Список угроз

– Настоящей проблемой является то, что, в отличие от Ваубана, у нас только одно место, которое стоит защищать – Земля. И враг не ограничен первоначальным направлением атаки. Он может прийти с любой стороны. Со всех сторон одновременно. Так что мы сталкиваемся с классической проблемой обороны, только в кубе. Чем дальше мы отодвигаем наши оборонительные узлы, тем больше их нам необходимо иметь…

Орсон Скотт Кард "Тень Эндера"

Мне двадцать пять, и моя жизнь закончена.

Я запаян в этом стальном гробу с гордым названием «станция раннего обнаружения». Я один. Так что моя жизнь закончена и я покойник. Попробуйте опровергнуть это чисто логическое построение. Мне не с кем поговорить, мне некого любить, у меня почти не осталось желаний. Кроме одного. Хочу вернуться.

Казалось бы, заурядный астероид, булыжник в сотню метров диаметром. Какая же ассоциативная цепочка довела от него до параллелей с кладбищем.

Наверное, навеяно тишиной, напоминающей кладбищенскую. Протокол предполагает, что после первичного оповещения на станции должна соблюдаться тишина, чтобы не мешать мне думать. И я начинаю думать, очень сильно и не всегда по делу. Музыка заставляла меня отвлечься, выключить ненужные мозги и не доводить себя до харакири тупым закругленным ножом из камбуза. Но музыку вырубило сразу после сигнала тревоги. Протокол.

Итак, мы имеем еще одного представителя космического сброда. Было бы, о чем беспокоиться.

Компьютер лениво перелопачивает список, не торопясь с результатами. Даже я быстрее него, но Билл у нас неторопливый. В открытом пространстве, когда расстояния измеряются днями полета, лишние минуты погоды не делают.

Я начал говорить вслух, предвосхищая апокалипсические предсказания Билла:

– Физический удар, точное попадание в планету вызовет глобальный катаклизм и смерть всего живого. – Это я так, для затравки.

– Не подтверждено, траектория объекта уходит в сторону от солнечной системы. – Возразил Билл.

– Объект имеет замаскированные двигатели, и, после прохождения внешней сферы наблюдения, сменит маршрут.

– Включено в список. – Подтвердил Билл. – Плюс один балл.

Это у нас с ним такая игра. Если в прикладном варианте списка уже есть угаданная мной угроза, то он мне начисляет один балл. Если я угадаю угрозу раньше, чем ее просчитает и выберет компьютер, то он мне выдает сразу десять. Ну всякую ерунду он отбрасывает, еще и насмехается, цифровик железный, но, таким образом, счет всегда положительный, если только я не сплю.

Мой текущий рекорд 173 балла, но играем мы только три года, и я надеюсь еще не раз поднять планку повыше за оставшиеся семь.

Меня и станцию послали сюда в двадцать два. Я был добровольцем, чего не могу сказать о станции. Она все же поумнее меня, даже если взять только Билла.

Теперь-то я понимаю, что надо быть полоумным, таким, каким был я в свои двадцать два на Земле, чтобы на такое подписаться. Мне пары месяцев здесь хватило, чтобы это понять. Остальные годы я только проверял это предположение.

Так что станцию, скорее всего, отправили силой. Билл плохо понимает юмор, а так бы я его спросил, чтобы в этом убедиться.

Земля перенаселена и скучена, ага. Ну что же, здесь этих проблем мне точно не светит. Еще семь лет, один месяц и три дня.

– Астероид – лишь камуфляж для корабля врагов. – Пока что я шел по базовому сценарию, и не мечтая о джек-поте. – Вооруженный корабль скрывается внутри, и атакует наши планетарные флотилии при приближении к системе.

– Банально, – скучным голосом произнес Билл, – но плюс один. И это не астероид, по моему мнению.

Чтобы вы понимали, у нас любой пришелец – враг. Так сразу стало после того, как нас накрыло волной контактов. После чего на Земле изменили определение разумной жизни. Теперь к разумным у нас относят только миролюбивых. А всех остальных – к псевдо-разумным. Спросить меня, так себя мы тоже к разумным ну никак не причислим, разве что после того, как нам отпустят грехи последней пары тысячелетий.

– Булыжник набит капсулами со спорами чужой жизни. – Билл не любил, когда я называл эти камни астероидами. Он у меня консервативного воспитания, и для него булыжник имеет право называться астероидом, если только принадлежит Солнечной системе. А я не люблю, когда он говорит «небесное светило» (где вы тут видите небо?!). Так что мы стараемся называть их как-то еще, когда не забываем. – Достигнув Земли, они поглотят туземную жизнь и подготовят планету для прибытия чужой расы. Или споры и есть чужая раса, что не меняет процесса.

– Плюс один. – Биллу было скучно. Но я еще только разогревался.

– Астероид является отвлекающим маневром, призванным загрузить ресурсы станции, а невидимые пришельцы тем временем крадутся мимо нас. – Может и не пройти, я бы не дал за такое ни балла.

– Плюс один. Базовый класс «отвлекающие маневры» общего списка. Больше за этот класс баллов не будет.

Все пришельцы, что добирались до Земли, старались нас уничтожить. Некоторые даже не умели говорить, не умели думать, не были даже «псевдо»-разумными, хотя имели средства перемещения между звездами. Солнечную систему накрыло сотню лет назад. То ли мы попали в какой-то список спамеров, то ли время пришло, но за десяток лет нас поглотила волна уничтожителей. Три раза человечество оказывалось на грани гибели.

Потом – появилась программа сферы наружного наблюдения. Сначала сто станций, потом тысяча – прямо на окраинах солнечной системы. И вот теперь я болтаюсь здесь, занимаясь собачьей работой, недалеко от собачьей звезды, чуть ли не в десятке парсеков от солнца. Собачья жизнь, в общем.

И при этом собаку мне с собой взять не дали. Таких как я, сказали они, еще почти миллион. Чтобы забросить меня сюда, мои шестьдесят с лишним кило, да пару десятков тонн всего того, что позволит мне здесь продержаться десять лет, человечество отказывает себе в последних крошках.