Чтение онлайн

– Никаких развалин не видно. Или вы стены поднять не успели?

– Успеть-то кое-что успели, но орки, скорее всего, все срыли – ни к чему это им на их землях.

– Понятно. Что скажете, падре?

– А что тут скажешь, сын мой. Без драки соли не добыть, а лезть в драку – значит сражаться сразу со всеми орками. Потому как, пока будем бить ближних, успеют подойти дальние. Оно, может, этих и побьем, и даже сможем отбиться и уйти от остальных, но только соли нам не видать как своих ушей.

– А мы тихонько.

– Не-э. Не выйдет, – вновь влез в разговор староста. – Над водой звук хорошо расходится – хотя на таком расстоянии они ничего не увидят, но услышат точно. Вообще орки часто друг дружку лупцуют, но вот здесь вроде нет вражды. Вона – четыре стана, и ничего, мирно соседствуют. Значит, если бой – то люди припожаловали, а на людей они завсегда всем скопом нападут. Вертаться надо, – обреченно вздохнув, подытожил Роберт.

– Слушай, а что это у них посреди лагеря, вроде как на повозки похоже? – поинтересовался Андрей.

– Скорее всего, их кибитки.

– Так там не меньше четырех этих кибиток – это же сколько соли они собираются увезти? Не многовато?

– А кто их разберет, орки ж…

– А как у них с охраной?

– Скорее всего, никак. Если они тут друг на дружку не нападают, то охранники ни к чему, вон и костры затухают уже, значит, некому дровишки подкидывать, спят все.

– Вот так вот, без охраны?

– Кто ж говорит, что вовсе без охраны. Вот еще на сотню шагов приблизимся – и кони сразу тревогу подымут: они у них лучше всякой собаки охраняют, все чуют, заразы. Не, сэр. Вертаться надо.

– Подумать надо, а вернуться мы всегда успеем. Джеф?

– Мазь у нас с собой, лошадок, бог даст, обманем, но тихо вырезать около сотни орков, а судя по лошадям, их там никак не меньше, не выйдет. Шум поднимем – сбегутся остальные, да только, скорее всего, с нас хватит и этих: сотня как-никак, а нас… Не выйдет. Уходить надо. Обидно, но надо… – Голос ветерана звучал угрюмо и как-то официально, что ли.

Не считаться с мнением бывалых ветеранов, у которых боевого опыта было на порядок больше, чем у него, Андрей не мог. Он знал гораздо больше, чем они, во многих областях, очень многое из этих знаний для здешних людей было настоящим откровением, но правда была в том, что если бывалые ветераны не видели выхода из сложившейся ситуации, то его попросту не было. Или был?

Андрей вдруг понял, что вот только что в его голове мелькнула какая-то мысль, и не просто мысль, а решение вопроса, который только минуту назад был неразрешимым. Джеф попытался что-то сказать, но Андрей резко поднял руку, призывая того к молчанию. Поняв этот жест правильно, ветеран не проронил ни слова и подал знак остальным помалкивать. Даже падре внял этому молчаливому приказу. Оно, конечно, он мог своей волей отменить любое решение командира отряда – надо заметить, многие представители инквизиции этим грешили направо и налево, лишний раз теша свою гордыню и, сами того не замечая, впадая в этот тяжкий грех. Но кто уличит в прегрешении того, кто сам назначен искоренять подобный порок и при этом имеет большие полномочия? Падре Томас в этом плане выгодно отличался от остальных, потому как был искренне верующим и служил делу Господа всей душой.

«Да что же это такое. Ведь только что… Нет, ну потом ведь вспомню, да поздно будет. Вот же, блин, посетила мысля, посидела и ушла. Думай, балда, думай, башка дырявая. Так, давай назад. О чем мы говорили? Так, говорили о том, что перебить тихо кочевников не удастся, всполошатся остальные, все правильно. Еще Джеф сказал, что с нас хватит и этой сотни, и это так, тогда мы сумели перебить отряд из семи десятков только потому, что мальцы из-за укрытия очень сильно их проредили из карабинов. Стоп. Есть».

– Подобьем бабки.

– Что, сын мой?

– Не столь важно, падре. Итак, напасть мы не можем, так как обязательно поднимем шум и навлечем на себя остальные три отряда.

– Сэр, вы забыли, что даже в этом отряде не меньше сотни воинов.

– А ты, Джеф, по-моему, забыл, что перебивать командира иногда бывает вредным для здоровья, – жестко отрезал Андрей. Нет, если бы они были в своем тесном кругу, то этой отповеди, возможно, и не было, хотя и не факт: совета-то Новак сейчас не просил, а здесь к тому же присутствовали падре и староста.

– Прошу прощения, сэр. Это больше не повторится.

– Надеюсь, что так. Сколько они смогут погрузить в свои кибитки соли? Я думаю, одна осилит не меньше двух тысяч фунтов, всего же мы видели четыре кибитки, а это восемь тысяч фунтов. А сколько мы собирались добыть этой самой соли? – чуть больше двух тысяч фунтов. Мысль улавливаете?

– Даже не думай, сын мой, – всполошился падре. – Я готов поддержать безумную атаку во имя спасения людей, но подвергать риску отряд лучших патрульных на всей южной границе ради добычи и не подумаю. Что ты так на меня смотришь? Да-да, я помню, как я оценивал твоих людей, но я сейчас говорю именно то, что думаю. Ты и эти люди нужны на границе. Жаль, конечно, что вы здесь только отбываете повинность, но даже только год вашей службы на границе стоит дороже всей соли.

– Роберт, иди к обозу.

– Сэр, я, конечно, прошу прощения, но если предстоит бой, то мои люди не будут лишними, все они ветераны…

– Стоп. Роберт, вы уже крестьяне, ваша задача в этом походе – обоз, в бою вы участвовать не будете. Это первое. Второе – за годы мирной жизни ты, я вижу, забыл, что значит приказ. Тем не менее я только что его отдал.

– Да, сэр.

– Зачем было отсылать Роберта? – буркнул инквизитор.

– Вы все ошибаетесь. Вы считаете, что отряд из двадцати семи человек не в состоянии атаковать сотню орков, так как эта атака – прямое самоубийство.

– Именно так, – убежденно кивнул падре. – И потом, не двадцать семь, а двадцать два.

– Двадцать семь, падре, двадцать семь, не надо сбрасывать со счетов мальчишек. Так вот, вы неправы. Мы можем напасть на них и перебить их всех, при этом не потеряв ни единого человека. Вы забыли, что у нас есть карабины, именно поэтому я и отослал Роберта: незачем посторонним знать об этом оружии – пока не время, не так ли, падре?

– Ты уверен, что это оружие настолько сильное?

– Вы сами видели, что могут сделать с помощью карабинов мальчишки. Джеф, нам будет тяжело выследить этот отряд, когда они двинутся в обратный путь?