Чтение онлайн

— Нелл, это Сэм. Его убили. Если тебе будет легче — горел он уже мертвым. А это наш джип. И я не знаю, где Мел.

Нелл закрыла глаза и мешком повалилась на землю. Спасительное небытие накрыло ее и спрятало от ужаса, царящего на поляне.

Мел стояла на коленях и жадно пила воду из лужи. Пить было очень неудобно, потому что руки ей так и не развязали. Вода была мутная и грязная, но зато холодная и жидкая, а остальное Мел не интересовало.

Сколько они шли по лесу, она не знала. Возможно, часа два. Возможно, вторую неделю. Это не имело большого значения. Мел слышала все звуки, как сквозь вату, а лица бандитов казались ей расплывчатыми и нерезкими.

Страшнее всех была рыжая девица с помповым ружьем. Это поняла даже Мел, в ее нынешнем состоянии. Если Мел и суждено умереть, так только от ее рук.

Девушка была наркоманкой — это Мел тоже поняла почти мгновенно, лишь бросив взгляд на булавочные зрачки и неестественную бледность рыжей. Вообще Мел многое подмечала и понимала, только вот реагировать и оценивать пока не могла. Не было сил. И все еще стоял перед глазами Сэм, и алая лента крови, сменяющаяся почти черной, густой.

Мел неожиданно затошнило, и она торопливо задышала носом. Если тошнит, это ничего, это значит, шок отходит. Она жива, ее все еще тащат за собой, не убивают, значит, есть шанс.

Какой шанс и на что, она понятия не имела, но способность соображать явно возвращалась, и она надеялась найти выход из своего непростого положения.

Вместе с разумом нахлынул страх. Нет, не страх — ужас, животный, холодный и липкий, от которого забурчало в животе и подкосились коленки. Тащивший ее на веревке бандит по-своему расценил состояние пленницы.

— Эй, Дью, давай перекурим и пожрем. Эта дохлятина сейчас откинет копыта.

— А ты что, гринпис?

— Да мне она вообще в хрен не уперлась, это ты хотел заложника. Вот твоя заложница сейчас и сдохнет.

— Ладно. Мэг, детка, привал.

— Иди к черту. Надо идти.

— Мэг, солнышко, нам надо отдохнуть. Ты что-то сердитая.

— Придурок! Дай порошка, а?

— Нет, малышка, веселиться будем ночью, а сейчас надо поберечь силы.

— Я сама сейчас сдохну, понял?

— Ты умница, куколка. Ты пойдешь, как зайчик, а вечером я отсыплю тебе две дозы сразу. Мы повеселимся, верно, парни?

— Я не собираюсь давать всем подряд. Я сама выберу.

— Конечно. А кому не повезет — займутся с дохлятиной. Только помоем ее немного, хоть вон в той луже.

Грубый гогот мужчин, визгливое хихиканье рыжей. Мел почти физически ощущала, как от ужаса и омерзения скручиваются в тугой кулек кишки и желудок.

Что она там шутила про повстанцев, к которым в плен попала Нелл?

Господи, неужели ты наказываешь глупую, старую, болтливую дуру Мелани Саунд за ее невоздержанный язык?

Пять мужчин. Пять мерзавцев. Бандиты и убийцы. Грязные, воняющие потом и перегаром, жестокие и бездушные.

Она всего на секунду представила, как ЭТО будет, и ее затрясло. Нет, нет. Она не должна допустить, чтобы они ее изнасиловали. Очень интересно, а как это сделать? Если четверо будут держать, а один — насиловать, что тут можно сделать?

Значит, надо сделать так, чтобы им не захотелосьее насиловать!

Мел судорожно перебирала в памяти все слышанные и прочитанные рекомендации психологов. Громко позвать на помощь? Не пойдет. Одеваться не слишком вызывающе? Она в брезентовых штанах и грязной рубашке, куда уж скромнее.

Не ходить одной поздно — но она была с Сэмом, да еще и ранним утром. Вызвать к себе отвращение, вызвать у себя рвоту, или еще какую-нибудь гадость. Все они и сами настолько отвратительны, что у Мел просто не получится их перещеголять. Она первая умрет от отвращения.

И, наконец, вершина психологической мысли: если насилие неизбежно, расслабьтесь и получите удовлетворение!

Мел очень хотелось бы, чтобы автором этой мысли оказался мужчина и чтобы его запихнули в камеру к уголовникам в федеральной тюрьме Маккай. К таким, знаете, сексуально оголодавшим уголовникам. А Мел посмотрела бы в глазок камеры, КАК он будет получать удовлетворение.

Тем временем привал закончился, и процессия двинулась дальше. Мел с удивлением поняла, что сил у нее прибавилось, и соображает она все лучше и лучше. Во всяком случае, следующий ее поступок граничил с гениальностью. Мелани Саунд зубами оторвала клочок ткани от рукава и выплюнула его на ближайший куст. Гретель и Гретхен в одном флаконе! Только они были маленькие и глупые, разбрасывали крошки и сахар, а вот на рубашку Мел не позарится даже очень голодный стервятник, такая она грязная, мокрая и вонючая.

Мел не могла бы сформулировать, на что именно она надеется. Может быть, на то же, на что и все женщины в мире? Что в самый последний момент подтянется кавалерия, и герой вынесет их из горящего дома на руках?

Герой явно не принадлежал Мел, он любил другую, но спасти был в состоянии. Осталось дождаться чуда, с помощью которого герой, то бишь Том Хэккет, должен был догадаться, что пора идти на выручку.

Нелл сидела на мокром песке, смотрела в океан и раскачивалась из стороны в сторону. Ее уже перестала бить дрожь, но она не могла произнести ни слова, чтобы не начать плакать.

Том нашел чудом уцелевшую бутылку бренди и силой влил в Нелл целый глоток. Она закашлялась, вырвалась из рук Тома, но потом пришла в себя, забрала бутылку и ушла сюда, на бывший пляж бывшего лагеря бывшей научно-исследовательской станции “Астра”, чьим бывшим руководителем она являлась. Теперь бутылка опустела почти наполовину, в животе все согрелось, слезы лились по щекам, но она их не вытирала и не замечала, а океан был хмурым и до ужаса неприветливым.

Том с маорийцами откапывал оружие. Бандиты его, к счастью, так и не нашли. О Сэме Том старался не вспоминать, хотя и забыть страшную картину не мог. За десять лет он повидал всякое, но до сих пор считал самым страшным зрелищем вид человека, умершего от укуса черной мамбы. Оказывается, нет.