Чтение онлайн

Затем Радзянский высыпал на полированную поверхность тумбочки со стороны спящей девушки немного кокаина и разделил его на две дорожки. Оставшийся в пакетике наркотик ссыпал под язык блондинки, приоткрыв ей рот. Вот и готова причина, по которой ощутивший острую сердечную боль Грибанов не смог разбудить подругу. По той же причине она не сможет открыть дверь бригаде «Скорой помощи». Потом девушка может сколько угодно клясться всеми святыми, что не принимала наркотик, но анализ крови покажет обратное.

Лев вышел на площадку, с помощью изогнутой стальной проволоки водворил на место дверную цепочку и захлопнул дверь.

«Скорая» прибыла оперативно. Прячась в тени соседнего подъезда, Радзянский наблюдал за действиями врача, нажимавшего кнопки домофона. Наконец кто-то из жильцов элитной «коробки» впустил бригаду, но, как и предполагал Радзянский, дело закончилось приездом милицейского наряда, который и взломал дверь квартиры Грибанова.

Это была первая работа Радзянского в качестве наемного убийцы-одиночки, эпизод, почти стершийся из его памяти. Кто мог знать, что спустя годы он снова вспомнит о нем, пусть не как о ключевом, но первом в ряду десятка убийств, вроде бы не связанных между собой. И тем не менее имеющих тесную взаимосвязь.

Москва, июнь 1999 г.

Провожая незнакомца взглядом, Лев Платонович Радзянский подумал, что тот не сказал ничего и в то же время — слишком много. «Пятая спица в колесе» — такую оценку он дал высокому черноглазому парню в черных фирменных джинсах и майке.

Пройдя вдоль ряда аквариумов, Радзянский остановился возле среднего по размерам, на зеркальной поверхности которого отразилось его лицо восточного типа, с острым носом и чуть навыкате карими глазами.

Легально Лев Радзянский занимался не очень выгодным бизнесом: держал небольшой магазин «Природа», расположенный на улице Вавилова.

Мысленно Лев вернулся к началу разговора с незнакомцем, который без труда запомнил до последнего слова. Этот крепко сложенный парень появился в магазине, когда до перерыва на обед оставалось четверть часа, и, держа одну руку в кармане, медленно, делая непродолжительные остановки у каждого аквариума, прошел в конец зала к хозяину магазина.

Вот сейчас, вспоминая, Радзянский с уверенностью мог сказать, что начал черноволосый с домашней заготовки. Лев в это время отсаживал из аквариума самку-скалярию. Как ни странно, но он отметил, стоя спиной к человеку, чьего лица не мог видеть в тот момент, что слегка надтреснутый голос был чуждым всей атмосфере магазина, с его неповторимым запахом, своеобразным мирком, где жили своей жизнью тысячи безобидных тварей. Радзянский и сейчас не мог отделаться от этого чувства.

— Знаете анекдот?.. Один спрашивает: «Ты почему не меняешь воду у рыбок?» А другой отвечает: «Они еще эту не выпили».

Лев обернулся и увидел улыбающегося молодого человека лет двадцати пяти, с массивным носом и тяжелой нижней частью лица. Несмотря на развязный тон, глаза посетителя оставались настороженными. По привычке Лев бросил взгляд на его руки, ибо именно они порой выдают человека, каким бы спокойным ни был голос и выражение лица.

Тот продолжал держать одну руку в кармане, а другая, зафиксировавшись большим пальцем на ремне брюк, была чрезмерно напряжена, костяшки пальцев чуть побелели.

Радзянский тяжело взглянул на лицо посетителя, убеждаясь, что тот боится его.

— Слышал такой анекдот, — спокойно произнес хозяин, делая шаг навстречу и наблюдая, как гость поспешно отступает в сторону. Вытирая на ходу руки, Лев бросил через плечо: — Еще не расскажете?

Ответа не последовало. Однако настойчивый парень шел следом.

— Мне кажется, я не впервые вижу вас в нашем магазине. Чем увлекаетесь: рыбками, птицами?

Гость отрицательно покачал головой, облизывая пересохшие губы.

Вот теперь Радзянский на сто процентов был уверен, что парень, старавшийся выглядеть спокойным, даже развязным, знает, кто он, Лев Радзянский, и чем, кроме содержания магазина, занимается. Точнее, занимался.

Тотчас пришло беспокойство: почему его не предупредили о визите хотя бы телефонным звонком? Затем беспокойство возросло: выходило, что произошла утечка информации и на него вышли без участия надежного и единственного партнера.

— Тоже нет? — продолжил опрос Лев Платонович после непродолжительной паузы. — Может, у нас с вами общие знакомые?

Он дал знать этому человеку, чтобы тот приступил к делу.

— Да, у нас с вами есть общий знакомый, — поспешно отозвался парень, озираясь на продавца, прошедшего мимо.

— Я так и знал, — сказал Лев, — осталось выяснить его фамилию.

— Фамилия?.. Не знаю... Его вот-вот понизят в должности.

Радзянский усмехнулся. «Понизить в должности» на жаргоне оперативников внешней разведки означало физическое устранение. А этот болван, видимо начитавшись специальной литературы, решил козырнуть или дать понять, что он не простой смертный.

— Не повезло ему, — голосом, в котором напрочь отсутствовало соболезнование, ответил Радзянский.

Он дотянулся рукой до стопки бумажных кульков для расфасовки сухого корма и набросал на одном несколько слов. Дав парню прочесть, скомкал бумагу и выразительно поглядел на дверь, давая понять, что разговор окончен.

"В четыре напротив ресторана «Багратион» — было написано на бумаге.

За посетителем закрылась дверь, а Лев продолжал анализировать ситуацию, рассеянно наблюдая, как в аквариуме, словно соревнуясь, плавают две желтоватые лягушки, отталкиваясь лапами от стекла и переворачиваясь. Одна лягушка выдохлась и застыла в центре аквариума, неподвижными глазами наблюдая за одержавшей верх соперницей.

Радзянский позвонил по телефону Борису Левину. Трубку никто не брал. Позвонил ему на сотовый — то же самое. Это был один из тех редких случаев, когда Льву не удалось дозвониться до партнера.

У Радзянского была хорошая память, он не стал записывать госномер машины, на которой приехал к месту встречи его недавний гость. «Дилетант, — усмехнулся Лев, — вместо того чтобы поставить свои „Жигули“ девятой модели подальше от ресторана, пристроил их в двух десятках метров от угла здания».