Чтение онлайн

Лежал Вадик точно в проеме, между двух времен, и даже динамит пришлось пристроить у него в ногах, потому что другого места не оказалось, а не ломать же с диким грохотом стену, когда в одном из времен полиция и так у дверей.

Второй вопрос оказался почти целиком Славиным: что взять с собой. Надя просто подхватила небольшой чемоданчик, с которым недавно (Господи, только пара часов прошла, как она приехала) вернулась.

В него помещался весь ее нехитрый скарб.

Совсем не так дело обстояло у Прохорова.

Начать можно было с денег, которые кучей лежали под столом. Здесь все оказалось не так просто, как могло показаться. У него в доме не нашлось ни единой емкости, в которую вся эта уйма могла бы войти. Помещалась эта гора не меньше, чем в четыре пакета, набитых до упора, а они, пакеты эти проклятые, имели противную привычку прорываться в самый неподходящий момент. Кроме того, в наличии имелись только три таких, которые годились по размеру, а четвертую часть бабла нужно было распихивать по двум, а то трем, маленьким пакетикам, из которых один был с порванной ручкой.

Тут выручила Надежда. Услышав злобное ворчание Прохорова по поводу производителей пакетов, она постучала в стену (переступить через Вадика так и не смогла) и выдала ему большую шляпную коробку. Она (коробка) будучи деревянной, сама по себе уже весила немало, а когда Слава впихнул в нее все свое богатство, стала вообще неподъемной. Но, как говорится, своя ноша не тянет, так что придется довольствоваться тем, что есть, в конце концов, не камни, а свои же денежки тащишь…

Тем более что и отходить далеко от дома Прохоров не собирался. Проблема же анахронизма (коробка явно была из другого времени, чем Слава) решалась легко: рядом располагался Арбат и чего только московское, да и российское население не перло в местные антикварные магазины, так что человек со шляпной коробкой никого особенно удивить был не должен.

Следующий вопрос, который встал колом, – что делать с книгами Гороха?

Исход своего предприятия наши герои видели весьма смутно, и одним из его вариантов было существование в начале двадцать первого века. А тут потерять гороховские книги мог только последний идиот или самоубийца. Потому что при ценности самих экземпляров плюс все возможные штрафы за их утрату плюс моральная компенсация за переживания – никаких денег, даже тех, что у Славы были в шляпной коробке, не хватит, чтобы расплатиться. И это при условии средних книг, а если в этот раз (Прохоров так и не открыл ни одну упаковку) Горох прислал самый цимес?

Но и тут никаких вариантов у Славы не было. Он вынужден был поверить Наде и просто оттащил все коробки с книгами к самой дальней от проема стене. С трудом, с лишним сердцебиением, но оттащил, чем очень гордился…

Комп, который, слава Богу, был ноутбуком, Прохоров положил в специальную сумку, которую повесил на шею и теперь был полностью готов.

Оставался последний вопрос, который надо было решить: а с какой стороны останутся наши герои в момент подрыва?

Поскольку решено было на сам этот момент в целях обеспечения безопасности, выйти из квартир, для Прохорова женская сторона из размышлений заведомо исключалась.

Надя, правда, утверждала, что от одной шашки динамита даже стены не дрогнут, перегородка – да, конечно развалится, да и то частично. Но и мебель, скорее всего, с места не сдвинется, если будет стоять на другой стороне комнаты. Однако Прохоров, который что-то слышал о взрывах в закрытых помещениях, то ли в кино видел, а может быть, читал, дескать, там ударная волна может вести себя по-другому, настоял на том, чтобы они в самый момент оказались на улице.

Только все же с чьей стороны?

Если исключить для него Надину сторону – оставались только два варианта: оба вместе здесь, на Славиной стороне…

Или каждый на своей…

Первый вызывал у Нади большие сомнения: мало того, что она категорически отказалась перелезать через тело Вадика, выяснилось, что ей просто не в чем выйти в прохоровскую Москву. Маринка, которая считала, что такого выхода больше не будет – вспомните, как категорически отказалась Надежда даже думать о существовании здесь – просто увезла тогда свои шмотки. Где они сейчас, никто, кроме дочери, не знал, а спросить ее было, мягко говоря, трудновато. Плюс вопрос с ее документами плюс общая Надина неприязнь к нашему времени плюс общая прохоровская растерянность в ответах на ее вопросы.

Короче, в какой-то момент обсуждения она вдруг встала и безапелляционно сказала:

– Дожидаемся друг друга каждый со своей стороны… У меня есть на то свои резоны…

И сдвинуть ее с этого решения Слава уже не смог. И объяснений получить мало-мальски толковых.

– По-другому быть не может… – со слезами на глазах стояла она на своем.

Таким образом, никакого свободного выбора у них, скорей у него, и не было. Но надежда оставалась…

– Сколько горит шнур? – печально спросил он у Нади.

– Секунд тридцать… Нам надо торопиться, только что какой-то усатый господин заглянул в окно – это плохой признак, раз они уже не стесняются…

– Ты готова?

– Да…

– Тогда расходимся… – пришлось скомандовать ему, – зажигай… Встречаемся здесь сразу после взрыва.

И вышел на улицу.

Шел и считал, почти не замечая ничего по сторонам.

На двадцатой секунде остановился, решив, что достаточно. Обернулся и посмотрел на дом.

И наверное, пропустил бы момент взрыва, потому что звук был почти не слышен в реве автомобилей и прочем московском шуме. Раздался (долетел до него) только небольшой хлопок и дом чуть-чуть дрогнул…

Возможно, насчет «дрогнул», это ему показалось, но что-то точно произошло. Какое-то движение было…

Прохоров подхватился и ломанулся домой. Комп бил по спине, коробка с деньгами – по ногам…

На ходу Слава отметил машину Вадика, которая стояла метрах в двухстах от подъезда…

На ходу отметил, что день уже клонится к вечеру, а они и не заметили, что прошло столько времени…

На ходу отметил, что, несмотря на тяжеленную коробку и комп на плече, бежит он легко и почти не задыхается…