Староста
Шрифт:
Зеленкин > Шардон: Девяносто
Зеленкин > Шардон: семь…
В личные сообщения трактирщику игрок скинул счет, причем, каждое число записал словами и выслал отдельным сообщением каждое слово, чтобы полностью исключить вероятность того, что «непись» начнет переставлять их местами.
Управляющий Шардоном искусственный интеллект написал простейший скрипт, позволяющий ему зачитать полученное сообщение вслух не сбиваясь и не путаясь.
Создание нового алгоритма.
Название: «Устный обратный счет от 100 до 1».
Список действий:
Установить маркер на приват-сообщение от персонажа «Зеленкин» от 18:12:05.
От i = 1 до 100 делать:
Получить сообщение номер(i) из позиции маркера.
Зачитать вслух текст сообщения номер(i);
i := i + 1;
Установить маркер на следующее на приват-сообщение;
Перейти в начало цикла.
Конец цикла.
Выпрямиться.
Посмотреть на персонажа «атаман Кривой».
Запустить анимацию «Низкий поклон».
Повернуться направо на 90 градусов.
Запустить анимацию «Низкий поклон».
Повернуться налево на 180 градусов.
Запустить анимацию «Низкий поклон».
Конец списка действий.
Противники стали друг напротив друга, каждый со своей стороны стола. Уперлись в него мощными руками — а руки Шардона были едва ли не массивнее, чем у главаря разбойников. Правда, то была заслуга не высокого значения его параметра Сила, а просто изначально выбранная разработчиками внешность. Кто-то из гейм-дизайнеров решил, что именно таким должен быть хозяин захолустного трактира в нубской локации: массивный, широкоплечий, с явным пивным брюшком рыжий неряшливый бородач с носом-картофелиной, мощными волосатыми руками и крохотными голубыми глазками.
Правда сейчас он выглядел заметно лучше, чем раньше, благодаря вложенным в Харизму очкам параметров — более подтянутым, аккуратным и даже взгляд его стал изучающе-проницательным, а не бегающе-хитрым.
— Ну что, ик, стар-роста… гтов? — прищурился единственным глазом атаман.
— В готовности состоянии нахожусь я, — подтвердил тот, путая слова местами.
— Начали! — махнул рукой Корвин.
И противники начали считать.
— С-сто!
— Сто.
— Двянос-сто двять!
— Девяносто девять.
— С-сто…
Корвин вскинул руку, услышав ошибочное число, которое выдавил из себя Кривой, но тот продолжил:
— С-сто… с-стойте! Он же з-за мной прос-сто пвторяет! Нечес-сно!
— Так не честно! — тут же загомонили разбойники.
— Хорошо. Тогда пусть называют числа одновременно — когда я буду махать рукой. Итак, с самого начала, с сотни. Начали!
И он махнул рукой.
— С-сто!
— Сто…
В конце-концов на пятидесяти шести Кривой проиграл — вряд ли управляющий им ИскИн ошибся числом, но благодаря «пьяному фильтру» его дикция оказалась настолько плохой, что даже с третьей попытки он едва смог выдать из себя что-то похожее на «с-сят шс-с-сть», и услышать в этом змеином шипении можно было сразу несколько вариантов.
Даже его шайка была вынуждена согласиться с поражением своего командира.
Трактирщик выпрямился и свысока уставился на шатающегося атмана, хотя и сам был не намного устойчивее его.
Поклонился, с трудом удерживая равновесие.
Затем неуклюже повернулся направо, к толпе зрителей, и тоже поклонился. Правда, теперь, чтобы выпрямиться, ему пришлось опереться на стол.
Повернулся влево. Там никого не было, кроме покосившейся времянки, скудной поленницы дров да облезлого пса, но Шардон поклонился и ему.
Выпрямился, да так и замер, глядя на блохастую псину и повернувшись спиной к свидетелям его громкой победы.
— Рано радуешься, староста. Тебе и за неделю столько денег не собрать. А вот мы хорошенько подготовимся… — пригрозил спине победителя помощник атамана по-прозвищу Правая Рука.
О специфическом чувстве юмора придумавшего его образ сценариста можно было судить по одной приметной детали: вместо правой кисти у разбойника зловеще сверкал пиратский крюк.
— М-мы… н-не прщаемся, с-старр… старрр… — в стельку пьяный атаман понял, что фраза для него слишком сложная, махнул рукой и процедил, — Пр-рщай.
И тут же беспомощно осел на землю.
— Эй, неужто отравили атамана? — неуверенно предположил кто-то из разбойников.
— Так пиво из одно бочки наливали, — резонно заметил Зеленкин.
И за его спиной замертво рухнул Шардон.
— Атамана отравили! — завопил кто-то, и его крик тут же был подхвачен.
— Пиво отравлено!
— Бессмертные нас убили!
— Отомстим за атамана!
— Бей бессмертных, спасай Леса Гоблинов!
— Лучше бы мы действительно пиво отравили, — пробормотал Корвин, формируя в своих ладонях пучок смертельно острых сосулек…
Глава 12. Фортификация
Накалившуюся до предела обстановку разрядил… дружеский храп! И Шардон, и одноглазый атаман нестройным дуэтом выводили рулады, которые запросто могли всю живность в округе распугать.
— Жив, жив атаман! — радостно завопил Правая Рука, потрясая своим крюком и почти с сыновьим обожанием разглядывая храпящее тело, — затем он повернулся к Корвину, — Забирай своего трактирщика, бессмертный, и передай, что у него сроку неделя. А уж потом мы за него снова возьмемся. Понял?