Чтение онлайн

Подозреваю, что с этим занятным субъектом мы никогда не подружимся. Не будем помогать друг другу до гробовой доски и прикрывать спины перед лицом смертельной опасности.

– Да? Гастон, все-таки что там насчет демонов, охраняющих клады? – Виртольд был серьезен.

– Не моя специализация, – проворчал волшебник. – Вам нужен другой.

– А если ты постараешься? – спросил барон.

– Не знаю.

– Подумай на эту тему. Нам потребуется много всяких уловок, чтобы добраться до золота.

Никто в этом не сомневался. Мне лишь не нравилась перспектива, при которой на меня возложат основную, и самую тяжелую, часть работы. Словно добыть эту проклятую карту вообще нечего делать. Мы с Шиолой, между прочим, неслабо рискуем.

Я не заметил, как расправился со своей порцией, и рыгнул, ничуть не щадя благородных чувств собравшихся. Шиола рыгнула эхом и захихикала. Мы такие, спригганы. Шутники и провокаторы.

Чтобы подумать о том о сем, Виртольд валандался у окна, занимаясь любимым делом – крутил свои кавалерийские усы.

Я вылез из-за стола и сказал, что мне надо облегчиться. Барон не отреагировал, тогда я спросил дорогу у чародея. Гастон зарычал. Из его рычания стало ясно, что идти надо в северо-восточном направлении.

В общем, я пошел, углубляясь в таинственные лабиринты замка Найклер.

Насчет естественных надобностей я не соврал, просто заодно хотел проверить, где Руфио и чем он занят. Вопрос только в том, как это сделать. Я не могу потратить на поиски крыса несколько часов, не могу ходить и орать повсюду, словно фамильный призрак: «О, где же ты, брат?» Не могу. Оставалось надеяться на спригганскую удачу. В таком деле она помощник, конечно, скверный, но другого не предвиделось.

Я двигался бесшумно и время от времени звал Руфио – шепотом, разумеется. Если он поблизости, авось и услышит.

Нет, никаких намеков на хвостатого лазутчика.

Дважды я заблудился в темных безлюдных коридорах, потом вспомнил, что чародей говорил про лестницу. Пришлось вернуться туда, где донжон соединялся с еще одним строением. Копаясь в памяти в поисках подробностей, я остановился и услышал, что кто-то идет за мной следом. Вот так новость! Причем этот «кто-то» явно не имел опыта по части скрытого наблюдения.

Крыса я звать, конечно, прекратил. Требовалось срочно куда-нибудь спрятаться, но поблизости не было ни одной удобной для этой цели ниши. Поэтому я продолжил путь к туалету и вскоре нашел его, как раз на северо-востоке от лаборатории чародея. К тому времени мой преследователь куда-то исчез. Коридоры замка были пустынными и зловещими. Моя спина немедленно покрылась мурашками, это уж в обязательном порядке.

Стоило подумать, что преследователь – если, конечно, это не просто слуга, шествующий куда-то по своим невинным делам, – притаился в засаде, но я не подумал. Набив свое брюхо хорошей едой, я потерял большую часть соображения и реакции. Логично, что все кончилось тем, чем кончилось. Вместо того чтобы держать ушки на макушке, Локи считал ворон.

Он выскочил из ниши в стене. Вот же! Мне не повезло найти такую, а ему удалось. С другой стороны, я же не знаю всех здешних секретов.

– Попался, гаденыш! Теперь попался!

Ближайший источник света располагался от нас на расстоянии трех метров. Хотя и не во всех подробностях, но я видел пучеглазую и покрасневшую морду моего старого знакомого.

Я попался. Барон Заморис держал меня своей рукой за горло, и, надо сказать, рука эта была твердой. Он приложил усилия к тому, чтобы я приподнялся на цыпочки, снижая мои шансы вырваться.

От Замориса пахло вином, он надулся им так, что считал возможным наплевать, что я работаю на благо его распрекрасной фронды.

И как это я не почувствовал перегара в коридоре? Неужто старею? Быть не может!

Я улыбнулся ему, как старому приятелю, вкладывая в свою гримасу максимум дружелюбия. Больше гуда просто не влезло бы. Никакой реакции, Заморис все так же скалится и таращит зенки.

Словно все повторяется. Вчера ночью мы встречались примерно в таких же обстоятельствах.

– Теперь-то я с тобой разберусь, – сказал барон. – Будь уверен, я не прощаю нанесенных обид. Я мог бы вызвать тебя на дуэль, но это слишком много чести для тебя, вонючий эльф!

Он сжимал пальцы, пытаясь перекрыть мне доступ воздуха. Я его недооценивал. Заморис не только мог носиться со скоростью, которая не вязалась с его комплекцией, но и обладал большой силой.

– Я совсем не понимаю, о чем вы говорите, господин барон, – просипел я.

Он сжал пальцы. Клянусь, на моей шее останутся синяки, и в заключении о смерти, если его кто-нибудь когда-нибудь напишет, будет значиться асфиксия.

Но, кажется, Заморису было на это начхать.

– Как это ты не понимаешь? Слюнявый пес! Понимаешь!

– Блууу… уммуу… гху… гуу… Вот так я умею иногда.

– Чего? – скривился аристократический мститель.

Я повторил свое таинственное заклинание. Хоть в черепушке истребителя спригганов было вина больше, чем мозговых клеточек, он сообразил, что мне трудно говорить и дышать.

Трюк сработал, ай какой я молодец! Барон ослабил пальцы и опустил руку, чтобы я мог стоять на своих ногах целиком и изрекать драгоценные перлы. А еще он вынул из ножен здоровенный кинжал, острие которого, не мешкая, поместил напротив моего сердца.

Плохо.

Плохо.

Плохо.

– Я сказал, что здесь какая-то ошибка. Ни о каких обидах в ваш адрес я слыхом не слыхивал. Почему со мной надо разбираться?

Той ночью он видел только мои глаза, но ведь их трудно спутать с другими. Вот ахиллесова пята лучшего взломщика в Кавароне. Я замотан по макушку особой тканью, но, по большому счету, что толку?

Вывод: не надо было выпендриваться.

Тем не менее признаваться и сдаваться на милость победителя я не собирался. Будем держать оборону до последнего. Как минимум сейчас у меня есть надежное прикрытие в лице Виртольда. Мне бы только добежать до барона, а уж там я нажалуюсь по полной программе.