Сталкер
Шрифт:
– Полина, задержись, – говорит тренер, когда мы уже собираемся покинуть зал.
Моя принцесса бросает на меня короткий взгляд и подходит к ней. А я с превеликим удовольствием сваливаю. Если Эльвира будет поносить меня, в принципе, мне плевать. Я здесь свои собственные косяки исправляю и, как говорит Полина, делаю это довольно неплохо. Так что на мнение тренерши мне просто насрать.
Но, вопреки собственной логике, я прирастаю ногами к полу, едва выхожу в коридор. Дверь остаётся приоткрытой, и я прислушиваюсь к разговору.
– А он неплох, – говорит Эльвира. – Не танцор, конечно... Но как партнёр для поддержек – очень даже.
– Максим мне очень помогает! – с энтузиазмом тараторит Полина. – Максим и танцами в детстве занимался. Да и вообще талантливый парень.
– Да вижу я, вижу, – усмехается Эльвира. – Ты только не влюбись, не забеременей и не разрушь себе карьеру.
– Ну что Вы, Эльвира Эдуардовна! – смущённо шепчет Полина. – Максим просто мой временный партнёр.
– Ну хорошо, если так. Ладно, иди.
Полина вылетает из зала и напарывается на мой тяжёлый взгляд. Нет, на этот раз мы не будем ругаться. Сразу перейдём к той стадии, когда уже надо мириться.
Схватив её за майку, подтягиваю к себе.
– Ну ты хотя бы скажи, что я для тебя значу намного больше, чем просто временный партнёр, – шепчу напротив её губ.
– Это даже не требуется говорить, Максим, – хлопает она глазами. – Я... Я без ума от тебя!
– Вот и я в тебе пропал, – глажу её щёки. – Всё, не могу больше ждать.
Быстро накрываю её губы и целую, целую, целую...
Потом мы сбегаем в раздевалку и ещё долго не отлипаем друг от друга и там.
Ни с одной девчонкой у меня не было ничего подобного. Насытиться не могу. Не смотреть не могу. Не целовать не могу. Ничего без неё не могу.
Пока Полина принимает душ, я стою в соседней кабинке и горю. Горю от безумного желания сделать её своей ещё больше и безвозвратнее.
Сколько я так протяну?
– Эй, принцесса!
– Мм?
– Что ты хочешь на день рождения?
Сквозь журчание воды слышится её приглушённый ответ:
– Ничего не надо, Максим. Не трать деньги.
– И всё же! Я их всё равно потрачу, но хотелось бы с пользой.
Проходит не меньше минуты, когда Полина отвечает:
– Татуировку хочу.
Что?
Вот это совсем неожиданно...
До её дня рождения какая-то неделя. Почему бы не сделать тату прямо сейчас?
Я выключаю воду, быстро вытираюсь, обматываю бёдра полотенцем.
– Ну? Ты помылась? – встаю возле её душевой.
Вода вырубается. Через минуту Полина выходит тоже в полотенце, зафиксировав его над грудью. Мы открыто смотрим друг на друга. Её взгляд пробегает по моему торсу. Мой охватывает всё её тело. И мы в унисон подрагиваем от этого зрительного контакта, физически ощущая касание глаз.
Горячо-то как... В груди прям жжётся!
– Тату... – хрипло говорю я. – Ты определилась с местом?
– Ага, вот здесь, – прижимает ладонь к правой стороне живота. И если бы не полотенце, то я бы уже ослеп от зрелища, как она нежно гладит себя.
– И татуировку выбрала?
– Конечно, – кивает Полина.
– Тогда одевайся. Прямо сейчас и поедем в тату-салон.
– Но... Мой день рождения не сегодня, – её голос дрожит.
– А я авансом её тебе подарю. Если чего-то очень хочется, оттягивать нельзя. Собирайся, Поля.
Иду в раздевалку.
– Но мне же восемнадцати пока нет. Меня никто не возьмёт без согласия родителей, – всё ещё сомневается Полина.
– Мой отец, знаешь ли, никаких разрешений на мои татушки не подписывал. И мать тоже. Есть у меня одно место, где закроют глаза на этот закон. Ну так едешь или нет?
– Конечно, еду!
– И что это будет? – я уже плавлюсь от предвкушения.
– Силуэт балерины.
– Ммм...
– Что? Думаешь, я совсем не оригинальна? – фыркает она.
– Думаю, что тебе пойдёт любая татуировка.
Держась за руль одной рукой, второй глажу её колени. Полина время от времени накрывает мою руку обеими ладошками, словно желая меня притормозить. Но я не притормаживаю. Не могу уже просто.
В тату-салоне оказывается немноголюдно. Мастер Лёха свободен. Он делал татушки и мне.
Полина довольно претенциозно осматривает помещение и оборудование. Лёха подбирает ей эскиз. Балерина стоит на одной ноге, подняв руки вверх. Рисунок небольшой – сантиметров восемь. Примеряем трафарет на Полинином животе. Рядом с пупочком.
– Ну как? Бьём? – нетерпеливо говорит Леха.
– А обезболивающее будет? – прикусив губу, нервничает Поля.
– Ну давай намажем, – кривится мастер.
Он любит работать с парнями, сострадания в нём ноль.
Полина сидит с гелем на животе в ожидании, когда подействует заморозка. Я просто стою рядом и держу её за руку.
– Сам-то когда, Макс? – спрашивает Лёха.
– Когда придумаю, что ещё наколоть, – усмехаюсь.
Полина закатывает глаза.
– У тебя скоро живого места на теле не будет.
– Это ты ещё Дана плохо разглядела. Или Гроза.
Она морщит носик. Моих друзей она не любит. Но и с этим мы справимся потихоньку.
Лёха заводит свою машинку.
– Всё, начинаем.
Полина зажмуривается, но при этом широко улыбается. А потом шепчет:
– Это мой самый лучший день рождения, который ещё даже не наступил.