Статика
Шрифт:
— Похмелье!
Запрограммированный душ среагировал на волшебное слово — струи ледяной воды окружили меня со всех сторон — ни вырваться, ни спастись! Я визжал, матерился, стягивая с себя пришедший в полную негодность костюм — в общем, веселился, как мог.
Душ отрезвил меня, однако на лицо в зеркале смотреть было все еще неприятно. Пришлось пойти на уступки — я достал бритву и снял трехдневную щетину. Потом попытался расчесать волосы, но они так и остались торчать непослушным ежиком.
В спальне, в шкафу я обнаружил еще один костюм (последний в моей коллекции, видимо, скоро придется покупать новый), натянул его. Придирчиво осмотрел себя, врубил стерео. Объемная полупрозрачная голова Сивиллы Аткинс рассказывала что-то о последнем матче сборной Статики в чемпионате Галактики по футболу. Действительно, о последнем — о нашу команду в ее подгруппе вытерли ноги все сборные. Даже команда с Марса — уж их то были все шансы победить.
Я пнул ящик, и он (вот умница!) мгновенно отключился.
Открыл дверь и оказался в своем офисе.
Еще раз открыл дверь и очутился в приемной.
Лерочка сидела за рабочим местом, ослепительно мне улыбалась и жевала нежное воздушное пирожное «восход» (минус одна калория и даже меньше!), запивая его кофе из миниатюрной чашечки.
— Не возражаешь, если позавтракаю вместе с тобой? — спросил я.
— Конечно, нет, дорогой! — ответила Лера. — Заодно выслушаю все вранье о том, как много ты смог выяснить вчера.
Я улыбнулся в ответ (одними губами — с зубами я разберусь после того, как получу свои сто тысяч евро).
Подошел к трубе автодоставки, набрал номер заказа.
Через пару секунд над ним загорелась зеленая лампочка.
Я достал пластиковое блюдо — бутерброд с беконом, чашка кофе и мутный витаминный коктейль. В коктейле плавали подозрительные крошки, но я предпочел считать, что это кусочки настоящих фруктов.
Глоток кофе слегка оживил меня. Витаминный коктейль грозил вновь ввести в сомнамбулическое состояние, поэтому я оставил его на потом.
— Жизнь все-таки прекрасна, — изрек мудрую мысль я, давясь жестким беконом.
— Очень умно, — кивнула Лера. — Так что у тебя за новости?
— Сегодня в час дня я буду на территории Стазиса, — ответил я, зажал нос, и проглотил коктейль.
— Добился таки. А ты уверен, что молодожены именно там?
— Нет. Однако будь они в другой части города, их давно бы обнаружили.
— Железная логика. А ведь подумать только — кто-то считает женскую логику странной. Что если они за городом, Гера?
— Тогда я не получу больше ни одного евро.
— Ладно, пускай, они в Стазисе. Но там же их легко обнаружить!
— А вот и нет. В Стазисе полно многоэтажных домов, где легко можно спрятаться. И не забывай о системе канализаций…
— Фу!
—…самой чистой во всей разумной Галактике. Потому что ей никто не пользуется уже миллион лет.
— А я вот никогда не была в самом Стазисе, представляешь? Как там?
Я ответил не сразу. Сначала допил кофе.
— Как на кладбище.
В одиннадцать я покинул свой офис. Лифт в это время открылся, и я кинулся за угол. И оказался прав в своих опасениях! Из кабины вышла Мария Семеновна с 19-го этажа и яростно зазвонила в дверь. Сейчас опять будет умолять, чтобы я отыскал ее любимую кошечку, пропавшую уже дней десять назад.
Не желая рисковать, я на цыпочках добрался до лестницы и менее чем через минуту оказался на первом этаже — в баре «У Толика».
Сегодня воскресенье, и бар в этот ранний час пустовал. Большинство еще, наверное, отходили после вчерашней гулянки.
Я кивнул Толику и направился к выходу.
— Эй, Гера! — окликнул меня бармен.
Я обернулся. Единственный глаз Толика уставился на меня. Потом он вдруг отвел взгляд.
— Ты это… прости меня, в общем. За параноика. Я вчера видел, как этот… в синей куртке к тебе подсаживался.
— Извинения приняты, — добродушно ответил я. — Удачного дня, Толик.
— И тебе тоже, Гера.
На улицу я вышел, уже улыбаясь во весь рот. День начался удачно! Ни разу я не слышал, чтоб Толик хоть перед кем-нибудь извинялся.
До встречи с Китайцем оставалось почти два часа, и я решил почитать газету. На соседней улице я заметил разносчика газет и свистнул ему. Робот тут же примчался на зов — я опустил в щель евро и оказался обладателем утренних новостей Статики. Присел на скамеечку в парке (который так можно было назвать только условно — в нем росло несколько кривых карликовых деревьев, да и те были готовы зачахнуть в любой момент), посмотрел на небо — легкие перистые оранжевые облачка улыбались мне сверху. Может, и правда, пора стряхнуть со своих ног пыль этой захудалой планетки?
Рядом плакал ребенок. Я оглянулся: какой-то мальчик лет шести, ноги-руки худенькие, как спички, сидел на корточках перед карликовым кустом и, заливаясь слезами, жевал сорванный листик.
— Тут есть витамины? — спросил меня мальчик. — Мама сказала, что витамины есть там, где зеленое. Моя мама болеет, а отец работает. Маме не хватает витаминов, сказал дядя доктор, вот она и болеет. Я пошел искать витамины для мамы. Но листики невкусные, мама их не будет есть…
Малыш говорил и говорил, не останавливаясь. Я подозвал его, и мы вместе купили в автоларьке четыре запечатанных стакана витаминного напитка.
— Он невкусный! — скривился мальчик.
— Действительно, — пробормотал я, проклиная себя за это глупое и ненужное проявления доброты. Мы зашли в какой-то магазинчик, и я купил крохотный пакетик апельсинового сока (сто евро!). Наличные деньги у меня закончились, настало время обналичивать карточку Барона. Около магазина я обнаружил банкомет и тут же стал обладателем еще пятисот евро.
— Где ты живешь, малыш? — спросил я у мальчика. — Веди.
В мыслях я уже обзывал себя последним уродом и кретином. Что стоило отдать пацану сок и отпустить восвовяси? Нет, захотелось геройствовать до конца…