Чтение онлайн

Кроме того, в том же 1934 году «Антиквариату» удалось заключить последние сделки в Германии. Национальный музей в Нюрнберге приобрел холст Платцера «Концерт», а кельнский «Вальраф-Рихардc музей» – «Портрет Ханса Шеленберга» кисти Бургмайера. Еще кое-какие картины малоизвестных художников «Антиквариат» довольно долго распродавал в различных странах Европы, так как стоимость их возвращения в Ленинград оказалась значительно больше себестоимости.

Но самую большую сенсацию породила продажа Советским Союзом в канун 1934 года Британскому музею за 100 тысяч фунтов стерлингов (миллион золотых рублей) знаменитого «Синайского кодекса» – самого древнего на то время полного списка Нового Завета. Эта рукопись была создана на греческом языке в IV веке нашей эры, найдена немецким исследователем Константином Тишендорфом на Ближнем Востоке, приобретена им за счет пожертвований российского правительства и после научной публикации преподнесена в дар Александру II.

«Синайский кодекс» был продан по самой высокой цене, к тому времени уплаченной за отдельную рукопись. Эта сделка долгие десятилетия считалась величайшей книжной покупкой, хотя и породила она необычайно разноречивые суждения.

Так, сэр Кеньон, сыгравший ведущую роль в приобретении Британским музеем кодекса, заявил: «Эта коммерческая операция… еще раз доказала приверженность англоязычных наций к Библии» [179] .

Писатель же Олдос Хаксли, в те годы кумир читающей публики, к словам которого прислушивались многие, высказал прямо противоположное мнение. «Если вы, – писал он, – рассматриваете идолопоклонство как благо, тогда вы от всей души должны приветствовать приобретение кодекса. Я склонен рассматривать идолопоклонство как явное зло» [180] .

Американская газета «Нейшн» прокомментировала событие на свой лад: «Кремль, обменявший реликвию „опиума народа“ на пятьсот тысяч добрых христианских монет (долларов. – Ю. Ж.) – весьма приличную сумму, поможет индустриализации России» [181] .

Непродуманная, зачастую неумелая, даже бессмысленная, а потому и плачевная по своим результатам деятельность сначала самого Внешторга, а затем и «Антиквариата» имела страшные последствия. Советские музеи, преимущественно Эрмитаж, за шесть лет лишились огромного количества своих экспонатов. Правда, больше всего – до двадцати тысяч – было утрачено предметов, на которые обычно экскурсанты не обращают внимания, равнодушно пробегая мимо: произведений прикладного искусства, археологических находок, рисунков, гравюр, миниатюр, монет, медалей. Ведь по-настоящему интересны они немногим специалистам да редким любителям.

Среди утрат есть и иное, хорошо знакомое, понятное многим и любимое миллионами людей: живопись. Потому попытаемся разобраться в том, какой же ущерб понесли музеи, а вместе с ними и страна, именно на примере их картинных галерей.

По неполным подсчетам «Антиквариат» сумел получить для вывоза за рубеж и сбыта там 2 730 картин западноевропейских мастеров. Однако почти половина из них так и не была продана – в Советский Союз вернулось 1 280 полотен. Навсегда остались за границей. украсив там государственные музеи и частные собрания, 1 450 произведений живописи: портреты, жанровые картины, пейзажи, натюрморты. Чтобы даже предельно кратко описать их, потребуется каталог не в одну сотню страниц. И потому для понимания, оценки утрат возьмем только тех художников, чьи творения искусствоведы называли тогда и называют ныне шедеврами, и сопоставим, сколько их картин продано и сколько в Эрмитаже сохранилось.

БОТТИЧЕЛЛИ – продана одна, осталось две.

БОУТС – продана одна, не осталось ни одной.

ВАН ДЕЙК – продано семь, осталось тринадцать.

ВАН ЭЙК – продано три, не осталось ни одной.

ВЕЛАСКЕС – продана одна, осталось две.

ВЕРОНЕЗЕ – продана одна, осталось шесть.

ПЕРУДЖИНО – продана одна, осталась одна.

ПУССЕН – продана одна, осталось семь.

РАФАЭЛЬ – продано две, осталось две.

РЕМБРАНДТ – продано десять, осталось семь.

РУБЕНС – продано четыре, осталось шестьдесят три.

ТИЦИАН – продана одна, осталось две.

ТЬЕПОЛО – продана одна, осталось две.

Тридцать четыре бесспорных шедевра…

Именно их и лишился Эрмитаж: полностью утратил творения Дирка Боутса и Яна Ван Эйка, в значительной степени – Сандро Боттичелли, Диего Веласкеса, Пьетро ди Кристофоро Ваннуччи по прозвищу Перуджино, Рафаэля Санти, Тициана Веччелио ди Кодоре, Харменса Рембрандта Ван Рейна, Джованни Баттиста Тьеполо.

Потеря тяжелейшая, невосполнимая. И понесена она практически в итоге всего лишь двух продаж – Гульбенкяну и Меллону.

А что же страна получила взамен?

За все произведения искусства и реликвии старины, проданные в течение шести лет, включая и шедевры, Внешторг получил приблизительно 25 миллионов золотых рублей, или 12, 5 миллиона долларов – возможно, несколько больше. Но все-таки он не сумел выполнить свое опрометчиво данное обещание – принести в казну государства только за счет экспорта антиквариата 30 миллионов золотых рублей.

Так был ли какой-либо смысл в этих распродажах?

Если просто подсчитывать выручку, сравнивать доход от продаж музейных ценностей с прибылью, которую дал вывоз нефти и золота, леса и платины, хлеба и пушнины, то следует признать: безусловно, экспорт антиквариата никак не оправдал возлагавшихся на него надежд.

Но можно оценить сделанное Внешторгом и по-иному.

Да, картины старых мастеров, фарфор и бронза, мебель и гравюры, рисунки и монеты, медали дали Советскому Союзу чуть больше одного процента всего дохода от внешней торговли. Однако эта на первый взгляд ничтожная сумма получена была в самые трудные для страны годы. Тогда решалась судьба индустриализации. Слова Сталина: «Мы отстали от передовых стран на 50 – 100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут», – были произнесены в феврале 1931 года.

Через десять с половиной лет началась Великая Отечественная война. Германия напала на Советский Союз – и не в одиночку, как то было в 1939 и 1940 годах, когда вермахт за считанные недели сокрушил Польшу, Норвегию и Данию, Францию, Бельгию, Нидерланды и Люксембург, вынудил британские войска поспешно бежать с континента. 22 июня 1941 года на Советский Союз обрушилась мощь всей покоренной нацистами Европы. Армии Третьего рейха и Италии, Финляндии, Румынии, Словакии, Хорватии, «добровольческие» легионы Норвегии, Нидерландов, Бельгии, Франции, даже формально нейтральной Испании.

Гитлер и его генералы самоуверенно полагали: война будет молниеносной, как и в Европе. До начала зимы германские войска непременно выйдут на линию Архангельск – Астрахань, отторгнут, включив в состав Третьего рейха, Прибалтику и Белоруссию, Украину и Закавказье. А затем на советскую территорию вторгнутся японцы, захватив Дальний Восток, Забайкалье, Восточную Сибирь. И СССР будет раздавлен, уничтожен, прекратит существовать.

Гитлер и его генералы просчитались.

Красная армия устояла: остановила врага у стен Ленинграда и Москвы, разгромила в Сталинграде и на Курской дуге, изгнала со своей земли, из Восточной Европы, добила в Берлине. Над рейхстагом было водружено алое знамя.