неистовствовал Ден. – Будь проклят ты сам и твоя глупая выдумка!

– Сегодня днем ты благодарил меня за эту «глупую выдумку», – сказал Геза, пожимая плечами. – Кто же мог знать, что так случится? И я совершенно не понимаю, в чем вина Рени и за что его надо сжечь. Он выполнил наш приказ.

– Так что же теперь делать? – спросил Ден, внезапно успокоившись.

– Не знаю.

– Неужели картины больше никогда не появятся?

Ден произнес эти слова таким жалостным голосом, что Гезе стало жаль его. Он мог бы посоветовать брату одно-единственное средство – позвать Рени и спросить его мнение, но этого никак нельзя было сделать.

– Не знаю, – повторил он. – Я подумаю об этом и, может быть, пойму, в чем тут дело.

– Прошу тебя это сделать!

Геза ушел.

Ден остался наверху и сошел вниз только под утро. Достаточно было посмотреть на его лицо, чтобы понять – картины так и не появились.

Ни Ден, ни Геза, ни даже Рени никогда не смогли бы догадаться, что здесь произошло простое, хотя маловероятное совпадение. Шар был в исправности. Много веков спустя в аналогичном случае люди сказали бы: «Окончилась передача». Но в эту эпоху подобная мысль не могла прийти в голову никому, несмотря на то, что пришельцы говорили о том, что картины рисуются не шаром, а приходят, с помощью шара, с их родины. Ден помнил эти слова, но был бессилен сделать из них правильный вывод.

А Рени, с большим интересом выслушав рассказ Гезы, задумался и сказал:

– Скорей всего, дело в расстоянии между шаром и столом. Ты говорил, что пришельцы, прежде чем повесить шар, что-то измеряли. Видимо, я положил его не в ту точку, в которую надо. Посоветуй Дену передвигать шар до тех пор, пока картины не появятся снова. Больше я ничего не могу придумать.

– Хорошо, – ответил Геза, – я так и скажу ему. Но не сейчас, а после празднества. А то он, чего доброго, не позволит внести шар в комнату пира…

А в то самое время, когда происходил этот разговор, Доб стоял перед Розом и докладывал ему, что все готово и приговор, вынесенный Дену, может быть приведен в исполнение.

– Ты предусмотрел все? – спросил Роз.

– Все, господин!

– Твой человек не обманет?

– Никогда, господин! Он готов и выполнит мой приказ.

– И ты уверен, что он будет молчать?

– Его заставит молчать сам Геза.

Роз с любопытством посмотрел на своего наперсника.

– Ты очень умен, Доб! – сказал он, повторяя эту фразу уже в бессчетный раз. – Я не всегда могу понять тебя сразу.

Безгранична была гордость Роза и его уверенность в своем превосходстве над рабом. Постоянно повторяя эти слова, он никогда не думал, что признает ими умственное превосходство Доба над собой. Такая мысль просто не могла прийти ему в голову. Доб это понимал и не опасался за себя.

– Объясни, Доб!

– Ты увидишь все своими глазами, господин.

– Каким образом?

– Окажи Гезе честь и присутствуй на пиру вместе с твоим братом.

– Я не собирался там быть.

– Если ты хочешь видеть, то должен быть, – спокойно ответил Доб, уверенный, что Роз не устоит перед искушением. Присутствие Роза при смерти Дена входило важной деталью в план Доба. И он не ошибся, изучив характер своего властелина до тонкостей.

– А что я должен делать? – спросил Роз.

– Ничего. Присутствовать, и только.

– Я там буду.

Доб удалился, торжествуя. Теперь его план осуществится без малейшей заминки. Роз не удержится и скажет Гезе, что ему известно о том, что жрец нарушил закон, дав рабу образование. Остальное сделает сообразительность Гезы.

Доб заботился о своей безопасности. Он хорошо знал, что никакая близость к властителю не спасет его, если жрецы узнают о его участии в убийстве верховного жреца. Что может сделать Роз, если Доба в одно утро найдут мертвым? Погоревать, и только. Пусть Роз тешит себя иллюзиями своей силы. Он, Доб, знает, что по воле господина вступил в борьбу с более могущественной силой. Он защитит себя сам.