Старшая Эдда, Автор неизвестен

Старшая Эдда

на обложку

Автор неизвестен

Шрифт:

«Брата просить

надо, как друга,

о любви и о золоте;

не подобает

мечом угрожать,

о наследстве радея!»

Регин сказал это Сигурду. Однажды, когда он пришел к Регину, тот его хорошо принял и сказал:

«Вот пришел

Сигмунда сын,

юноша смелый,

в наше жилище;

он храбрее,

чем старые люди,

битвы я жду

от жадного волка.[457]

Я воспитаю

конунга-воина;

Ингви[458] потомок

у нас появился;

будет он князем

самым могучим,

лежат по всем странам

нити судьбы».

Сигурд был тогда постоянно с Регином, и тот сказал Сигурду, что Фафнир лежит на Гнитахейде, приняв облик змея. У него был шлем-страшило, которого боялось все живое.

Регин сделал Сигурду меч, который назывался Грам. Он был таким острым, что Сигурд окунал его в Рейн[459] и пускал по течению хлопья шерсти, и меч резал хлопья, как воду. Этим мечом Сигурд рассек наковальню Регина.

После этого Регин стал подстрекать Сигурда убить Фафнира. Сигурд сказал:

«Смеялись бы громко

Хундинга родичи,

которые Эйлими[460]

жизни лишили,

если бы конунг

не мстить за отца,

а красные кольца

искать задумал».

Конунг Хьяльпрек дал Сигурду дружину на кораблях, чтобы отомстить за отца. Их застигла большая буря, и они плыли против ветра у какого-то мыса. На утесе стоял некий человек,[461] и он сказал:

«Кого это мчат

Ревиля кони[462]

по высоким валам,

по бурному морю?

Паруса кони[463]

пеной покрыты,

морских скакунов

ветер не сдержит».

Регин ответил:

«Это с Сигурдом мы

на деревьях моря;[464]

ветер попутный

и нам и смерти;

волны встают

выше бортов,

ныряют ладьи;

кто нас окликнул?»

Хникар сказал:

«Хникар[465] я звался,

убийство свершая

и радуя ворона,

Вёльсунг юный,

теперь я зовусь

человек на утесе,

Фенг или Фьёльнир;[466]

возьмите в ладью!»

Они пристали к берегу, человек взошел на корабль, буря утихла.

Сигурд сказал:

«Хникар, скажи мне,

ты многое знаешь:

какие приметы

для людей и богов

перед сраженьем

добрыми будут?»

Хникар сказал:

«Много есть добрых,

знать бы их только,

знамений в битве;

спутник прекрасный

сумрачный ворон

для древа меча.[467]

Вторая примета:

если ты вышел,

в путь собираясь, —

увидеть двоих

на дороге стоящих

воинов славных.

Есть и третья:

если услышишь

волчий вой,

если увидишь

воинов раньше,

чем будешь замечен.

Никто из бойцов

сражаться не должен,

лицо обратив

к закатному солнцу;[468]

те победят,

чьи очи зорки,

кто в сходке мечей

строится клином.

Если споткнешься

перед сраженьем —

примета плохая:

дисы[469] коварные

рядом стали. —

раненым будешь.

Чист и причесан

должен быть мудрый

и сыт спозаранку,

ибо как знать,

где будет к закату;

блюди свое благо».

У Сигурда была большая битва с Люнгви, сыном Хундинга, и его братьями. В этой битве пал Люнгви и все три брата. После битвы Регин сказал;

«Кровавый орел[470]

острым мечом

у Хундинга сына

вырезан сзади!

Всех сильней

траву обагривший

конунга сын

ворона радует!»

Сигурд поехал домой к Хьяльпреку. Тогда Регин стал подстрекать Сигурда убить Фафнира.

Речи Фафнира[471]

Сигурд и Регин отправились на Гнитахейд и нашли там след Фафнира, который он оставил, когда полз к водопою. Сигурд вырыл большую яму возле следа и засел в ней. И когда Фафнир пополз от сокровища, он изрыгал яд, и яд падал на голову Сигурда. И когда Фафнир проползал над ямой, Сигурд вонзил ему в сердце меч. Фафнир затрясся и стал бить головой и хвостом. Сигурд выскочил из ямы, и они увидели друг друга. Фафнир сказал:

О смерти Фафнира

«Юнец, юнец!

Кем ты рожден?

Чей сын ты, ответь?

О Фафнира ты

свой меч окровавил;

в сердце стоит он!»

Сигурд скрыл свое имя, потому что в древние времена верили, что слова умирающего могущественны, если он проклинает своего недруга, называя его по имени. Он сказал:

«Я зверь благородный,[472]

был я всю жизнь

сыном без матери;[473]

нет и отца,

как у людей,

всегда одинок я».

Фафнир сказал:

«Коль нету отца,

как у людей,

чем же рожден ты?»

Сигурд сказал:

«Род мой тебе