Сталин
Шрифт:
Но Гитлер жестоко просчитался: после первого шока, Красная Армия, истекая кровью, стойко и отчаянно воевала за каждую пядь родной земли, а Гитлер получил истребительную войну, которая привела его к закономерному поражению.
Без самоотверженного, кровоточащего подвига 41-го не было бы победоносного 45-го. Падение Берлина было бы совершенно невозможно без героической обороны Брестской крепости (22 июня — 20 июля); без стойкой обороны советской военно-морской базы на полуострове Ханко (Гангут) (26 июня — 2 декабря);без самой длительной в истории человечества обороны Ленинграда (10 июля 1941 — 13 января 1944); а также — Киева (11 июля –19 сентября), Одессы (5 августа –16 октября), Таллина (7 — 28 августа). Без длившегося в течение недели с 23 по 29 июня танкового сражения в районе населённых пунктов Луцк, Броды, Ровно. Без проигранного кровопролитнейшего Смоленского сражения (10 июля –
10 сентября). Без успеха 30-го июля, когда войскам Северного фронта удалось остановить наступление финских войск на олонецком и петрозаводском направлениях. Без первого в истории Великой Отечественной войны поражения, которое нанесла Красная Армия немецко-фашистским войскам в сражениях в районе Ельни 30 августа — 6 сентября. Наконец, без беспримерной исторической битвы за Москву (30 сентября 1941 — 8 января 1942), в которой был развеян во всём мире миф о непобедимости гитлеровских орд. Без первых освободительных операций Великой Отечественной: освобождения городов Елец и Тихвин (9 декабря), Истра (11 декабря), Клин (15 декабря), Калинин (16 декабря), Волоколамск (20 декабря), Наро-Фоминск (26 декабря), Калуга (30 декабря). Без проведения Керченско-Феодосийской десантной операции Закавказского фронта и Черноморского флота (26 декабря 1941 — 2 января 1942).
Именно ценой тяжелейших потерь досталась нам победа над Гитлером в 1941-м, когда в ходе героического сопротивления немецким оккупантам был сорван нацистский план «Барбаросса», в котором на завоевание Советского Союза в результате «молниеносной войны» отводилось всего несколько недель.
Снимем шапки перед бессмертными подвигами Николая Гастелло, Александра Матросова, Саши Чекалина, Зои Космодемьянской, Олега Кошевого и других молодогвардейцев, десятков и сотен тысяч воспитанных в коммунистическом духе юношей и девушек, которые сознательно жертвовали своими жизнями во имя победы над ненавистным врагом. Это их заслуга, что план фюрера был сорван.
А. Зиновьев свидетельствует: «Во время войны большое число молодых людей моего поколения вступило в партию совершенно бескорыстно и убеждённо. Многие вступали в партию перед боем, чтобы погибнуть коммунистами. И большинство из них погибло. А сколько беспартийных шло в бой со словами «Если погибну, считайте меня коммунистом!» Бывали случаи, когда целые подразделения, в которых лишь единицы были членами партии, по команде политруков «Коммунисты, два шага вперёд!», — делали эти два шага в полном составе, шли добровольцами на верную гибель. И именно такие люди решали судьбу страны, а не трусы, шкурники, карьеристы и предатели». (Зиновьев А. Глумление. Правда. 9 мая 1995 г.).
Реакционная буржуазная историография пытается принизить планетарное значение бессмертного подвига, который был совершён богатырским советским народом в годы Великой Отечественной под руководством Всесоюзной Коммунистической партии большевиков, под водительством её Генерального Секретаря, Верховного Главнокомандующего, Иосифа Виссарионовича Сталина.
Так, в популярном учебнике истории Гленна Муна и Джона Макговэна, по которому учатся американские дети, учащихся подводят к гадковато-примитивному выводу: «Гитлер напал на Россию в 1941 году. Но суровая зима и американская помощь поленд-лизу (и всего-то? — Л.Б.) помогли русским прогнать немцев».
В этом же учебнике ставится знак равенства между коммунизмом и фашизмом, между Сталиным и Гитлером с Муссолини, и говорится, что объединяет этих лидеров ненависть к свободе, и неукротимое стремление покорить страны, которые-де олицетворяют её, а это так называемые «демократические» страны во главе, разумеется, с Соединёнными Штатами Америки и Великобританией, (державами, которые тем не менее, во время Второй мировой войны выступали почему-то всё-таки в одной связке с Советами, со Сталиным в составе антигитлеровской коалиции, а не vice versa — Л.Б.).
Что касается доморощенных реакционных историков, то они тоже нынче ведут разнузданную антисоветскую пропаганду, начало которой положил политический пигмей Никита Хрущёв в своей агрессивно-бездумной речи на ХХ съезде КПСС.
И это, как правило, люди, которые благодаря советскому строю, безбожно поносимому ими ныне, в своё время паразитируя на нём, бесплатно получили прекрасное образование, достигли высоких учёных степеней и званий, и всего, что сопутствовало этому социальному статусу — большие зарплаты, автомобили, дачи и прочие материальные блага, а в моральном плане — признание благодарного народа, всегда глубоко почитавшего авторитет учёного…
Попытки отобрать у нашего народа его славный подвиг в Великой Отечественной войне предпринимались неоднократно с тех пор, как, вместе с ликвидацией СССР, выстоявшего в жестокой схватке с фашистским зверем, было уничтожено и само понятие «советский народ».
Вспомним, что произнёс И.В. Сталин на приёме в Кремле в честь командующих войсками Красной Армии 24 мая 1945 года: «У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941–1942 годах, когда наша армия отступала, покидала родные нам сёла и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Иной народ мог бы сказать Правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство…» (Правда.1945.25 мая).
Вот так Сталин повинился перед советским народом! Но историк не может на этом основании вслед за Хрущёвым и K°. наносить всё новые и новые «кучи мусора» на его могилу. Профессиональный и добросовестный историк, не конъюнктурщик, просто не имеет права исследовать лишь начальный период войны, «моменты отчаянного положения в 1941–1942 годах».
Пора, наконец, заговорить в полный голос и о победах, а их было всё-таки значительно больше, чем поражений, и благодаря им, не фашистское знамя со свастикой взвилось над Кремлём, а советское молоткасто-серпастое красное знамя было водружено красноармейцами над рейхстагом, и не было в природе торжества по случаю поражения Советского Союза в Берлине, и не к ногам Гитлера бросали бойцы вермахта советские боевые знамёна, но был Парад Победы, нашей Победы, который24 июня 1945 года состоялся в Москве, на Красной площади, и штандарты поверженных гитлеровских дивизий советские воины-победители швыряли всё-таки к ногам своего Верховного Главнокомандующего, Генералиссимуса Советского Союза И.В. Сталина.
Первый серьёзный ответный удар Гитлер получил от Сталина под Москвой, а после Сталинграда у него началась сплошная полоса поражений, за которые его, между прочим, никто не упрекает. В то время, как Сталина, одержавшего победу, неблагодарные потомки смешали и продолжают смешивать с грязью.
Поставленная Сталиным задача с 1943 года осуществлять прорывы с наименьшими потерями и в высоких темпах требовала творческого поиска новых приёмов военного искусства, военной хитрости, способов обмана противника. Десять ударов Красной Армии 1944 года навсегда вошли в историю Великой Отечественной войны, как «десять сталинских ударов», может, ещё и потому, что, наученный горьким опытом труднейшего начала войны, когда «внезапность нападения» надолго выбила инициативу из его рук, Сталин высоко оценил «военную хитрость» именно как средство достижения внезапности, как важнейший фактор победы.