Шрифт:
Некоторое время спустя
Дорогой Дневник!
Похоже, второй курс мы проведем интереснее, чем первый. В учебе появился предмет «Оружие». Пока мы изучаем историю тайного оружия агентов: уколы с рицином зонтиком, тайные портсигары Стечкина, германское оружие в пряжке ремня, стреляющие трости и ботинки с выскакивающим лезвием, перстни с выстреливающим механизмом, значки, ключи, замки, шариковые ручки, сигареты и курительные трубки и прочее. Даже крестик с распятием мог послужить той косой старухе в черном плаще по имени Смерть.
Ясно одно – любовь – не единственное оружие защиты и нападения. Лично меня возможность убийства очень пугает.
Точного расписания на следующий учебный год еще нет. Но уже появились такие странные и страшные предметы, как «Яды», «Физика взрывчатых веществ» и «Компьютерные технологии взлома». Ничего не понятно, но вызывают недоумение.
Оружие ведет Владимир по кличке Волк. Ощущение от его взгляда такое, будто стоишь голая, лысая и замерзаешь. Бывший он военный или действующий киллер – неизвестно. Говорит тихо и мало. Спрашивает конкретно. Только я не могу отвечать, словно ком в горле застревает. На прошлом занятии чуть ли не получила «неуд». Вопрос был как раз про портсигар Стечкина. Казалось, изучила вопрос досконально, потому что просто было интересно самой. Просидела в библиотеке весь вечер, дополнительно отыскав сканы секретных файлов. Подняла руку, чтобы ответить. А он подошел вплотную и пронзил меня своим взглядом болотно-зеленых глаз. Опешила. Подавилась. Он смотрит на меня, словно на добычу, будто приставив к моему виску пистолет. С ненавистью, злобно. Дико затошнило.
– Можно выйти?.. – только и смогла выдавить я.
– Иди.
Выбежала в коридор, задыхаясь. Присела у двери, зажав руками голову. Мимо проходила Стелла. Увидев меня, в панике бросилась «выручать».
– «Волчья болезнь»? – спросила со знанием дела.
– Дышать тяжело…
– Он – знаток методов запугивания!
За руку Стелла дотащила меня до ближайшей лавочки. Немного отдышавшись, я начинала приходить в себя. Сердце все еще бешено колотилось. Мысли метались.
– Он же… ничего не сказал… Как?
– А ты его сама спроси, – усмехнулась Стелла.
– Он тоже чей-то наставник и куратор? – подумав, спросила я.
– Кураторство не дают, опасаясь массовых самоубийств… А наставничество раз в три года. Одну, такую же психически ненормальную… – Стелла посмотрела в сторону и, вздохнув, продолжила: – Типа меня…
– Он был твоим наставником??? – у меня не было слов, чтобы в полноте выразить свое удивление. – А разве вы тоже учились в этой школе?
– Не все. Я училась…
– А теперь ты свободна? – спросила я мучавший меня вопрос.
– Никто здесь не свободен, – почти шепотом проговорила Стелла. – Сможешь вернуться на занятие?
– Думаю, да.
Отвечать не стала. И никто не отвечал на этом занятии. Но я смотрела на Волка и старалась понять его сущность, сущность человека и зверя, который в нем сидел. Крепкий, коренастый, среднего роста мужчина, с изрезанным шрамами лицом. Возраст примерно сорок лет. Всегда гладко выбрит, с блестящей головой. Шаги его настолько бесшумные, что удивительно, как он передвигается. Словно по воздуху летает. Я боюсь его, но мне хочется пребывать в таком состоянии. Это странно…
Яды ведет Саммуил Тихонович – старичок, ровесник уже знакомого тебе Льва. Немного похож на Пьера Ришара. Добродушный, отзывчивый и внимательный, словно воспитатель детского сада. Странно, как такой человек может хладнокровно подсыпать в чашку с чаем порошок, от которого жертва в одно мгновение улетает навсегда к предкам. Особое настроение у него в тот момент, когда он рассказывает о противоядиях. Видимо, врет себе, что спасает людей. Маньяк, на первый взгляд.
Физику взрывчатых веществ ведет маленькая худенькая девочка – Вероника Сергеевна, осторожная и быстрая. Всегда говорит, что аккуратными нужно быть по жизни. А от скорости принятия решения и точности собираемой аппаратуры зависит наша жизнь. Я ничего не понимаю в физике. Пару раз в неделю занимаемся с Валерой. Он объясняет мне про «плюсы», «минусы», соединения, замыкания, цепи и т.д. Я стараюсь, зубрю. Но все равно ничего не понимаю. Надеюсь, что скоро наступит «просветление».
Трудности у меня и с компьютерными технологиями взлома. Ведет очкарик Никита. Заумными хакерскими словами что-то объясняет. Недоступно. Разве что Рита немного в теме. Но и ей приходится сидеть в библиотеке. В век компьютерных технологий мы сидим в обычной библиотеке, чтобы отыскать уникальнейшие новейшие материалы во внутренних секретных архивах «белых». Больше негде. Но теперь я стала чувствовать себя действительно агентом, а не элитной проституткой.
Павел появляется раз в неделю. Остальное время тоже учится в студии. Их обучение основано на повышении мастерства и улучшении основных компетенций, которые влияют на снижение оценок по общему результату.
Этот раз в неделю он обязан вести занятия по чувственности – восемь пар! После занятий, где бы я ни находилась, хватает меня за руку и молча тащит к себе. Идет в душ, заказывает в комнату еду из столовой, обычно – борщ, овощи гриль и зеленый чай с хризантемами. Перекусывает наспех, без интереса ласкает меня и после секса почти сразу засыпает. И так уже месяц…
Я его ни о чем не спрашиваю, хотя очень хочется. После того, как все газеты пестрили новостями о сгоревшем публичном доме неподалеку от школы, мне хотелось узнать, не было ли это учреждение некой разминочной площадкой учащихся нашей школы? Не решилась. Не спросила.
Некоторое время спустя
Дорогой Дневник!
Наши отношения превратились в некую рубку дров. Мы не разговариваем, просто делим раз в неделю постель. И, кажется, я начинаю ощущать, что мне этого мало…
Волк заставляет меня впадать в оцепенение, словно я попадаю под некую магию. Внутренне уже давно бешусь. Сердце бешено бьется, и между ног все сводит нестерпимой страстью неизведанного. Я решилась вчера! Да, именно решилась, на протест против своего страха. Вспомнила откуда-то из юности, что лучшая защита – это нападение, и решила нападать. Будущий агент не должен ничего бояться. И я не буду.
Я пришла на его лекцию без нижнего белья. Уселась на первую парту среднего ряда, куда никто старался не садиться, потому что Волк обычно стоял рядом с ней, пронзая своим острым взглядом каждого из присутствующих. Поскольку отвечать на его вопросы даже после многократных внушений все еще оставалось невозможным, заранее заготавливала дерзкие фразы типа: «Практикуюсь в соблазнении до нанесения смертельного удара тонкой иглой с титьютоксином…» или «Профессор, я плохо владею техникой стрельбы, потому что никак не могу понять, насколько плотно следует прижимать приклад к плечу…» или «Нам полезно было бы узнать о «искусстве ядовитой руки», и я готова предоставить свое тело как наглядное пособие…»