Чтение онлайн

— О, новенькая! Какая хорошенькая! А ну-ка пойдем, крошка, развлечёмся. Всё равно тебя скоро толпа будет иметь, так какая тебе разница, днём раньше, днём позже. Коренастый подошёл и схватил Алю за руку, отрывая от подруги по несчастью.

— Нет, не надо, пожалуйста, пожалуйста! — заорала она вырываясь.

— Гоша, ну зачем тебе ребёнок, возьми меня вместо неё, — Женя встала и попыталась заступиться.

— Не-ет, я хочу эту, — облизнулся Гоша.

— Гоша! Яйца оторву! — взревел Назар, появляясь на пороге.

Парень тут же отскочил и обернулся.

— Вчера приехали поздно, и я не успел предупредить. Девку эту, не трогать. Чтобы не одного синяка на теле. На неё особый заказ, девица полетит на Альхайхор.

— Понял, передам остальным, — с сожалением сказал парень, а уже в дверях рявкнул, — Жрите шлюхи, не надо меня бесить!

— На Альхайхор?! Они отправляют меня на остров?! — Алю всю затрясло, — Я не хочу, я не поеду.

— Тише, тише, — Женя обняла и погладила по голове, — Они не дадут тебе выбора. Знаешь, их лучше не злить, потому что отсюда не сбежишь, а вот из борделя можно попытаться. Видишь вон ту девушку в зелёном платье. Она пыталась орать, стучала в двери, когда её привезли сюда. Потом напала на охранника. Её выволокли отсюда, избили, а потом поимели толпой. Так что советую, вести себя тихо, тем более что тебя приказали не трогать.

Девушки сели на матрас, и Евгения заставила Алю съесть бутерброд. Потом она познакомила с другими обитателями подвала, которые больше молчали, чем разговаривали.

Назар сидел в комнате и попивал коньяк, закусывая сигаретой. Кожаное кресло скрипнуло, когда он подался вперёд, наливая себе из графина ещё порцию. В гостиной было немного мебели, но она была дорогая. Здесь были: два кресла журнальный столик, диван и большая плазма на стене. Мужчина ткнул пальцем в пульт, и включились новости. Опять показывали сводки с горячих точек. Мужчина скривился: «И чего людям мирно не живётся. У них под носом проблем хватает, а они глотки друг другу перегрызть готовы».

В комнату зашёл один из подчинённых, сутенёр Вовчик по кличке Круглый. Он действительно был маленький и толстенький как пончик.

— Привет, Назар. У меня одна шмара совсем с катушек слетела. Да и фейсом вышла в тираж. Что делать, жалко на неё дурь тратить.

— Привет, Круглый. Раз вышла в тираж значит, пуф, — мужчина сложил пальцы в подобие пистолета, изображая выстрел, — Подержи её ещё немного, а потом привезёшь сюда. Скоро девкам документы для поездки оформлять, пусть твоя шмара послужит перед смертью, — улыбнулся мужчина.

Через несколько дней пришёл какой-то бандит и увёл несколько девушек, которые потом так и не вернулись. Аля снова заплакала, ей было их жалко. А вечером к ним привели незнакомую девицу, она была странная, блаженно улыбалась лёжа на матрасе.

— Под кайфом, — пояснила Женя, — Завтра начнется ломка.

И действительно, с утра наркоманка уже корчилась и выла, заламывая руки. Но похитителям было наплевать. Только к обеду пришёл Назар с какими-то бумагами.

— Так, девки, слушаем сюда. Вас осталось шестеро, и вы все поедете на Альхайхор. Ваши документы почти готовы. Осталось только подписать бумаги. В них вы просите пропустить вас на территорию острова, на работу. Для вас откроют рабочие визы.

Назар поставил деревянный табурет, который принёс и сказал.

— Подходим по очереди и подписываем.

— Я не буду подписывать, пока дозу не дашь, — взвизгнула наркоманка, она подбежала и вцепилась в мужика, — я никуда не поеду и подписывать ничего не буду, дозу дай сначала! Дай дозу!

Назар оттолкнул её ногой, и девушка отлетела, приземляясь на бетонный пол. Затем мужчина вынул пистолет из кармана и выстрелил. Девица тут же затихла, а из раны на груди потекла струйка крови. Кто-то истошно завизжал. Но мужчине было на это наплевать.

— Кто-нибудь ещё хочет отказаться?! — рявкнул он, направляя пистолет в сторону пленниц.

— Нет, — запищали испуганные девицы, жмущиеся к стенам.

— Тогда подписывайте документы! И учтите, мне терять нечего! Одно неверное движение в аэропорту, и ваши семьи вырежут, как свиней на бойне! Всём ясно!

Испуганные до обморока пленницы закивали головами, а Аля продолжала пялиться, на труп на полу, громко всхлипывая.

— Не смотри туда, не надо, — Женя заслонила собой обозрение, — пойдем, подпишем, наша очередь.

Аля понимала, что если её выкрали прямо из дома, то знают про неё всё. Ей очень не хотелось, чтобы из-за неё пострадала ещё и мама. Мертвая девушка на полу была доказательством, что эти сволочи, ни перед чем не остановятся. Она подписала бумаги вслед за новой подругой, а потом села на матрасе и, подтянув ноги к груди, горько заплакала. Это был не просто кошмар, это был настоящий ужас. Даже в страшном сне ей не могло присниться, что-то подобное.

А в это время в её родном городе Мама, Вадим и подруги, развешивали объявление с её фото на всех остановках. Так же Алю искала полиция, но как-то вяло. Они думали, что подросток просто забежал из дома, и скоро найдется, такое нередко бывает.

Детектив, увидев фото на одном из столбов, обомлел. Он сразу догадался, кто мог украсть Котову. Но он решил молчать. В конечном итоге, это не его дело, пусть полиция разбирается. Но вечером пришло письмо на электронную почту от Виктории.

«Я видела настоящего отца Али. Я пойду в полицию».

«Иди. Только что ты им скажешь, что замазана в деле о похищении? Хочешь в тюрьму? Я не против. Потому что если доберутся до меня, я расскажу, как ты получала деньги, которые, кстати, платил тебе не я. Я только посредник, и с меня взятки гладки. А вот ты была исполнителем, и сливала информацию заказчику. Ну как, пойдёшь писать чистосердечное признание? Может, пожалеют, и срок скостят», — написал Славик.

«Я передумала», — довольно улыбнулся Слава, читая короткий ответ.

Виктория понимала, что если эта слежка как-то связана с похищением, то вместо красивой жизни она получит решетки на окнах. Как бы ни было жалко Алю, девушка решила держать язык за зубами. Она бегала по городу, расклеивала фото, и убеждала себя, что больше ничем помочь не может.

Славик после сообщения, что стукачка никуда не пойдёт, успокоился. Он давно выяснил, что место, откуда приходили электронные письма и деньги, не отследить, поэтому был уверен, что его с делом о похищении никак не свяжут.