Старков
Шрифт:
кухне уже бесмновался холодильник, который безуспешно пытались
вскрыть изнутри.
"Зомби Ахтыгата"
Большой арбуз укатился на кухню, где открыл холодильник
и выпустил наружу таящуюся там снедь. После этого они взлома
ли кухонные шкафы и началось нечто совсем несусветное.
Большой брусок сливочного масла бесчинствовал в гостиной,
где намазался на паркет, чтобы Старков подскользнулся.
Оттаявший кальмар украл на кухне пачку соли, наполнил ванну
водой и плескался там, выставляя свой ку-клукс-клановский
капюшон и нагло распуская щупальца. Дикая серая орда картошки
со страшным топотом скакала по комнатам, опрокидывая все, что
встречалось ей на пути. Мука, вырвавшись из мешка, рассеялась
в воздухе белесым туманом, вынудив Старкова надеть противогаз.
Спотыкаясь и падая, вскрикивая от многочисленных ударов и
уколов, он добрался до окна и распахнул его. Сквозняком
мерзкую муку выдуло вон. Остатки ее, объединившись с сахаром,
гречкой и пшенкой, попытались пробиться снизу, но Старков
применил пылесос, и они отступили, неся большие потери.
Пудовый астраханский арбуз,примостившись на вращающейся
фортепьянной табуретке, сделал себе харакири и стал
обстреливать Старкова семечками, мерзко при этом ухмыляясь. В
заключение всего в воздух поднялись несколько коврижек и
вишневый пирог и, в сопровождении эскадрильи овсяного печенья,
ринулись в атаку.
Отступая, Старков услышал обрывки переговоров:
– Пирог, я хлебница. Доложите обстановку!
На что пирог отвечал:
– Хлебница, я пирог! Вижу цель, иду на перехват!
После чего заложил крутой вираж и с диким ревом стал
пикировать на Старкова. Чудом увернувшись, тот распахнул
дверцу шкафа и полез было внутрь, выбрасывая рубашки и
полотенца, но в этот момент с верхней полки спрыгнул разбитый
кокосовый орех, привезенный дядей с Антильских островов, и
забегал вокруг него, клацая скорлупками и пытаясь укусить.
– Ай! Уйди!
– отбивался Старков, закрывая за собой
дверцу,-Отстань, жаба!
Но орех не хотел отставать и с громким рычанием терзал
старковские джинсы, пока не выдрал из них весь зад. Лишь после
этого он забрался в угол, где и улегся, удовлетворенно урча.
В шкафу было тесно, темно и пахло нафталином. Разыскав
спрятанную под ворохом белья бутылку портвейна, Старков с
облегчением обнаружил, что тот не проявляет признаков жизни, и
сделал глоток прямо из горлышка для успокоения нервов, после
чего завернулся в старый макинтош и погрузился в размышления.
"Вот так аниматор, епперный театр!"- подумал он,
подглядывая в замочную скважину.
Орех, видимо, присвоил себе генеральский чин и теперь
пытался сколотить регулярную армию из дикой картошки.
Макароны, примостившись на гардинах, с аппетитом объедали
герань. Коврижки во главе с пирогом отрабатывали сложные
фигуры высшего пилотажа, а патрульное звено печенья
барражировало на бреющем, над самым ковром. Липкие сгустки
варенья, таская на себе банки, как улитка - раковину, ползали
по стенам, оставляя разноцветные следы. Из ванной выскользнуло
щупальце кальмара, схватило зазевавшееся печенье и скрылось.
Послышалось чавканье.
"Вот попал, так попал!
– ошарашенно подумал Старков,-Что
же делать-то?"
Поразмыслив, он решил дозвониться до Семы, для чего
предпринял вылазку к телефону. На полпути его перехватил пирог
и обстрелял вишневыми косточками. Схватив телефон в охапку,
Старков еле пробился обратно через картофельную засаду. У
самого шкафа его чуть не захватил врасплох большой зефирный
торт-камикадзе, метивший ему в лицо, но промахнулся и попал в
арбуз. Последний грохнулся на пол, раскололся и затих.
"Торт зефирнный!
– ругался Старков, яростно накручивая
телефонный диск.-Мерзкий торт!"
– Алле! Сема, ты?
– крикнул Старков, когда тот взял
трубку,-Приезжай скорее - тут такое творится!
– А в чем де...- послышалось в ответ, и телефон умолк.
Приоткрыв дверцу, Старков увидел, что зловредный орех
перекусил шнур.
До приезда Семы Старков с мрачным торжеством наблюдал в
дврку сложный ритуал похорон арбуза. Павшего героя с почестями
возложили на расписной жостовский поднос и утащили на кухню.
Загрохотал мусоропровод. Останки торта постигла та же участь.
В это время в дверь позвонили.
– Открыто!
– крикнул Старков, глядя в щелочку.
Ничего не подозревающий Сема прошел в комнату, где сразу
подскользнулся на масле и был атакован картошкой, коврижками и
вареньем. Схватив поднос, Старков бросился на помощь,
прикрываясь им от печенья, как щитом.
– Сема!
– крикнул он,-Скорее сюда! Ореха не боись - он не
бешеный, просто его дядя привез!
Однако, предупреждение запоздало, и Сема был зверски
искусан злосчастным кокосом. Обезумевший от ужаса, Сема еле
вырвался из квартиры, добежал до ближайшей больницы, где
потребовал поставить ему прививку от бешенства, поскольку его