Чтение онлайн

1) О совмещении обязанностей Генерального секретаря ЦК партии и Председателя Президиума ВС СССР (письмо Н.П. Солдатёнок).

Такой шаг был осуществлён Л.И. Брежневым в 1977 году.

2) Об освобождении И.В. Сталина от чрезмерной нагрузки (анонимное письмо).

После XIX съезда КПСС (октябрь 1952 года) на Пленуме вновь избранного Центрального Комитета сам Иосиф Виссарионович просил освободить его от должности Генерального секретаря ЦК, чтобы сосредоточить свои усилия исключительно на посту Председателя Совета Министров СССР.

3) О возможности пагубного для страны искривления партийной и государственной политики после смерти И.В. Сталина (письмо П. Левченко).

Автор письма как в воду смотрел. Всё произошло так, как предполагал(а) П. Левченко. XX и XXII съезды КПСС стали в полном смысле съездами «подлецов» и «обиженных». Военные тоже «слезу пустили»…

Если бы вопросы, поставленные в письме П. Левченко, были своевременно продуманы и поставлены в повестку дня ВАЖНЕЙШИХ ГОСУДАРСТВЕННЫХ МЕРОПРИЯТИЙ, судьба Советского Союза была бы совершенно иной.

Полагаем, что письма советских людей, адресуемые самым высоким руководителям партии и государства, даже если они в известной мере и содержали хвалу И.В. Сталину, нельзя считать пропагандой культа личности. Такие письма являлись, прежде всего, свидетельством большого авторитета И.В. Сталина, ибо народы Советского Союза видели в нём человека, который выступает всегда в защиту СССР от происков врагов. Народы Советского Союза видели в Сталине стойкого борца за социализм и знаменосца мира во всём мире.

Критерием того, насколько высок был авторитет И.В. Сталина в народе, может служить мнение народного депутата СССР Юрия Власова. В своей книге «Временщики» (М., 2005), касаясь траурных дней, связанных со смертью И.В. Сталина, он говорит, что если бы тогда кто-то посмел хулить умершего вождя, то для наведения порядка не потребовались бы ни милиция, ни КГБ. Порядок навёл бы сам народ.

Приведённые выше шесть писем «от народа» развенчивают ещё один хрущёвский миф: «Культ личности приобрёл такие чудовищные размеры главным образом потому, что сам Сталин всячески поощрял и поддерживал возвеличивание его персоны>>.

Итак, народ предлагает:

Как говорится, «само в руки идёт, просто грех — не взять», тем более что народ просит. Но Сталин, очевидно, в порядке «поощрения возвеличивания собственной персоны», не слышит голоса народа. Ему дают, а он не берёт! Объяснить такое можно только с помощью Хрущёва: «Сталин оторвался от жизни и полностью утратил связь с народом».

Ещё один хрущёвский пример «самовосхваления» Сталина. Оказывается тот, опять же в целях поощрения своего культа, придумал фразу «Сталин — это Ленин сегодня», а затем внёс её в свою «Краткую биографию» (Политиздат, 1949 год). Никита Сергеевич негодует: «Глядите, как низко пал вождь!»

Но эти слова были сказаны ещё в 1935 году. И принадлежат они французскому писателю Анри Барбюсу. [65]

А вторым человеком, кто воспользовался «крылатой фразой», стал Анастас Иванович Микоян. Достаём с полки подшивку газеты «Правда» и находим в номере от 21 декабря 1939 года статью «Сталин — это Ленин сегодня». Кто автор? Анастас Микоян!

В 1956 году ни Анри Барбюса, ни Иосифа Сталина в живых уже не было. Но Анастас Микоян был цел и невредим. Мало того, он сидел в президиуме XX съезда и одобрительно кивал головой, когда Хрущёв «всех собак», в том числе и «микояновских», вешал на Сталина. Вот тогда взять бы Микояна «за ушко, да на солнышко»: «Что же Вы, Анастас Иванович, дурили головы советским людям насчёт «сегодняшнего Ленина?»» Нет, ворон ворону глаз не выклюет.

Ещё один хрущёвский тезис:

«Ленинское ядро Центрального Комитета сразу же после смерти Сталина стало на путь решительной борьбы с культом личности и его тяжелыми последствиями.

Может возникнуть вопрос: почему же эти люди не выступили открыто против Сталина и не отстранили его от руководства? В сложившихся условиях этого нельзя было сделать…

Всякое выступление против него в этих условиях било бы не понято народом, и дело здесь вовсе не в недостатке личного мужества. Ясно, что каждый, кто бы выступил в этой обстановке против Сталина, не получил бы поддержки в народе. Более того, подобное выступление было бы расценено в тех условиях, как выступление против дела строительства социализма, как крайне опасный в обстановке капиталистического окружения подрыв единства партии и всего государства» . [66]

Просто какая-то «нищета философии». Чтобы люди поняли и поддержали руководителя (допустим, Хрущёва), необходимо, чтобы тот был принципиальным. Вот Троцкий в оценке Сталина хвостом не вилял. Лев Давидович по отношению к Сталину всегда был последователен, всегда выдерживал «принцип». Можно утверждать, что у Троцкого личное мужество имелось.

Представим себе такую картину. Допустим, на партийном съезде Хрущёв, Микоян и им подобная публика пляшут перед Генеральным секретарём вприсядку и декламируют: «Сталин был душой нашей политики!» А после съезда приезжают в низовые организации и внушают рядовым коммунистам: «Наш вождь — с гнильцой. Надо его переизбрать». Кто поймёт, кто поддержит таких оборотней и двурушников?

Коммунист должен всегда твёрдо отстаивать правду, потому что правда всегда совпадает с интересами народа.

«Герои» XX и XXII съездов такого принципа не придерживались. Они погрязли в многолетней лжи, они преуспели в многолетних политических интригах. Давно известно: «Единожды солгавши, кто тебе поверит?»

Закрытый доклад Хрущёва на XX съезде и последовавшее за ним постановление ЦК КПСС «О преодолении культа личности и его последствий» — это вовсе не правдивое слово честных людей.