Чтение онлайн

Больше того, ее стыдили за этот интерес… а теперь жадный, страстный взгляд Уайета подбадривал ее.

Таллула разгладила волосы у него на груди, задержав ладонь, чтобы ощутить его сердцебиение.

— Милая, нам принадлежит все время в мире, — прошептал Уайет.

Таллуле захотелось стать частью его. Слиться с ним воедино, вкусить это изумительное чувство — быть щедро любимой…

Уайет рывком притянул ее к себе, но Таллула оказалась не готова к волне страсти, захлестнувшей их обоих.

Кровать рухнула на пол, и Таллула распласталась поверх Уайета, не в силах оторваться от него. Он застонал, и Таллула услышала вторгшийся в мир торжествующей страсти знакомый звук…

— Звонят в дверь… — прошептала Таллула, прижимаясь губами к теплому уху Уайета.

— Звонят в дверь? Нет, не то, — сдавленно проговорил Уайет. — Скоро нам зазвонят колокола…

Таллула приподняла голову, прислушиваясь. Уайет недовольно застонал, скорчив гримасу.

Он продолжал лежать на рухнувшей кровати, пытаясь прикрыться одеялом, а Таллула, вскочив, вытянула из-под матраса свой халат.

— Пусть звонят, — мрачно буркнул он. Таллула, взглянув на него, вспыхнула. Она виновата в том, что до мозга костей, до самой глубины души проникнута желанием отдаться ему… Ее застали на месте преступления. Запахнув халат, Таллула поспешила к входной двери. Взглянув на часы над камином, она с удивлением обнаружила, что нет и десяти вечера.

Кошмар. Целый час она провела с Уайетом, а будто одна минута прошла. Эта мысль оглушила ее. Джек был не прав. Люди наслаждаются ласками и любовными играми, им приятно слушать бьющиеся в унисон сердца, чувствовать единение тел и душ. Съежившись, Таллула взялась за дверную ручку, чувствуя, как подгибаются колени.

Она осторожно приоткрыла дверь.

— Кто это?

На пороге стояли четыре высокие женщины, в свете фонаря над крыльцом на их кепках сверкали блесны. Они были в цветных туристских рубашках и джинсах. На каждой поношенной кепке переливалась красками черно-красная «Таллула».

— Вы, должно быть, Таллула, — решительно заявила одна из женщин, и все они разом улыбнулись. — Вы выглядите абсолютно так же, как и творение Уайета. Такая заманчивая и соблазнительная… Сестренки, она ведь очень мила, правда?

Таллула кашлянула.

— Ммм… вы знакомы с Уайетом? Они схвачены с поличным: доказательство — на рухнувшей кровати с таким выражением лица, словно готово придушить вновь прибывших.

— Это наш дорогой братишка. Порыбачив в вашем великолепном ручье, мы заглянули на стоянку, где находится его домик. Мы все с уловом, — по-южному мягко протянула старшая из женщин, волосы которой уже тронула седина.

Она заглянула через плечо Таллулы.

— Наш братик случайно не здесь? — И тут же ее глаза радостно зажглись. — Ну да, вот он, наш милый, дорогой братишка!

— Привет, Перл, — сказал Уайет, кладя руку на талию Таллуле и ласково проводя ладонью по ткани халата. — Привет, Руби Мей… Джейд… Дора Белль.

Сестры внимательно осмотрели его обнаженный торс, расстегнутые на поясе джинсы и босые ноги. Четыре пары проницательных глаз, так похожих на глаза Уайета, медленно прошлись по нему взглядом. Только слепой не понял бы, что здесь происходило минуту назад.

— Вы приехали на день раньше, и в настоящий момент не к стати, — отрезал Уайет, собираясь закрыть дверь.

Таллула, не обращая внимания на его сопротивление и мрачное выражение лица, не позволила ему этого.

— Рада познакомиться с вами, — сказала она, приглашая женщин в дом.

— Вы позволите нам почистить свой улов на крыльце у черного хода? — вежливо осведомилась Руби Мей.

— Нет, черт побери, — угрюмо буркнул Уайет. — У вас что, нет мужей, детей, внуков, требующих вашей заботы? В тридцати милях от города у дороги есть гостиница. Селитесь там. Потом можете испечь пирог со сладким картофелем и отправить мне по почте.

Но смутить сестер было не так-то просто. Они обнимали Уайета, целовали его, трепали по щеке. Уайет стойко переносил все это. Таллула улыбалась.

— Вы останетесь у меня. В доме четыре спальни.

— Уайет-Себастьян, малыш, с каких это пор ты стал пользоваться туалетной водой с ароматом сирени? — нежно спросила Перл. — Новая мужская мода?

Таллула сжала губы, сдерживая улыбку.

— Малыш Уайет-Себастьян?

— Таллула… — угрожающе начал было Уайет.

— Шевелись, Уайет. Отведи женщин к черному ходу, чтобы они смогли почистить свой улов, — сказала она, с улыбкой глядя на взбешенное выражение его лица.

— Рыба в багажнике, малыш, — сказала Дора Белль. — Ты не принесешь ее?

— Он такой хороший мальчик. Всегда был нашей опорой, — добавила Руби Мей, провожая взглядом направившегося к машине Уайета.

— До тех пор, пока эта мегера не вывернула его наизнанку, сбежав с девочкой, чтобы потом таскаться по всему свету, — добавила Дора Белль.

Руби Мей беспокойно взглянула на Таллулу.

— Вам известно, как Уайет искал свою дочь? Ой, сестрички, а вдруг мы поступили очень плохо, свалившись на голову нашему братику и выболтав его тайны…

— Мне все известно о Фоллен, — тихо проговорила Таллула. — Но, кроме меня, больше никому. Время еще не пришло.

— Эта волчица отняла ее… — мрачно начала Дора Белль, и Таллула почувствовала, какая могучая ярость может подняться из самых глубин этих любящих сердец. Особенно если плохо поступают с членом их семьи.