Чтение онлайн

В это время к воротам подошло двое парней. Обыкновенные парни, ничего особенного. Один высокий, другой пониже. Они сняли шляпы, и невысокий заговорил:

— Не найдется ли у вас работенки?

Келли хотел уже ответить — нет, но подумал: теперь эти облачка совсем молочно-белые, совсем готовые, как сталь, прямо хоть выливай их в слитки и нечаянно сказал:

— Найдется. Только плата небольшая, — поспешно добавил он, — а работы много.

— Я не из тех бездельников, которые предпочитают наоборот, — сказал невысокий. — Сказано — в поте лица зарабатывай хлеб свой.

Келли посмотрел на него внимательней:

— Моя жена любит религиозных людей, — сказал он. — Я предпочитаю просто веселых и дельных. Впрочем, вы можете приступить к работе. Как вас зовут?

Тут тот, что повыше, открыл рот, но ничего не сказал и потер себе бок, а другой выступил вперед и заговорил.

— А зовут нас Джон и Генри, сэр. А как прозвище моего папаши и кличка моей кошки и имею ли я право на графскую корону — это ведь к делу не относится.

— Не относится, — засмеялся Келли, вытер переносицу и сложил полотенце.

«Какие все-таки странные парни», подумал он в то же время.

Мастерская Келли была какая-то совсем необыкновенная. У людей, впервые вошедших сюда, без сомнения возникала мысль, что это вовсе и не мастерская, что это просто так, для отвода глаз, что мастерская где-то там позади, а может быть и за десять километров отсюда. Ни привычного шума и грохота, ни яркого пламени — ничего. В горнах стояли железные сосуды, и негры сквозь глиняные трубки вдували в них воздух. В сосудах энергично кипело и бурлило, из отверстия подымалось высокое голубовато-белое, а затем ярко-белое пламя. Негры что-то бросили внутрь. Пламя уменьшилось, окружилось каймой бурого дыма. И наконец один только бурый дым.

— Готово, — сказал Келли.

— Какая-то колдовская кухня, — прошептал невысокий.

— Да, они все говорят, что я колдун и сумасшедший. Мою мастерскую сколько раз хотели ломать.

— Я не понимаю, — сказал невысокий, — как же вы плавите без огня?

— В этом-то и дело, — заволновался Келли. — С огнем вы много не наплавите. То, что вашими старыми способами сделаешь в 4 дня, у меня готово в 20 минут.

— Я этого все равно не пойму, — вдруг как-то грубо и насмешливо сказал невысокий парень. — Мы люди простые. Можете и не объяснять. Нам ни к чему. Ну, чего тут делать?..

— Вилли! Вилли, поди сюда на минуту…

В дверях стояла женщина и махала рукой.

— Моя жена, — сказал Келли.

— Вилли, иди же сюда.

Он нехотя подошел, улыбающийся и очень веселый.

— Вилли, не смей им ничего объяснять. Вилли, я тебя очень прошу. Я тебя знаю. Ты сядешь вечером на крылечко и начнешь все выбалтывать. Ты помни, Вилли…

— Дорогая, не мешайся не в свое дело. Мне приятно хоть раз поболтать с веселыми парнями. Неужели ты этого не можешь понять? А лишнего я им ничего не скажу. Тем более, это простые парни. Они ничего не поймут.

Вечером на крылечке все трое закурили трубки (в комнатах курить не позволялось), слегка поговорили о негритянском вопросе, о преимуществах виргинского табака и совершенно незаметно перешли к изобретенному Келли способу.

— Вы понимаете разницу между чугуном и железом? — начал он объяснять. — Разница совсем простая. Просто в чугуне много углерода, а в железе мало, совсем почти нет. Вы понимаете: углерод — это такой элемент, ну например это графит, то, чем карандаши пишут, или вот в углях, это тоже углерод, но только с примесями, не чистый. Вот если из чугуна выжечь углерод, это и будет железо.

— Выжечь, — сказал высокий и засмеялся. — А огня-то у вас и нет.

— Ну и к чему огонь? — заволновался Келли. — Вы знаете, что такое горение? Это, когда углерод соединяется с кислородом. Кислород — это газ, он в воздухе. Значит, если я в жидкий чугун буду вдувать воздух, кислород воздуха соединится с углеродом чугуна, произойдет горение, углерод сгорит, и остается железо. Очень просто. Вы знаете, я это сам придумал. Я уже опыты потом делал для проверки, а заранее знал, что это правильно. Это так просто. Как никто раньше не додумался? Конечно чугун приходится расплавлять, иначе соединения не будет, но температура совсем низкая, чуть выше точки плавления. А как начнешь воздух вдувать, тут она и подымается. Если б у меня деньги были я бы все в большом масштабе построил, а то у меня дутье немного слабое. Можно в одном сосуде сварить в 20 минут 15 тонн. Здорово, а?

И он с восторгом хлопнул нового работника по колену. Тот брезгливо отодвинулся и спросил:

— А железо ничего — приличное?

— Чудеснейшая сталь. Я ее называю «пневматическая», значит воздушная. Очень хороша! Особенно для котельных листов. Вообще на все, где нужна крепость. У меня покупают Скреве и Стиль в Цинциннати. Может слышали. Сталь — высокая марка.

— Нет, в Цинциннати я не бывал. И вообще ничего не слышал.

— Вилли, проснись!

Келли подымает голову, глаза раскрыты, но ничего не видят.

— Скорей, скорей, — говорит он. — Этот нелепый Джон пустил пар вместо воздуха. Он заморозит литье…

— Вилли, проснись же, — говорит миссис Келли плачущим голосом. — Никакой плавки нет. Что ты бредишь по ночам вместо того чтобы спать, как все люди.

Келли садится.

— Не сердись, дорогая. Мне снилось, будто этот растяпа…

— Этот растяпа сбежал, понимаешь, — кричит миссис Келли. — Я пошла перед самым сном взглянуть везде ли заперто и вижу у них свет. Вот думаю, спят со светом, жгут хозяйские свечи, ни с чем не считаются, устроят пожар. Открываю дверь, чтобы сделать им внушение и, представь, — там пусто. Ни людей, ни вещей — один воздух и меблировка… Оденься по крайней мере, пока я рассказываю. Время терять нечего.

— Что ж я могу сделать, если они ушли?

— Что ты можешь сделать? Вон твой башмак, вон, возле комода. Не копайся ты так. Ты понимаешь, они не дождались жалования и сбежали. Значит, они унесли кой-что поважнее денег. Они унесли твое открытие. И нужно бежать догнать их, наказать их, растерзать их…

— Я же не знаю, где их искать. И чего ты злишься, все равно сейчас уже поздно.

— Вот шарф, закутайся. Ничего не поздно, собаки их найдут и догонят. Пусти собак по следу. Беги.