Чтение онлайн

Она бежала слишком долго и слишком быстро, и теперь перед ней чернела зияющая пустота. Таллула мысленно прошлась по годам и наконец нашла нужные слова.

— Он давил мне на психику. Я любила Джека, и наш брак был бы прекрасен. Но у нас не было детей. Можно было бы взять приемных. Но Джек твердил, что сущность мужчины состоит в производстве детей, предпочтительно мальчиков. Дети не появлялись, и он начал доводить меня злыми упреками за то, что я неполноценная женщина. Я предложила пройти обследование, но Джек отказался… Может, он и не хотел знать правду.

Уайет поцеловал ее в лоб, ласково покачивая. Таллула лежала рядом с ним, ей было очень покойно.

— Я любила его и потому безоговорочно взяла всю вину на себя. Джек говорил, что я бесплодна… И я стала думать так, как думал он: что бесплодную женщину нельзя любить…

Таллула попыталась улыбнуться, но ей это плохо удалось. У нее задрожали губы, она ощутила скользящие по щекам слезы. Смахнув их, Таллула снова попыталась выдавить храбрую улыбку.

— Глупо, правда? Прошло столько лет, а мне все еще больно. В конце концов я уже сама не хотела знать, могу ли я иметь детей. Потому что если это так — значит, Джек был прав… Я его не возбуждала. Он не хотел меня… И это постоянно возвращается ко мне, мучит меня.

Уайет мрачно высказался насчет того, что следовало бы сделать с ее бывшим мужем. Дрожащей рукой он вытер Таллуле щеки, привлекая ее к себе, целуя глаза, нос, губы.

— Ты женщина, Таллула Джейн, полная любви, — дрогнувшим голосом шептал он. — Только полный идиот не гордился бы тем, что ты заполняешь его жизнь.

Таллула попыталась разрядить обстановку:

— Все варвары так любят целоваться? Уайет пропустил ее вопрос мимо ушей: он был слишком занят. Когда Таллула наконец смогла свободно вздохнуть, она осознала, что вцепилась ему в волосы, не позволяя оторваться от своих губ.

— У нас ведь все получится, Уайет?

— Вне всякого сомнения, Таллула Джейн. Мы будем любить друг друга и рассеем все сомнения относительно того, способна ли ты пробуждать страсть, потому что, если в самое ближайшее время я не овладею тобой, я…

Таллула рассмеялась вслух, внезапно почувствовав себя молодой, беззаботной и привлекательной. Уайет дрожащими руками раздел ее. Он целовал каждый дюйм открываемого тела, превратив соски в две болезненные точки. Его рот, обрушившийся на них с ласками и поцелуями, нисколько не облегчил эту боль. Больше того, она разлилась по всему телу Таллулы. Избавление пришло только тогда, когда Уайет оказался на ней и между ними не осталось ни клочка ткани.

Он посмотрел на нее, улыбнувшись застенчиво и нежно. Таллула смахнула с его лба волосы, разглаживая морщины. Уайет осторожно надавил на нее всем своим телом, словно наконец вернулся домой с твердым намерением больше никогда не уходить.

— Поосторожнее, Таллула Джейн. Я уже в годах, и никто не знает, остаются ли в живых средневековые варвары после той любви, которая будет сейчас у нас с тобой.

— Иди ко мне, — прошептала она, обнимая его дрожащие плечи. — Я обо всем позабочусь, мистер Уайет Ремингтон.

На лице у Уайета было выражение бесконечного блаженства. Таллула, вспомнив, как он танцевал с Миракл, подумала, какой бы замечательный вышел из него отец. Она тихо спросила:

— Ты дрожишь. Тебе холодно?

— Нет, — прошептал он ей в шею. — Я стараюсь сосредоточиться.

— На чем? — улыбнулась Таллула.

— Разве не ты говорила, что я не способен одновременно разговаривать и сосредоточиваться на чем-то еще? — произнес он голосом, в котором страсть переливалась веселыми искорками. — Каждому истинному рыболову известно, насколько важно попасть точно в цель. На этом я и пытаюсь сосредоточиться.

— Я помогу, — пообещала Таллула.

— Благодарю, — только и успел вымолвить Уайет, и они отправились в жаркое, восхитительное путешествие, окончившееся ослепительной вспышкой где-то недалеко от солнца.

Не отпуская Таллулу, Уайет укутал ее и себя в одеяло, и они стали смотреть на проблескивающее сквозь листву заходящее солнце.

Вздохнув, Таллула устроилась поуютнее, уткнувшись носом в его волосатую грудь.

— У тебя здесь седые волоски, — заметила она.

— Я сильно состарился за последние несколько минут, — с долгим медленным вздохом удовлетворения объяснил Уайет.

Но Таллула думала только о том, что он сказал в момент наивысшего накала страсти, когда у нее из самой глубины души вырвался крик, а Уайет отдал ей всего себя…

«Я люблю тебя, Таллула… люблю…»

Таллула зажмурилась. Хотя прежде ей не приходилось сталкиваться с этим, она слышала, что в пылу страсти мужчина способен произнести такие слова, ничего при этом не имея в виду.

— Я люблю тебя, Таллула Джейн, — сонным голосом пробормотал Уайет. — Привыкай к этому, — он зевнул. — Я уже несколько недель не сплю по твоей милости.

Таллула широко раскрыла глаза, окруженная страхами, холодящими ее больше, чем надвигающаяся ночь в горах. Поднявшись, она начала одеваться.

Он, взглянув на нее, нахмурился.

— Ты что?

«Я люблю тебя, Таллула…»

Таллула уже не думала о любви, о боли, которую она может принести, разрывая душу… Прыгая на одной ноге, она стала обуваться, чувствуя, что в кроссовки набились камешки.

Она перепутала правую кроссовку с левой и натянула футболку задом наперед.

— Ложись-ка ты опять в нашу постель, приказал Уайет тоном мужа, повторяющего это своей жене каждый вечер.

— Ты забыл, сколько нам лет? — напомнила Таллула, тщетно пытаясь запихнуть трусики и лифчик в карман шорт.

Уайет провел рукой по волосам, и Таллула вспыхнула, увидев, что он снова возбужден.

— Прикройся, — дрожащим голосом выдавила она.

«Я люблю тебя…»