Шрифт:
Людмила Богданова
Справка, что я псих
– Получил!
– Юлька ворвался в комнату общежития, потрясая желтой бумажкой стандартных размеров и буквально захлебываясь от счастья. Был Юлька низкий и худой, но голос звучал ого-го, как у известного оперного баса с неросской фамилией.
– Получил!!
Студенты бросили все и столпились вокруг.
– Отойдите, отойдите!
– голосил староста группы Камышкин.
– Дышать не видно.
Ага, разбежался. Всем хотелось пощупать счастливчика, почти именинника. Не каждому на курсе удавалось получить справку, что он является государственным психом. Можно сказать, за последние десять лет никто не добивался подобной чести. А вот Юлька добился. На него смотрели сверху вниз, но с уважением.
– Ну и? Ну и?
– частила и подскакивала пухленькая Оля Рабинович.
– Одно противоэтичное деяние без нанесения материального и физического ущерба, - сообщил Юлька с гордостью.
– Пф-фе, - скривилась признанная красавица факультета Верочка, презрительно, как сериал-дива, тряхнув прической. С волос полетели искры, и кое-кто, забыв, что это писк моды, шарахнулся.
– Посадник добился от вече во избежание, - Камышкин внушительно поднял перст.
– А что? А что ты сделаешь?
– заволновался народ.
Юлька разгладил справку, почти лиловую снизу от количества печатей.
– А давай, - разволновалась Олечка, - а давай прилюдно разорви и растопчи парсуну посадника.
– Пф-фе, - изрекла красавица Верочка.
– Банально. Было уже. И никакого удовольствия.
– А давай...
– Голым по городку пройти? Холодно, простудиться можно.
Все посмотрели на Юльку: да, простуды он мог не вынести.
– А давай голосовать всех в партию защиты прав домовых.
– Вот они тебе тогда и организуют...
– мрачно предрек сутулый студент по прозвищу Макар.
– А еще можно плюнуть на лысину ректору.
Юлька вздохнул. Он подумал, что буча уляжется, и тогда он украдет на клумбе перед общежитием розы. Просто так, не по справке. И объяснится наконец в любви Верочке. Он псих, ему можно.