Стальные стрелы
Шрифт:
Алексей усмехнулся. Вот оно, уважение к старшему. Но это на Кавказе… А что было бы в России?
Сафару он ничего не сказал. В СОБРе споры и даже размышления на тему «лица кавказской национальности и их отношение к русским или наоборот» никогда не возникали, просто хотя бы потому, что офицерам приходилось постоянно вместе рисковать жизнью независимо от национальности. Вот и сейчас кабардинец и русский, два разных человека, выросшие и воспитанные в семьях, которые отличались друг от друга во всем, кроме понятий о честности и порядочности, знали, что в случае опасности они могут рассчитывать друг на друга. Они знали это оба, поэтому проводили глазами старика, пока он не скрылся за поворотом переулка, подумали об одном и том же и оба промолчали.
Через долгий томительный час (Алексей вздрогнул) в рации резко запищал «тональник» вызова. Сафар схватил ее и поднес к своим губам:
– Слушаю, я Второй.
– Я Первый… – отозвался Зернов. – Как там у вас?
– Нормально… ты как?
– Придется еще ждать.
Если на лицах собровцев отразилась сдерживаемая досада, то в голосе Сафара она никак не чувствовалась:
– Ладно… тогда мы за водой сходим, здесь я кафе недалеко вижу.
– Давайте… и аккуратнее там.
– На связи, если что.
Зернов отключился.
– Чего они там рассусоливают? – пробормотал Алексей. – Давно бы уже все решили.
– Может, ждут кого-то…
Алексей вздохнул. Оперативная работа полна неожиданностей и случайностей, все предусмотреть невозможно, и это ожидание может затянуться на долгое время. А может, встречи не будет, и они приедут сюда еще завтра. Всего-то два часа в дороге… ерунда для оперативных машин…
– Я за водой, – проговорил Сафар и вылез из машины. Алексей последовал за ним. Оставлять своего напарника одного было нежелательно.
Они закрыли машину, перешли на другую сторону улицы и зашли в темное тесноватое кафе, в котором пахло шашлыком. В маленьком зале, в котором стояло всего пять столиков, застланных обыкновенной цветастой клеенкой, никого не было.
Алексей оглянулся, потянул носом и подумал о еде.
– Слушай, давай что-нибудь съедим, а? – проговорил он. – Неизвестно, сколько еще ждать. Может, до вечера.
Эта невеселая перспектива тоже была понятна Сафару, он знал, что об обеде им придется позаботиться самим.
– Ну, давай, – после короткого раздумья кивнул он и отодвинул стул.
К ним уже вышла полноватая темноволосая женщина с аккуратно повязанной косынкой на голове.
Алексей глянул на Сафара.
– Добрый день, – поздоровался кабардинец.
Официантка посмотрела на него, пытаясь понять по выговору, кто он по национальности, и улыбнулась:
– Здравствуйте… что будете кушать? Как обычно, мужчинам требуется мясо? Шашлык…
«Ингушка или чеченка», – подумал Алексей, услышав ее мелодичный акцент с характерным ударением на первом слоге. Он решил, что разговаривать с ней будет Сафар. Он не хотел, чтобы в нем узнали русского. На всякий случай.
Сафар вопросительно посмотрел на своего товарища. Алексей поморщился. Вряд ли в этом заведении делают хороший шашлык… рядом трасса, все рассчитано на то, что люди не будут долго задерживаться…
– Что на первое? – спросил Сафар, зная вкусы своего напарника. Чижов всегда старался есть что-нибудь жидко-горячее, в то время как он сам не упускал возможности уничтожить хорошую порцию шашлыка, даже невзирая на отсутствие хлеба.
– Есть солянка.
– Вот ему солянку. А мне шашлык. И две бутылки лимонада принесите.
Женщина кивнула головой и ушла в подсобное помещение.
Алексей поудобнее поправил «Кедр» под курткой и закурил.
Они только осмотрели принесенную им еду и склонились над тарелками, как дверь в кафе резко распахнулась.
Алексей поднял голову.
На крыльце громко заговорили несколько человек, послышался грубый смех, топот ног, и тот, который открыл дверь, посторонился, чтобы пропустить в кафе четырех своих приятелей.
В маленьком зале сразу стало тесно.
Первым вошел седоватый мужчина среднего роста, в светлой рубашке и темных брюках. Он остановился на середине помещения, упер руки в бока, внимательно посмотрел на сидевших собровцев и громко проговорил:
– Салам алейкум!
– Ва-алейкум ассалам! – ответил ему Сафар. Алексей повторил эту фразу и отвернулся. Он успел поймать особый сосредоточенный взгляд этого человека.
(Обычное кавказское приветствие было вежливой традицией в подобном случае, как и русское «всем доброго здоровья!» при входе в место, где находятся единоверцы. Разумеется, никому и в голову не придет здороваться при входе в ресторан в крупном мегаполисе, но на Кавказе, в маленьких городках, этот обычай еще сохранился.)
Алексей выругался про себя. Не надо было им оставаться. Вошедшие были пьяны, это сразу бросалось в глаза. Теперь просто так не уйдешь… Наверняка потащат за свой стол, будут угощать, полезут с ненужными вопросами. После секундного размышления Алексей встряхнулся и решил на это наплевать. Люди везде люди, и вряд ли собравшиеся здесь будут затевать серьезный скандал. Собровцы вооружены, так что в случае чего смогут оказать сопротивление. Никто свою грудь под пули подставлять просто так не будет… ладно, посмотрим… может, и обойдется.
Приняв такое решение, Алексей успокоился и принялся неторопливо работать ложкой. Он только слегка развернулся на стуле в сторону шумных гостей, чтобы в случае опасности заметить их любое движение хотя бы боковым зрением.
Пока вновь прибывшие шумно рассаживались и одновременно громко разговаривали с хозяйкой кафе, делая заказ, ребята успели быстро поесть и только собрались вставать, прихватив с собой лимонад, как кто-то из гостей протянул руку и бесцеремонно, не спрашивая разрешения, потащил к себе за спинку стул из-за их столика.