Статус С
Шрифт:
Ну, что поделать, судьба всегда подбрасывает новые препятствия.
В кабинете стояла гнетущая, напряженная тишина. Несмотря на ранний час, даже наследник Конрада был трезв и предельно серьезен. Тем более что новости, которые он сообщил собравшимся, были из тех, что звучат как гром среди ясного неба.
— Отравлен? — вытирая пот со лба, тупо переспросил толстяк Гендерсон.
— Какое-то… средневековье! — фыркнул темнокожий пожилой мужчина.
Заккари Флинт. Тоже один старых компаньонов отца, работающий в Blue Ocean больше десяти лет. Именно эта четверка — Флинт, Кинг, Гордон и Гендерсон — волновала Джастина больше всего. У них самые крупные пакеты акций, не считая его собственного. И самое серьезное влияние. Хоть он формально и президент компании, эта старая гвардия по-прежнему решает все.
А вот остальные члены совета — просто пешки, представители инвесторов. Со временем их можно будет убрать без особых проблем.
— Да и как такое может быть? — недоуменно пожимая плечами, произнес Гордон. — Конрад постоянно находился под медицинским присмотром. Он даже глотка воды не мог бы сделать без ведома врачей.
— Забавно, что именно вы говорите об этом, — странно усмехнулся Джастин.
Майлз-младший повернул голову, оглядываясь на стоящего позади него незнакомца.
— Ах да, совсем забыл. Позвольте представить: Габриэль Франко. Я хочу рекомендовать его на должность нашего нового главы службы безопасности, — произнес он.
Андрогин сделал шаг вперед и еле заметно кивнул собравшимся.
— Новый глава? А Дайсон? — опешил Гендерсон.
— Он работает под прикрытием в желтой зоне, — пояснил Майлз-младший. — Однако в свете последней информации, я уже вовсе не уверен, что ему можно доверять…
— Что за информация?
Джастин кивнул незнакомцу, и тот шагнул еще ближе, опираясь на полированную деревянную столешницу кончиками тонких бледных пальцев.
— Мистер Майлз нанял меня для небольшого расследования незадолго до своей смерти, — произнес он. Голос его оказался таким же бесцветным и нейтральным, как и внешность. — Если быть более точным — чуть больше двух суток назад.
— Для чего? — прищурился странно побледневший Гордон. — И почему он мне ничего не сказал? Я последние два дня почти постоянно был с ним в больнице…
— Контракт был заключен дистанционно, через его ангела, — все тем же ровным голосом произнес Франко. — Мистер Майлз настаивал на строжайшей конфиденциальности.
— Ну допустим. Но что за расследование?
— Проверка персонала больницы. У него закрались подозрения по поводу готовящейся операции.
— Каждый раз одно и то же, — проворчал Гендерсон. — У старика перед каждой операцией были какие-то подозрения. Это просто навязчивые идеи.
— В этот раз оказалось, что она небеспочвенна, — произнес Франко и едва заметным жестом развернул огромный голографический экран над столом.
На экране появилось изображение какого-то документа.
— Это результаты вскрытия и трех последних прижизненных анализов мистера Майлза. Обратите внимание на заключение. Эксперты отмечают явные признаки лучевой болезни. Частично они объясняются противораковой терапией, однако более детальные анализы показывают присутствие в организме значительной дозы радиоактивного полония…
Над столом, будто потревоженная ветром листва, зашелестели шепотки, акционеры то вчитывались в текст документа, то оборачивались друг к другу.
— Что за бред? Откуда?.. Как это могли допустить?
— Изотоп 210, если быть точным, — продолжил Франко. — Очень редкий, сейчас практически не используется. Дает минимальное гамма-излучение, однако излучаемые им альфа-частицы действуют крайне губительно на живые клетки. При этом их очень сложно обнаружить обычными детекторами радиоактивности. Согласно последним данным, именно отравление полонием-210 стало главной причиной резкого ухудшения состояния мистера Майлза в последние недели.
— Как изотоп мог попасть в его организм? — спросил Флинт. — Конрад действительно был крайне недоверчив, вплоть до паранойи. Он бы никогда…
Франко вместо ответа выложил на стол плоский металлический контейнер размером с ладонь. Неуловимый жест пальцами — и блестящий прямоугольник раскрылся, показывая содержимое. Несколько сигаретных окурков с длинным золотистым фильтром.
— Курение убивает, — коротко пояснил он.
— Конрад бросил еще лет десять назад… — возразил было темнокожий Флинт, но отвлекся на сидящего слева от него Гордона.
Тот тяжело, хрипло дышал, не сводя глаз с пепельницы, и теребил дрожащими пальцами узел галстука, пытаясь ослабить его. Франко же вывел на экран следующий документ. На этот раз это было видео.
Нарезка нескольких коротких сцен, похожих одна на другую. Везде Гордон и Майлз-старший одни в палате. И везде Гордон, доставая из внутреннего кармана портсигар, достает из него сигарету и помогает боссу прикурить. Все собравшиеся смотрели на эти кадры как завороженные, стихли даже еле слышные шепотки. Лишь сам Гордон глядел не на экран, а на остальных, при этом не переставая бороться с упрямым галстучным узлом. Лицо его из бледного сделалось красным, почти багровым, будто галстук душил его.
— Вы ведь… все знаете, как он был упрям, — тихо, почти шепотом проговорил он. — Он просил меня, и я… Я всего лишь выполнял его просьбу! Да и не может быть, чтобы от обычных сигарет…
— От обычных — конечно же нет, — продолжил андрогин. — Но анализы показывают аномально высокое содержание изотопа в данном табаке. Это не может быть случайностью.
— А ведь отец так доверял вам… — процедил Джастин, исподлобья глядя на чопорного британца.
Гордон вытаращил на него глаза.
— То есть вы всерьез… подозреваете меня? Меня?!
Он, потеряв самообладание, вскочил с кресла, затравленным взглядом окидывая остальных участников заседания.
— Вы ведь все знаете — мы с Конрадом знакомы больше сорока лет! Я всегда… Это немысли…
Он задохнулся, согнулся, с гримасой боли хватаясь за грудь.
— Врача! — выкрикнул кто-то.
— Связь не работает, кабинет экранирован!
Один из акционеров выскочил за двери, остальные загалдели, собираясь вокруг обмякшего в кресле Гордона. Тот все еще держался за сердце, но немного отдышался.