Чтение онлайн

Берсеркер медленно повернул к нему злобно оскаленную голову и процедил сквозь зубы?

— А ты помешай мне.

Стражник как-то стушевался и вместе с товарищем поспешил удалиться, закрыв за собой дверь. М-да, вот тебе и стража. Берсеркер же снова повернулся к полуэльфу, на которого вид здоровяка словно не производил никакого впечатления. Тот скрестил руки на груди и чего-то ждал.

Берсеркер медленно взял Тенриса за броню и придвинул к себе почти вплотную.

— Ну, что, ушастый, теперь тебе никто не помо…, - договорить он не успел — рука полуэльфа врезалась ему в челюсть тыльной стороной ладони. То ли от неожиданности, то ли от самого удара берсеркер вдруг зашатался и отступил на шаг, потеряв равновесие. После чего попытался взять полуэльфа в борцовский захват, но тот проворно ушёл противнику за спину, да ещё дал пинка.

Берсеркер врезался головой в фикус, осел на пол, развернулся и издал настоящий рык. Его кожа покраснела от бешенства, но сделать ничего он так и не успел — раздался стук дерева о камень, и здоровяка принялись оплетать лозы, появившиеся прямо из пола.

Поборовшись немного с растениями, здоровяк всё же порвал их и наплевав на целую кучу мелких порезов, которые оставили на его голых руках лозы, продолжил бой с полуэльфом. Последний мягко уходил от каждой атаки берсерка, пытавшегося задавить вроде бы щуплого молодого разумного массой и силой. Но мастерство и проворство каждый раз брали верх.

Через некоторое время, Тенрис просто сместился в сторону и нанёс быстрый и резкий удар берсеркеру в шею. Тот, вроде бы, не получил особо сильных травм, но ориентацию в пространстве потерял. Медленно сел, начал обводить мутным взглядом залу, после чего повалился на ковёр.

Больше берсеркер не поднимал шума, и весь оставшийся день прошёл спокойно. За ужином никто ничего не пил, даже наш бузотёр, а утром, собрав необходимые вещи, пополнив кое-какие припасы, снарядившись, мы открыли большую дверь, ведущую в остальную часть подземелья.

За дверью нас ждал новый сюрприз. Коридор подземелья шёл прямо, но слева от входа имелась дверь с медной табличкой, гласившей «Испытание силы». По-идее, проходить его было вовсе не обязательно, но за испытания наверняка полагалась какая-то хорошая награда.

Я перевёл взгляд с таблички на коридор, убегавший вперёд. Впрочем, убегал он недалеко, упираясь в Т-образный перекрёсток. Теперь в подземелье были развилки, нам предстояло выбирать дальнейший путь, и не факт, что выбор окажется верным.

Мои сопартийцы, в основном воин и берсеркер, всерьёз раздумывали насчёт испытания. Хоть Тенрис и навалял берсеркеру, но скорее благодаря скорости, проворству и умениям, чем грубой силой. Которой у самих воинов должно было быть немало.

И ещё одна идея поселилась у меня в голове — раз есть испытание силы, то будут испытания и прочих характеристик, а может быть и навыков. Стоило ли их проходить? Вопрос.

Между тем, воин начал спорить с берсеркером, вызываясь пройти испытание и, если награда была достойна, отдать её командиру. Последний некоторое время раздумывал и в итоге согласился. Воин решительно распахнул дверь и перешагнул порог, мы же последовали за ним.

Это была небольшая чуть вытянутая комната. В центре её стоял стол из среза какого-то дерева и такие же две табуретки. На одной сидел зеленокожий, мускулистый и рыжеволосый огр. Ещё один с неприятной ухмылочкой стоял возле дальней стены. Слева находился точно такой же пень, а рядом с ним сундук.

— Решили пройти испытание? — прорычал сидевший огр. — Попытка только одна. Кто из вас решил испытать себя и свою силу?

— Я! — сказал воин и вышел вперёд.

— Чудно! — огры переглянулись. — Условия следующие — борьба на руках. Без магии, артефактов, зелий и помощи других. Садишься сюда без всего. Победишь — награда в сундуке. Проиграешь… Узнаешь, что с тобой будет.

Огр облизнул губы, и мне этот жест очень не понравился. Я попытался отговорить воина, поскольку чувствовал какой-то подвох, но меня никто не послушал. Тенрис тоже был мрачен, но наблюдал за действом молча. Алюэт поглаживала пуговицу на жилете.

Воин скинул с себя всё снаряжение и сложил его в углу, после чего уселся за стол и поставил локоть на его поверхность. Огр сделал то же самое, переплетая свои пальцы и его. Короткий отсчёт, команда, и они начали бороться. Мышцы на руках взбугрились, а перед нами на полу возникла светящаяся линия. Видимо, чтобы мы не пришли на помощь своему.

Первое время их руки стояли вертикально. Огр неотрывно и не мигая глядел на воина, тот же начинал покрываться испариной. Ещё через некоторое время он начал продавливать руку огра, и даже опустил её немного, но постепенно огр начал перехватывать инициативу. Моя интуиция завопила, что что-то не так, но я не мог понять, в чём дело.

Невольно я глянул на второго огра, подпиравшего собой стену. А какова его роль во всём этом? Он просто стоял, скрестив руки, и тоже глядел на воина, рука которого уже опасно приблизилась к поверхности пня. Ещё пара секунд, и огр прижал его руку.

— Проигра-а-ал… — протянул он. В ту же секунду из пола выскочили кандалы и сами собой застегнулись на запястьях воина. — Теперь ты наш.

Держась за цепь, он встал и заставил воина также встать, отвёл его к другому пню и ударил в живот. Второй огр отлепился от стены, перехватил цепь и рывком заставил воина развернуться. Новый удар — и он уже стоит на коленях, а с очередным рывком его живот оказывается на пне, а конец цепи от кандалов сам собой застёгивается на кольце на полу.

В этот момент мне всё стало ясно. Я дёрнулся вперёд, но наткнулся на невидимую стену. Меня отшвырнуло назад, да ещё и током долбануло, поэтому некоторое время у меня ушло, чтобы прийти в себя. Дверь тоже была закрыта — эльфийка с плачем и воем билась в неё, пытаясь открыть. Лица остальных же моих спутников застыли, Алюэт ещё и позеленела.

Я поднялся и увидел…

Они брали его вдвоём. Воин выл и дёргался, но по какой-то причине ничего не мог поделать. Потом они поменялись местами, и всё повторилось. Мои кулаки сжались от гнева и злости, но ни я, ни мои спутники ничего поделать не могли. Берсеркер в бешенстве бил по магической стене топором изо всех сил, но его удары не привели ни к чему. Пока огры не закончили и, покрытые потом, не отлепились от теперь своего пленника, пока один из них не взял раскалённое клеймо и не поставил его воину на шею, дверь не открылась.